Мой (ЛП)

      — Вы козлы! — кричу я.
      Они смотрят друг на друга и ничего не говорят, когда вдруг, неожиданно я слышу его голос, невнятный и все еще какой-то решительный.
      — Нужно увидеть Брук.
      — Держись, дружище, — задыхаясь, говорит Пит, когда они направляются в спальню.
      — Нужна она, — повторяет Реми низким искаженным голосом.
      Диана спешит помочь мне встать и следовать за ними. Клянусь, кажется, будто мое сердце скомкано, как носовой платок. Ненавижу, когда они вводят то долбаное успокоительное ему в шею!
      Приобняв меня рукой, Диана помогает мне, прихрамывая, пройти в спальню. Мы видим, как ребята снимают с Ремингтона одежду, пока он не остается в одних серых боксерах. Затем они изо всех сил пытаются положить его в кровать.
      — Возьми его с другой стороны, — говорит Пит и Райли поднимает его с края кровати.
      — Рем, какого черта мы с тобой делаем? А, чувак? — ворчливо говорит Пит, помещая его в постель.
      — Брук, — сердито рычит Ремингтон.
      — Она идет, чувак! — смеется Пит.
      Они с усилием поворачивают его на кровати так, чтобы он был лицом ко мне. Кладут ему под голову подушку, и я вижу, что его глаза полуоткрыты. Они останавливаются на мне, когда Диана помогает мне забраться в постель. Они полностью черные и почти безумные, когда он на меня смотрит. До сих пор удивляюсь, как быстро эти красивые глаза могут меняться. Как в течение нескольких минут его тело может так преобразиться. Его большие загорелые руки лежат по бокам, но палец дергается, будто он хочет прикоснуться ко мне, и вдруг все пальцы моих рук болят от такой же необходимости прикоснуться к нему и утешить его.
      — Хорошо? — шепчет он мне, а его взгляд бурный, темный и пылкий от отчаяния.
      Я также могу чувствовать его недовольство. Он хотел защитить меня, а они его остановили. Я чувствую, его гневное потрясение кружится вокруг нас, когда я придвигаюсь в кровати поближе к нему и накрываю нас до талии.
      — Больше, чем хорошо, — нежно говорю я, обнимая его крепкие плечи и гладя его по голове.
      Чувствую, как напряжение в его теле уменьшается, когда он закрывает глаза и внезапно расслабляется. Погружаясь лицом в его волосы, я отчаянно наполняю свои легкие его запахом и крепко обнимаю, когда его тело прижимается к моему, перемещаясь таким образом, что его голова покоится на моей груди.
      — Я так сильно тебя люблю, — шепчу ему на ухо. — Просыпайся скорее, хорошо? Теперь я держу тебя.
      — Это будет трудный сезон, — слышу голос Пита.
      Я понимающе киваю, неспособная оторвать от него глаз, от его красивых ресниц, от его слегка приоткрытых губ. Глажу пальцем его мальчишеское лицо с этой сексуальной щетиной на челюсти.
      — Давайте, я привезу Люпа из тренажерного зала и скажу ему, что наш парень не придет, — говорит Райли.
      Пит смотрит, как я медленно начинаю теребить волосы Реми на затылке, затем приносит мне воду, другой пакет со льдом и ставит это на тумбочку возле кровати. В то же время, Диана сообщает мне, что уберется снаружи.
      — Ты как? — спрашивает меня Пит.
      Я киваю.
      — Благодаря таблеткам лучше, — шепчу. Потом добавляю, — Прости за то, что назвала вас козлами.
      — Мне очень жаль, мы должны были . . . но он был там. Ублюдок, — он сердито сжимает губы в линию, затем продолжает странно на меня смотреть.
      — Ты единственная, кто успокаивает его, Брук, но ты также являешься для него окончательным пусковым механизмом. — Пит вздыхает и смотрит в окно на маленький пустынеподобный сад снаружи нашего номера. — И Скорпион знает, что в тебе есть что-то, что заставляет Ремингтона проигрывать. Он будет продолжать провоцировать его. Он будет пытаться трахать его мозг и выманивать каждую частичку зверя Ремингтона.
      — Мы не можем, Пит, мы никому не можем позволить трахать его мозг, — целую лоб Реми, отдавая всю свою любовь его прекрасному мозгу и тихонько обещая, что я не позволю никому делать этого с ним.
