Перекресток судьбы. Пустышка. Книга восьмая (СИ)

Всё забывает…
… стою опять перед успокоившейся императрицей.
Ольга не хочет сидеть рядом с ней, встала рядом со мной, причём, взяв меня за руку, и пытается на танцпол меня вытащить, вот только мать ей этого сделать не позволяет…
— Оставь нас доча. Иди, потанцуй… — говорит она мягко.
Но я-то уже понял, что это такое, мягкая сила и как ею надо правильно пользоваться. В словах императрицы не просьба, а приказ, который ослушаться даже великая княжна не решается…
Всё… мы с ней на этом пятачке, где расположены кресла — троны и остались с ней одни.
— Ну, и чего она ещё нам подкинет, каких задач? — Ворчит, чему-то очень недовольный, Боря.
А императрица, между тем, разлепила уста…
— Песня и, правда, цепляет и смысл, несмотря на простые, народные, надо сказать, в своей сути слова, большой заложен. Радоваться жизни, чего бы с тобой не происходило! Интересный подход в жизни. И на твоём примере я бы сказала, что он рабочий этот подход вот что интересно. Никогда бы не подумала… — пауза.
Смотрит на меня, рассматривает, словно что-то во мне хочет увидеть скрытое ото всех. И ведь есть, что мне скрывать… ну, например того, кто сейчас молчит во мне…
— Ты твёрдо решил ехать в Москву и сутки пробыть в московском поместье Пожарских? — задаёт она наконец-то вопрос, видно мучающий её.
Чем-то, эта проблема с этим московским поместьем своих дальних, но тоже когда-то коронованных родственников, волнует её.
Пожимаю плечами…
— Ну, вообще-то, это уже не Пожарских поместье, а моё. — отвечаю весьма дерзко я.
Но неудовлетворения этот мой ответ у неё, на удивление, не вызвал.
Улыбка на её лице… печальная улыбка. А почему печальная, и так понятно, не верит она в меня, не верит…
— Давай сделаем так. Ты мне пообещаешь… — говорит она…
Я вопросительно выгнул левую бровь на лице. Боря помогает мне такое провернуть. Мимикой моего лица он даже лучше меня управлять может.
— На следующий день, когда ты проснёшься в поместье, ты мне лично позвонишь… — продолжает она какой-то непонятный мне разговор.
Разговор о чём?
Ух, ты…я сути слов не понял. Не если, а когда!!
Дела…
— А вот тут, по ходу, мы сейчас соприкоснёмся с очередной тайной дворца и императорской семьи, в частности. — а это уже голос Бори в моей голове звучит. Но ведь, как обычно, искин оказывается прав на все сто.
— Расскажу тебе немного об истории нашего рода и клана. — тихим голосом говорит Анна. — Скажу сразу, ни я, ни Ольга, ни мои прямые потомки, да и предки до сотого колена, наверное, не могли и не могут без приглашения посетить поместье родственников, находящееся напротив моего Кремля в Москве. И продолжается это безобразие не одно столетие, а если быть точнее, то почти две тысячи лет.
Ого! А вот это уже интересно.
— И почему же так происходит, а главное, и почему хозяева не приглашают вас к себе, когда вы это делаете, как хозяева, ведь Пожарский у вас сейчас в гостях находится? Думаю, это не справедливо. — не удерживаюсь я от вопроса.
Понимаю, щекотливая ситуация. Тайны семьи правителя, это токсичный багаж, он может в определённый момент и ко дну весь твой род и клан потянуть или, вообще, в небытие кинуть. Мало ли, что сейчас мне придётся узнать, благо, не все так опасно мне тогда показалось…
— Потому, что я хозяйка, а они… как бы это правильно высказаться, что-то вроде квартирантов там. На птичьих правах они там находятся. Об этом никто не знает. Мой первый предок подарил им эту усадьбу, но с условием, что в любой момент он её у них заберёт, для своих целей. Не забрал. А они просто, как хранители его воли и всё. Но эти хранители сейчас себя ведут там, как хозяева, а нас не допускают, потому что боятся…
Я же киваю, понимая, чего боятся Пожарские… того, что контролёр признает Романовых, основную ветвь семьи. Но не понимаю другого…
— А почему бы вам, в наглую к ним в гости, через реку, не прибыть. Что мешает-то?
