Перекресток судьбы. Пустышка. Книга восьмая (СИ)

— Да вот, не понимаю я вашу человеческую сущность — говорит, словно жалуется на жизнь, искин. — Вроде ты и императрице нравишься и её дочери, но обе в тоже время всеми фибрами своей души желают тебе не процветания, а думают, как выгоднее тебя им использовать. А вдруг тебе суждено будет выжить как-то, тогда, да… и про любовь можно вспомнить, что там они планировали. Капец, какие просчитанные и расчётливые твари. И это сплошь и рядом. Если с проказами императрицы и её дочери мы разберёмся спокойно и их расклады хоть как-то понять можно насчёт тебя, то вот и остальным ведь от тебя нужно тоже что-то. Есть у некоторых людей вполне меркантильные желания. Но ведь есть и те, кто тебя не только ограбить, но и убить желают.
— Стоп… — говорю я. — С этого места подробней. Кто, как и главное, зачем и за что? Что я успел кому-то сделать такого, что мне они смерти желают?
Не верю я в то, что слышу, но и не доверять возможностям искина, у меня причин нет.
— Молодой князь Пожарский! — Объявляет Боря моего здешнего недоброжелателя.
— А этому-то я что сделал? — Удивляюсь я.
— А вспомнить, не желаешь? — Удивляет меня своим нежеланием говорить сразу по делу, искин. Заскучал он, видать, пока я спал.
Думаю, но видно спросонья у меня мыслительные процессы все немного заторможены. Не вышли ещё на полную мощность.
— Вроде, что-то там с Василисой связано было… — озаряет меня догадка.
— В яблочко! — Хмыкает Боря. — Если не помнишь, то я напомню. Он считал её уже чуть ли не своей невестой. А вот императрица говорила, что костьми ляжет, но такого союза не допустит.
— А эти Пожарские… — зевая, не успеваю я воспроизвести вопросительную интонацию в голосе.
Но Боря понял мой, получается так и не высказанный до конца, вопрос.
— А Пожарские — это старинный императорский род, но не прямой и к клану самой императрицы имеет посредственное отношение. Но они прямые потомки тоже императоров, только другой ветви правящего рода. И такое, оказывается, бывает. К слову, о могуществе клана, приведу всего один пример. Их основное имение, которое обычно принимает под свою руку наследник рода, находится аккурат напротив кремлёвского дворца императрицы в Москве. И по размерам, территория поместья в центре второй столицы страны в два раза превышает сам Московский Кремль, колыбель российских императоров.
— Получается… вечное противостояние? — Понимаю, о чем говорит Боря.
— Да. Которое длится уже не одно столетие — говорит он.
— Это великой род, вернее, князья они Великие? — Уточняю я у искина, интересующую меня информацию.
Не буду даже ничего спрашивать, откуда он берет эту информацию. Не удивлюсь, что в очередной раз поковырялся он в компьютерах службы безопасности империи.
Ну, и ладно, лишь бы на нас не вышли сыскари…
— Великий, а как же, ведь прямые родственники императоров. Но… если ты спрашиваешь, заседают ли их главы в Боярской Думе, то огорчу тебя, нет — говорит Боря.
— Не понял! А почему? — Удивляюсь я.
— Да потому, что ты забываешь обо всём, что тебе рассказывали умные люди. А говорили они о том, что представителям императорской семьи вход в Боярскую Думу заказан. Закрыт!!! Так равновесие власти соблюдается в стране.
Точно. Вспомнил…
— И этот Пожарский? — Понимаю я, что сейчас услышу.
— На престол имеет право. А вот, как Великий Князь он, по сути, никто. Никакой власти в стране. Великих Князей защищает перед императрицей Дума. А его, увы, только родство с троном. И то… родство это какое-то зыбкое.
— Потому и вцепился он в Василису? — Понимаю я, что к чему.
— Да — отвечает Боря. — Василиса, она кровью своей ближе к трону, чем он, и намного. У неё больше прав на трон. Потому императрица и говорит, что не допустит их брака. Ей выгодней Василису за тебя отдать. Ты уж точно, слишком далёк от трона. Хотя… в свете последних наших достижений и в первую очередь даже не Великое Княжение, а…
Но договорить Боре я не дал.
— Приручение трона первого императора, который в музее, как простой экспонат выставили… — хмыкаю я.
 
