Теплое дыхание (СИ)

— Простите меня, доктор. Я знаю, как странно выглядят мои приходы сюда, в этот кабинет, — она обвела заплаканными глазами привычный нехитрый интерьер. — Понимаете, так получилось… Я совершенно одна. Я так одинока, что иногда мне кажется, будто я уже умерла. Потерять всех, кого можно потерять, и продолжать просыпаться по утрам… Зачем? Как отвратительно я стара!
Джон недоуменно слушал её внезапное откровение, пытаясь найти нужные и простые слова, но от жалости перехватило дыхание, слова не находились, и путались мысли.
  
— А дети? — наконец осторожно спросил он.
Она тепло улыбнулась сквозь слезы. — Мой мальчик… Только он у меня и остался. Но он далеко. Вы на него очень похожи. Такой же чуткий и добрый. Но… надломленный. С истерзанной душой. Простите меня, Джон.
Впервые она называла его по имени. Джон на мгновенье закрыл глаза — такая пронзила боль. И женщина это увидела.
— Простите меня ещё раз. Я невозможно бестактна. Каждый наполнен горечью… Каждый. Но вы очень сильны, Джон. В вас столько силы и столько любви! Вы обязательно справитесь. Поверьте не выжившей ещё из ума старухе.
Она снова улыбнулась и поднялась.
Джону показалось, что она хочет его обнять, и внезапно почувствовать тепло тонких высохших рук стало такой жизненной необходимостью, что Джон торопливо вскочил и шагнул ей навстречу. Но она уже направилась к выходу, оглянувшись у двери и едва заметно кивнув.
— До свидания, доктор. Больше я вас не побеспокою.
— Я буду вас ждать…
Но почему-то Джон был абсолютно уверен, что больше она не придет.
Это стало последней каплей.
А ещё предстояло прийти домой, увидеть Шерлока и постараться не завыть в полный голос от черной тоски.
***
Шерлок ждал его и, увидев, сразу же поднялся навстречу.
— Привет, Джон.
— Привет.
От внимательного взгляда не ускользнуло ничего: ни бледность, ни сеточка лопнувших сосудов в покрасневших, утомленных глазах.
— Устал?
— Немного. Всё в порядке. Приму душ, переоденусь и буду готов.
— Ты уверен? Может быть, я пойду без тебя? Отдохнешь.
— Нет. Мы приглашены вдвоём.
***
Душ освежил и придал немного сил. Очень хотелось горячего крепкого кофе, но Джон понимал, что времени на это уже не осталось — их ждали Лора и Энтони Смитт.
Он хорошо видел нетерпение Шерлока, очень надеясь, что это азарт детектива, а не желание заинтересованного мужчины…
Быстро одевшись, Джон вышел в гостиную.
— Я готов.
Шерлок посмотрел долгим взглядом и тепло улыбнулся: — Тебе очень идёт костюм.
========== Глава 7 Ужин ==========
Лора ждала их в холле небольшого уютного ресторанчика — ещё более прекрасная, чем в их первую встречу. Простое светлое платье струилось по её роскошному телу легким, невесомым шелком. Обнаженные руки не украшали ни браслеты, ни кольца — восхитительно гладкая кожа сама по себе была украшением, и Лора прекрасно это осознавала. Лишь тонкая змейка цепочки серебрилась на стройной шее, извиваясь от малейшего движения или поворота головы, и невольно притягивая к себе взгляд.
Красивее женщины Джон ещё не встречал. И опаснее… Она завораживала, затягивала в свои сети с первой секунды, и от необъяснимой безысходности перехватывало дыхание.
Джон невольно кинул на Шерлока взгляд, но лицо его было непроницаемо. Лишь на губах блуждала вежливая улыбка, не затронув холодных, внимательных глаз.
— Как вы собираетесь нас представить?
— Так и представлю — Шерлок Холмс и Джон Ватсон, мои давние приятели.
— Но, Шерлок Холмс — довольно известное имя…
Лора тихо засмеялась.
— Сейчас вы познакомитесь с моим мужем и поймете, насколько далек он от всего, что не имеет отношения к его бизнесу. Он мало интересуется миром. Всё, что он видит и слышит, касается только дела. Он одержим работой. Впрочем, как и вы, мистер Холмс, — сказала она и взглянула на Джона.