Усмешка на её лице и опять, совсем нерадостная…
— Были прецеденты. — говорит она — Даже в своё время пытались силой туда прорваться…
 
Но я уже знаю ответ…
— Все погибли? — спрашиваю я, её.
Кивает…
— В том числе, и мой прямой предок.
Ага…
— Но почему… — честно не понимаю я.
— Да всё потому, что сам наш первопредок сказал, что только по приглашению хозяев… ну, квартирантов этих, туда зайти можно. Сказал тому, кто это место и охраняет.
Ага, значит всё-таки контролёр. Будем готовы и к этому.
Молчу я. Молчит и императрица. Так и не дождавшись от меня ещё вопросов, продолжила начатую в нашем разговоре, мысль…
— Так вот, в чём суть моей просьбы… ты звонишь мне и сообщаешь, что ты выполнил условия дуэли ваших с Пожарским договорённостей. Думаю, Ольге будет интересно посетить, впервые за столько столетий, поместье, которое когда-то принадлежало нам. И ты её пригласишь. Ведь так?
Ну, а чего кочевряжится.
Но паузу в моём ответе, императрица восприняла по-своему.
— Она приедет не с пустыми руками. Обещаю, будет подарок, а какой, скажу так… — улыбается Анна теперь уже вполне открытой улыбкой — он будет связан с историей этого древнего поместья, а если быть точнее, то будет частью этой истории. Ну как, заинтриговала тебя?
Улыбаюсь, в ответ.
— Договорились, ваше Величество…
— Ну, и отлично, а теперь иди, веселись, ты этого заслужил. — отпускает она меня.
Но я не спешу уходить.
— У меня есть тоже условие ваше Величество. — говорю я.
А вот теперь взгляд у неё заледенел.
— И какое условие? — Всё же удержала она злость в голосе.
И таким же мягким он, мне кажется, хотя, как Боря намекнул, она вся внутри горит буквально, праведным гневом.
Но мне всё равно…
— Ольга пускай приезжает не одна, а со своей сестрой… — говорю я — Василисой. Без неё, Ольгу не пустят.
Кажется, я почувствовал скрежет её зубов. Но неожиданно черты лица её разгладились.
— Думаю, она вспомнила, о чем говорил тот священник, который и проводил обряд обручения, вернее, вашей помолвки с Василисой. — говорит Боря.
— Намекаешь, что не надо пока клепать нам детей? — спрашиваю я его.
— Ага! — смеётся Искин.
— А ведь хочется… — вздыхаю я тайно от императрицы.
Подумает ещё, что так волнуюсь, ожидая её вердикта…
А императрица вновь сумела удивить.
— Хочешь похвастаться перед невестой поместьем, а может и подарить его ей? — Задаёт она неожиданный вопрос.
Но нас так просто не подловить…
— Жене, может быть, и то после рождения законного наследника. А просто невесте, то — нет. Подождём законного бракосочетания. — намекаю я на то, ждать этого вам события ещё шесть лет, а рождение наследника и того больше. И то при условии, что всё срастётся так, как всё они запланировали и что все ещё до этого светлого дня доживут.
По лицу дамы вижу… облом… Ну, хоть попыталась развести простачка. Не получилось в этот раз. Не получилось…
— Беги, веселись. До утра у меня есть время подумать и дать ответ на твою просьбу. Кстати, на завтра у тебя какие планы? — уточняет она.
— Да хочу, ваше Величество, с недвижимостью в Питере разобраться. И с квартирой, и, если позволите, сразу и усадьбу бывшую Петровского посетить. Обозначить, так сказать себя там, как нового хозяина.
Кивает…
— Хорошо… документы уже завтра туда нарочным отправят. Утром уже там будут, и все к исполнению. Проблем не будет. Владей. Заслужил. И, да… — тише ещё говорит она — за Петровского, отдельное спасибо. Продажная он шкура. — впервые грубо при мне она высказывается о ком-то — Предатель. Всё, свободен. Отдыхай…
И я пошёл отдыхать. И мне, если честно, понравилось.
Шампанское лилось рекой. Хоровод красивых девушек. Друзья рядом в виде Влада и его ребят. Макс, на сцене, выдавал наши с ним шлягеры. Особо народу заходила на ура, «Императрица», которая немного шальная.
Меня даже попросили спеть, но это было уже, когда я был изрядно подшофе.