 
      — Прямо сейчас Ремингтон такой сильный, каким он был всегда, — говорит Пит. — Но ты его большая слабость. Он проиграл для тебя, ушел для тебя. Убил для тебя. Лечил свою задницу для тебя.
      Я вытираю слезы, сильнее прижимая голову Реми к своей груди.
      — Пит, пожалуйста, не вводи ему больше успокоительное. Мы должны найти другой способ.
      — Подруга, он силен, как полдюжины мужчин вместе взятых. Как ты себе представляешь, чтобы кто-то остановил его? Позволь сказать тебе, что если организаторы “Андеграунда” решат сделать из финального матча настоящее представление . . . — он качает головой и встает.
      — Что ты имеешь в виду? Что значит "представление"?
      Он мрачно смотрит на меня, затем вздыхает.
      — Ничего. Но Ремингтон очень жаждет Скорпиона. Он благородный человек, но он не помилует того мудака и, если ему предоставится шанс убить его на ринге, позволь сообщить тебе прямо сейчас, он так и сделает, — он направляется к двери. — А теперь я пойду и найду нам другой отель.
      Кивнув ему, произношу шепотом:
      — Спасибо, — и поворачиваюсь к своему большому льву.
      — Давай устроимся поудобнее, — говорю я Реми. Дрожащими неуклюжими руками снимаю свою одежду, затем снимаю его нижнее белье, потому что знаю, что он всегда спит голый. Тогда я снова прижимаю его голову к своей груди, лаская его волосы. Целую его в висок. — Теперь я держу тебя. — Его дыхание медленное и ровное. Его палец дергается и я хватаю его руку, обвивая ею свою талию. — Тебе нравится так меня обнимать? — мягко спрашиваю я, не совсем ожидая ответа. Я прижимаюсь к нему, обнимая руками его плечи, представляя себе его в день, когда я ушла от него в больнице.
      Темный, растерянный и маниакальный отчаянно пытается что-то мне сказать.
      А я слишком боялась оставаться . . .
      На глаза снова наворачиваются слезы, и внезапно болят не только места укусов, но и все тело изнутри.
      Проглотив комок в горле, я усиливаю захват и прячу лицо в его волосах, несколько раз отчаянно целуя его там, где только могу. Его дыхание медленное и ровное, но мое все еще прерывистое из-за произошедшего. Знаю только то, что боль прекращается, когда я смотрю на него, когда вдыхаю его запах, и когда прикасаюсь к нему.
      Так что я провожу руками по твердым мышцам его голых плеч, затем наклоняюсь и целую его ухо, потом гладкую теплую кожу на виске. Он пахнет собой, соблазняя меня. Я утыкаюсь в его шею, чтобы вдохнуть аромат, и в то же время провожу руками вниз по спине, по твердым кубикам пресса, затем целую в челюсть.
      Он бормочет что-то невнятное и дергает пальцем. Глажу руками его челюсть и оставляю нежный поцелуй на губах.
      — Спасибо тебе за то, что защищаешь меня, но я больше не позволю тебе разрушить свои мечты из-за меня, — говорю я ему.
      Пробегаюсь пальцами по его мускулистой груди, жилистым рукам, вверх к его массивной шее, где наклоняюсь, чтобы поцеловать точку его низкого уравновешенного пульса. Он издает другой звук и мне становится интересно, о чем он думает. Слышит ли он меня? Думаю, да.
      Хватаю его айпод и свои наушники, чтобы мы могли поделиться, и ищу песню, которую хотела включить ему. Помещаю один наушник в его ухо, один в свое и включаю ему песню "Stay with You" (“Остаться с тобой”) в исполнении Goo Goo Dolls. Беру его руку в свою и целую костяшки его пальцев, поглаживая его волосы, когда мы слушаем. Песня заставляет меня забыть о том, что каждое место укуса болит так, будто жала все еще находятся во мне. Я обнимаю его. Мой боец. Он борется со всем, даже с самим собой, но я люблю то, что он никогда не борется с любовью ко мне.
♥ ♥ ♥
ОН СОВЕРШЕННО БЫСТРЫЙ.
      Через два дня после подарка (как мы теперь это называем) во всех новостях говорилось о том, что боец “Андеграунда”, известный как Скорпион, и его команда были задержаны и обвинены за нанесенный ущерб в номере мотеля из-за взрыва внутри фейерверков.