В её глазах читалось сочувствие: она всё знала, всё понимала. Но её невольная причастность к его сокровенной тайне вновь наполнила душу отчаянием и стыдом. Он показался себе маленьким и ничтожным со своей безответной любовью и страстью, сводящей с ума. Лора Смитт унижать умела даже взглядом, даже сочувствием…
Шерлок неопределенно пожал плечами.
— Что ж…
— Не волнуйтесь, мистер Холмс. Завтра он вас не узнает, если вдруг случайно где-нибудь встретит. Рассеян и невнимателен. Удивляюсь, как он умудряется помнить, кто я такая.
И она снова засмеялась.
«И это человек, замышляющий убийство?» — удивленно подумал Джон.
Следом за Лорой они направились в обеденный зал.
Несколько столиков и четыре отдельных маленьких кабинета — вот, собственно, и весь ресторан. Просто, неброско, добротно. Но богатство и вкус чувствовались в каждой, даже незначительной, мелочи. Изысканные скатерти, неприметные на первый взгляд, но обрамленные по краю тончайшей ручной вышивкой. Столовые приборы, подсвечники и кольца для безупречно белых салфеток — из благородного серебра, самого высшего качества. На стенах — картины неизвестного, но бесспорно талантливого мастера.
Это было заведение для избранных, для высшей касты, и Энтони Смитт среди этого элегантного великолепия был так же неуместен, как дворовый щенок, забежавший случайно в парадную залу дворца.
Он ожидал их в одном из отдельных кабинетов и быстро поднялся из-за красиво сервированного стола, улыбнувшись открыто и добродушно, как давним
знакомым.
— Очень рад! — пожимал он поочередно руки Джону и Шерлоку. — Друзья Лоры для меня…
— Энтони, успокойся, пожалуйста, — мягко осадила его она, многозначительно посмотрев на Шерлока. И добавила, указав на два стула напротив: — Присаживайтесь.
Когда все расселись по своим местам, Лора представила мужу гостей, назвав ему только их имена. Больше она не сообщила ему ничего: ни время и место знакомства с ними, ни род их занятий, ни причину совместного ужина.
Энтони смотрел на неё с обожанием и вопросов не задавал. Было очевидно, что пригласи она на ужин двух папуасов, реакция её мужа была бы точно такой же. Этот красивый, простодушный мужчина был в полном подчинении у своей восхитительной жены.
Убийца?!
Недоумение Джона росло. Ему очень хотелось проследить за реакцией Шерлока. Каким бы невозмутимым он ни был, Джон смог бы увидеть то, что ни понять, ни увидеть стороннему наблюдателю, не знающему Шерлока Холмса так давно и так хорошо. Но Шерлок сидел рядом, и заглядывать ему в лицо Джон не считал возможным.
Соседство Шерлока очень его напрягало. Лора Смит наслаждалась своей игрой и намеренно выходила за рамки дозволенного. Так казалось Джону. Других причин для подобной унизительной ситуации он не находил.
«Она посадила нас рядом, как чёртову парочку! Зачем ей это? Какая ей радость доставить мне очередную порцию боли?» — терялся он в догадках.
Время от времени Лора останавливала на Джоне дерзкий, насмешливый взгляд, от которого его кидало в нервную дрожь.
Невольные соприкосновения плеч, жаркая близость бедер — она видела всё; видела, как замирает и сжимается Джон от малейшего движения Шерлока.
— Джон, у вас очень плохой аппетит. Вы чем-то обеспокоены?
Это было жестоко, и причину подобной жестокости он не мог объяснить.
Он посмотрел в большие, сапфировые глаза и улыбнулся:
— Всё в порядке, Лора.
По её лицу пробежала едва заметная тень, губы дрогнули в ответной улыбке, полной такой печали, что Джон удивленно приподнял брови. На этом их странная связь объединенных общей тайной людей оборвалась, оставив в душе Джона очень горький осадок.
Ему вдруг захотелось напиться до отупения, до полной отключки, и он залпом осушил свой бокал. Дорогое, выдержанное вино наполнило его рот тончайшим привкусом белого винограда, вызвав странные образы жаркого ветра и сочной густой травы, в которой очень хотелось утонуть, уснуть, раствориться, навсегда став этой травой и этим обжигающим ветром. Лишиться уставшей от боли души и истомленного желанием тела.