— Правильно! Теперь мы можем спокойно управлять империей. Вопрос только в том, а оно нам надо? — Задаёт вопрос Боря и явно ждёт от меня на него ответа.
Исчерпывающего ответа.
— И на хрена козе баян? Как любит выражаться дедушка — спрашиваю я искина. — Или… зачем нам этот геморрой? Теперь уже, как любит выражаться Константин. При нужде, конечно, можно и воспользоваться открывшимися возможностями, как в нашем случае, когда нам Крымское ханство пообещали в полное правление. Или настроить будущие владения Гены и Васи. Это, да! А по-другому… зачем? На трон я не хочу претендовать. Целее буду. Так что Боря умерь свои аппетиты. Нам это, уж точно, не надо…
  
Глава 12
 
Глава двенадцатая
Я так и продолжаю лежать в кровати. А кому я там срочно понадобился… ещё подождут. Я не выспался. Да и посредничать хочется в отместку за то, что я пережил за последние сутки. Один последний мини-концерт и разговор с царственной семейкой сколько сил и нервов из меня вымотал, страшно подумать. Имею право на отдых и пох мне бы на этот бал, пускай без меня веселятся…
— Ребячество, такое твое поведение, — смеётся Боря — но не спорю, по чести сказать, имеешь право на такое поведение. Но вернёмся к нашему разговору… я ведь ещё не закончил.
— В смысле? — удивляюсь я.
— Да за этого Пожарского князька не всё ещё тебе рассказал. — говорит Искин.
— А есть ещё что сказать? — заинтриговал…
— Да. Причём, что касается тебя как раз напрямую. — не разочаровывает меня Боря.
Точно есть ему что сказать в дополнение к уже рассказанному. Послушаем.
— Интересно. Слушаю… — говорю я вслух.
— А всё дело в том, что Пожарские, это боевики и сплошь настоящие маги. Дамочек обычно сильнее на порядок. Не всех, конечно. Вилка с Азизой и остальные жёны Костика с ним могли бы посоперничать. Но не суть, главное, в этом вопросе тот момент, что все они в семье именно боевики и привыкли решать вопросы, любые вопросы, силовыми методами. Но есть нюанс, на протяжении всей истории существования этого клана, они использовали свой имидж отмороженных боевиков в глазах общества, себе во благо… на материальные блага. Работали на свой карман считай, законными способами грабя доверчивых, неопытных, юных представителей аристо, с которых было что взять.
— То есть? — не понимаю, что он хочет мне этим сказать.
— Да просто… Их род императорский и, кстати, то кресло пилотское, что сейчас выставлено в Государственном музее, как трон первого императора, как раз достояние этого клана. — ошарашивает меня такими известиями Искин.
— То есть первый император был из клана Пожарских? — удивляюсь я.
— Нет, что ты. — успокаивает меня Боря — Как раз-то и нет, но находился этот трон аккурат на территории нынешнего московского поместья Пожарских. Оно древнее Московского Кремля. В древности, на месте этого поместья, было расположение ставки первого императора. Потом построили Кремль. И император переехал вначале в Кремль, а затем построил себе и новую столицу. Я про потомков, вообще-то, первого императора говорю и про Петербург. Пожарскому, как сподвижнику первого императора и его, считай, родственника и отдали, вернее, подарили за службу, место под строительство поместья. И не забывай про магию. Всё строительство велось с постоянным использованием зачарованный и заклинаний. Не удивлюсь, о наличии там алтаря или чего подобного.
— Всё это, конечно, интересно. Но каким боком это всё касается меня??? — задаю я ему прямой вопрос.
— А с этим всё просто, я не договорил… И так про законное отнимание денег и земли у доверчивых богатых дворян-идиотов и их сынков. Почему сынков? Потому что, вызывать на балах на поединок… вернее, провоцировать на проведение поединка Пожарские умели филигранно, куртуазно и чего греха таить, красиво. Но, как и в твоём случае с Салтыковым, просто так выходить на поединок считали зазорным. И делали ставки! И всегда… всегда Пожарские, в ответной ставке, выставляли, в качестве ответного лота, московское древнее поместье. Всегда! Ну, и требовали аналогичной ставни от своих оппонентов по поединку.