Гарем для (не) правильной суккубы (СИ)

Кае пришлось обращаться обратно в человека.
И только лишь после этого Алиса успокоилась.
– А что, если мне попробовать обратиться? – спросил вдруг Сой. – Я-то мамы поменьше буду. Может, она не испугается?
– Попробуй, – кивнула я.
На Соя Алиса уже не так бурно реагировала. Он был размером с пони примерно, но всё равно дочь подходить близко наотрез отказалась и недовольно шипела, продолжая отталкивать меня подальше от зверя.
Кстати, что Кая, что Сой не снимали одежду, когда обращались в драконов и обратно. Как потом пояснила мне драконица, это особенная магия. Как и у бытовиков, у целителей она тоже имеется. А вот Алиса уже так, скорее всего, не сможет. И если и будет обращаться, то останется голой.
– Возможно, ей нужно больше времени, – ответила Кая, поняв, что моя дочка ни в какую не хочет становиться человеком. – Нас она почти не знает, мы для неё чужаки. Будем показывать ей, как обращаемся, каждый день.
– Хорошая идея, – кивнул мой брат.
Нас поселили в комнате наверху. Вообще, Яку предложил отдельную комнату для Алисы, но та наотрез отказалась спать одна. Поэтому временно я решила ночевать с дочкой.
Ела она, кстати, всего один раз в день. Но съедала приличную такую порцию, рассчитанную на трех взрослых. Этот момент я уточнила у Каи, она сказала, что это нормально для дракона её возраста.
Но плохо, что она не обращается, потому что как человек она не взрослеет.
– Ей нужно растить теперь оба тела: и драконье, и человеческое, – поясняла мне драконица. – Сейчас её человеческое тело как будто ушло в стазис. И да, ты права, из-за этого у твоей дочки может замедлиться развитие. Нет, конечно, совсем зверем она не станет, но и ориентироваться будет больше на инстинкты, чем на разум. Ей просто так проще будет выживать. Поэтому надо всё же как-то уговорить её вновь стать человеком.
Мы прожили целую неделю в доме Яку. Каждый день что Кая, что Сой обращались при Алисе, но она повторять их опыт не спешила. Одно радовало: она хотя бы перестала так сильно бояться драконов, но и подходить близко не спешила.
Для Алисы всё же Кая с Соем пока что оставались чужаками. Сой всё же по возрасту сильно отличался от Алисы, и она не могла воспринимать его как сверстника. Хоть мой племянник и пытался играть с ней каждый день.
Сою было уже десять лет. А это, как ни крути, очень большая разница в возрасте.
– Надо вам начинать гулять по деревне, чтобы она потихоньку социализировалась, – предложил нам на седьмой день Яку.
И мы отправились гулять. Опять всем семейством.
Естественно, для местных мы с Алисой были в новинку, и многие соседи начали выходить из домов и пытаться заговорить со мной и с ребенком.
И вновь у Алисы случилась истерика. Пришлось брать её на руки и уносить домой.
Но на следующий день я решила опять её вывести в люди.
Яку с Соем улетели на охоту, и с нами пошла только Кая.
Соседи, что уже познакомились с Алисой, больше не выходили, а когда мы прошли чуть дальше по селению и добрели то местной площади, то заметили кучу ребятишек.
Те на нас внимания не обращали и резвились в местном фонтане.
Алиса сначала вцепилась в меня всеми когтями и затряслась, но постепенно расслабилась и, повернув голову, наблюдала за играющими детьми.
Затем и вовсе заёрзала, и я спустила её с рук, а моя девочка потянула меня поближе к воде. Что-что, а в ванне она плескаться любила, и тут её вода тоже заинтересовала. Даром что стихия огонь…
Да еще и дети так заразительно смеялись и радовались теплому дню. Видимо, ей тоже захотелось поплескаться.
Я подошла ближе к фонтану, и Алиса сама залезла сначала на бортик, а затем и вовсе прыгнула рыбкой в воду, я же ахнула от неожиданности и хотела уже полезть её доставать, но меня одернула Кая.
– Пусть поплавает, – тихонько сказала мне она. – Ты тут стой, чтобы она тебя видела.
