"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
— Шуточки у вас солдафонские, штабс-офицеру не подходящие. Боец, что умеешь, где тренировался, достижения? Постойте. Как Милославский? Какой Милославский, тот самый? Он же в Туле. — Видок у Дениса, словно привидение увидел. Или живую легенду, великого меня то есть.
— Узрел, смертный? Трепещи, если хочешь. Здравствуйте, Денис Евгеньевич.
— Да ладно, просто Денис. Давай на «ты»?
— Алло, спортсмены, я еще здесь! Понятно уже, что Милославский в представлении не нуждается. Тем не менее, сержанта Милославского переодеть, накормить, приподнять, заселить! Совместно еще раз просмотреть план мероприятий, откорректировать, представить мне через три дня с предложениями и вероятностным прогнозом. А я поехал. Если что, меня искать по телефону. Если ничего — не искать. Напоминаю, вопросом интересовался сам Шуралев. То бишь, он на контроле у штаба Округа. Капитан, ты старший в этом бардаке, спрос с тебя.
Когда майор Иванов отбыл, мы из фойе пошли по коридору куда-то вглубь. Я бы сказал, что помещение, где мы остановились, больше похоже на подсобку. Окон нет, стены слегка обшарпанные, свет — две скрученные изолентой лампочки под потолком. Да, тут или конь еще не валялся, или уже пал.
— Это что за помещение?
— Мой кабинет, тренерский штаб…
— Курилка?
— Ну не без этого. Жорж, а как ты сюда попал?
— Форма одежды не дает никаких намеков? Я думал, ты всё просчитал уже.
— Да так-то понятно. Но я думал, такой уровень не выдергивают. Ты ж обкомовский кадр, мне говорили. Или нет?
— Угу тот самый кадр. Звезды сошлись на мне, Денис, и выпала дальняя дорога, дом казенный да сапог кирзовый. Забрали защищать небо Родины, да вот переиграли в Минске, хотят, чтоб честь Округа защищал.
— Ты что, выступать планируешь?
— Кто меня пустит, Денис? Формально, я имею право заявиться. Но думаю, это неправильно. Столько лет пахать как негр ради того, чтобы появилась своя федерация, и вдруг в одном шаге от этого запрыгнуть на самую верхушечку и крикнуть: «Я царь горы!» Не поймут-с.
— Ну да, если подумать, не очень хорошо выглядит. Так что, тренерская работа?
— Да, коллега! Где там твои баранки? Ставь чай.
— Жорж, почему сразу баранки?
— Да пофигу, что. Я солдат, я привык по режиму питаться, а обед уже прошел, причем без моего участия.
— Так ты голодный?
— Да, Денис. И так ночевать хочется, что переодеться не во что.
— Переодеться недолго, у нас несколько полных комплектов спортивной формы имеется, на тебя подберем что-нибудь. Вот только теплых курток нет, только осенние, тут надо думать.
— А чего думать? Подъемные мои зажал? В магазине куплю, у вас тут снабжение получше, чем в центральной России.
— А там сильно не очень, Жора?
— Как капиталисты с импортом прижали, с качественными шмотками стало очень не очень. Это если соцстраны если за импорт не считать. Зато с продуктами полегче теперь. Во всяком случае, полгода назад так было.
— Ну тут да, тут Польша под боком. Пол Минска в польских джинсах ходит.
— Вот! А у нас «Тверь», если их можно джинсами назвать.
Сто двадцать рублей — это немного, но это немного больше, чем ничего, и ровно в десять раз больше, чем мои сержантские. А это подъемные, то есть даже не аванс, а так просто, на тряпки-чашки. В полном комплекте спортивной формы я уже походил не на солдата-срочника, а на солдата из спортроты или члена сборной из третьего состава на спортивных сборах. Короче говоря, видок не впечатлял несло от него казенщиной. Эдак могут и стропарнуть в городе, документы проверить.
Денис оказался целым капитаном, по ранению чуть не уволенным из армии. Ранение он схлопотал за речкой. В Демократической Республике Афганистан. Но спортивный разряд и связи, вернее прежде всего родственные связи и значок кандидата в мастера спорта по самбо помогли ему остаться в обойме штаба Округа на спорте. А тут и идея с участием команды БелВО в открытом турнире РСФСР подоспела. Оказывается, Денис был в теме, увлекся новым направлением и напел руководству, что в таком юном спорте можно получить быстрый результат, если вовремя заскочить в стартующие сани. Ну правильно всё, если поюзать такой ресурс, что-то можно и выиграть. Особенно, если в истфехи перевести волевым решением самбистов-разрядников. А кого еще было тянуть Денису, он с пловцами незнаком.