Выдохнув, я осталась стоять на месте, наблюдая за своим ребенком. Алиса же, как рыбка, плавала по дну, изредка выныривая. Но и от детей держалась подальше.
Пока один мальчик сам к ней не подплыл и не попытался заговорить. Я не слышала, вокруг стоял крик и гам, но видела, что он шевелит губами и даже вручил ей игрушку.
 
А затем случилось чудо. Алиса вдруг обратилась и взяла игрушку у мальчика рукой.
Я опять хотела к ней побежать, но Кая меня удержала за предплечье.
– Дай ей немного освоиться, – пояснила она.
– Она же замерзнет, – всхлипнула я, прижав ладонь ко рту.
Алиса была совсем голой. Но на фоне других ребятишек не выделялась. В фонтане вся малышня плескалась голой.
– Тут жара такая, не замерзнет, – хмыкнула драконица, продолжая крепко держать меня за руку.
В итоге Алиса постепенно присоединилась к детям играть в игру, которую организовали те малыши, что были чуть по старше. Они встали в круг, брались за руки и, что-то крича, ныряли под воду. Глубина в фонтане была совсем маленькая. Алисе – по грудь.
Как мне пояснила Кая, фонтан специально построили для таких вот малышей.
Играли они не меньше часа, пока Алиса сама ко мне не пошла и я не заметила, что она зевает.
Подхватив дочку на руки, я укутала её в одеяло, которое принесла Кая, пока я следила за ребенком. Когда мы дошли до дома, Алиса уже вовсю спала, а я лежала рядом, не решаясь её оставить одну, и гладила по волосам.
Следующую неделю мы ходили к фонтану, чтобы Алиса продолжала общаться с детьми. И если в первый день она еще с трудом управляла своим телом, как будто забыла, как это делается, то уже во второй спокойно бегала ножками, улыбалась и даже начала опять потихоньку говорить.
– Надо ей как следует освоить обращение, – заговорила Кая за ужином, заставив меня поморщиться от этой идеи. – Фели, это очень важно для ребенка – научиться менять ипостась не инстинктивно, а руководствуясь разумом, – наставительно сказала она.
– Хорошо, – пришлось мне согласиться с доводами драконицы.
Ведь я понимала, что для Алисы это очень важно. Быть полноценной.
Кая подала неплохую идею поговорить с матерью того мальчика, с которым Алиса чаще всего общалась и который взял мою дочку под свою негласную опеку среди малышей.
– Он же оборотень-волк. Они умеют обращаться с рождения, – пояснила мне драконица. – Но им родители умеют помогать это делать. Попросим помощи, и, может быть, Алиса, смотря на оборотня, и сама обратится.
Эта идея оказалась действующей.
И мальчик, имя которого было Рикхарт, не без помощи своей матери помог моей малышке научиться обращаться туда и обратно.
Кая договорилась с матерью Рикхарта приводить Алису к ним каждый день, чтобы моя дочка чаще общалась с оборотнями.
Спустя месяц Алиса уже вовсю гоняла с малышней, с радостью обращалась в дракончика, когда я её просила, и обратно, опять же по моей просьбе.
Иногда, правда, вредничала, но я подкупала её сладостями, которые делала Кая, и Алиса вновь становилась человеком.
А я задумалась о том, чтобы вернуться обратно.
– Не советую сейчас лишать Алису её друзей, – тут же начала отговаривать меня Кая, стоило мне заикнуться за ужином. – Ты же понимаешь, как важна для ребенка сейчас социализация. Если хочешь, можешь попробовать одна слетать.
– Нет, – покачала я головой. – Алису не брошу.
– Тогда подумай о ней, её нельзя сейчас лишать друзей, – это был уже Яку.
Мой брат был категорически против возвращения меня и Алисы обратно за реку. Особенно когда он узнал про чудовищ.
– Неизвестно, как себя поведет опять время, – увещевал он, и я понимала, что мой брат прав.
Как бы я ни скучала по своим мужьям, я не имела права лишить Алису её детства.
– Пусть она хотя бы подрастет, – сказала мне Кая.
Они были, несомненно, правы. И я решила подождать, пока моя дочь вырастет.
Конец первой части (06.04.2024)