Зеленый «Москвич» не защитного, а вполне гражданского травяного зеленого оттенка был собственностью начальника команды. Он бодро довез нас до офицерской гостиницы, организационно относящейся к бывшей сто двадцатой мотострелковой дивизии, а ныне к пятому гвардейскому армейскому корпусу. Да уж, Белорусский военный округ как штык, направленный в брюхо потенциального врага. Ошибка — нацеленный, но так никогда и не направленный. Большой военный городок, прямо настоящий микрорайон со своими магазинами, садами, школами и прочей гражданской инфраструктурой. Во всяком случае, у меня такое впечатление осталось. От гостишки до спортивной базы можно пешком дойти за полчасика прогулочным шагом — нормально. И в форме точно ходить не рекомендуется, устанешь объясняться.
Заселили без вопросов по требованию из штаба Округа, паспортистка пожевала губами, срочников она еще не селила у себя. Но раз с такого сверху спустили бумажку, значит так надо. Из документов один военный билет. Кстати, тут надо что-то придумать. А чего придумывать, позвать в гости родителей, попросить привезти обкомовскую корочку — я её не сдавал в той непривычной суматохе, какая случилась в кадрах — их работника призвали в армию. Скромная десяточка провалилась сквозь стол, и внезапно оказалось, что соседа в моей комнате нет и не будет весь ближайший месяц. А как дальше, видно будет. Везде работают люди, а среди них попадаются Шнеерсоны, и не всегда по паспорту, по паспорту порой Петровы, а по сути, аж Шнеерсоны Шнеерсоновичи. С такими товарищами обоих полов можно находить общий язык. Мы с Сычевым осмотрели комнату, прикинули, что нужно докупить для нормального быта помимо одежды. Он сказал, что вещевое довольствие мне не стали организовывать, портянок и смену трусов никто выдавать не будет. Только смена постельного белья в гостинице раз в неделю за счет организации. Зато мне выписали ежемесячное довольствие двести пять рубликов. Спрашивать, за что и каким боком оно мне полагается нельзя. Я и не буду. Нормально, чуть меньше, чем у меня выходило в обкоме, а если сравнить с офицерским, то вообще слезы. Тут лейтенант при нормальной должности получает порядка двухсот тридцати в месяц и налогов с них не платит. А капитан чуть не три сотни с половиной. А еще и два оклада по итогам года, если не схлопочешь взыскание. Но опять-таки, если сравнить с солдатским, то вполне ничего себе моё довольствие. И в караул не поставят, и в наряд не ходить. Знай гоняй детишек, да в потолок плюй. Что-то мне стало боязно. Не от нереальной моей удачи, а от мысли о детишках-самбистах. Как бы они не прибили меня в процессе учебы.
Спасибо тебе, Денис, за заботу о бренной тушке своего нового тренера! Гораздо удобнее с машиной и следопытом-аборигеном закупаться в советских учреждениях торговли. Гипермаркеты сегодня были закрыты все. Открыться обещали в следующем веке, так что пока за трусами в один магазин, за курткой в другой, чайник электрический и будильник в четвертом и пятом… Я не стану рассказывать про восьмой и девятый магазин. Внимание, барабанная дробь: хлеб, сметана и колбаса продаются в разных магазинах!!! Я за полгода службы в Советской армии чуток забыл эти нюансы. Ничего нет своего, всё, кроме подшивочной ткани и печенья, выдается по норме. Магазины в мечтах и воспоминаниях превратились в те волшебные оазисы, какими они будут в двадцать первом веке. А оно вон чего. Нет, больших гастрономов в городке я не видел. А в центр Минска за колбасой точно не поеду. Кстати, последние покупки делали уже под закрытие магазинов. Круглосуточников не встретил ни разу.
Став похож на нормального гражданского человека, забираюсь в свою новую берлогу с обещанием завтра прийти своими силами пешим ходом к десяти часам. Все вопросы завтра. Майор Иванов мудрый человек — срок составления мероприятий дал три дня, а не завтра. Спать, ложусь спать по-человечески, только будильник не забыть поставить.