Земли Меча и Магии 4 (СИ)
Эльф грустно повесил голову и уставился куда-то вниз.
— То есть, ты сейчас ставишь всё ваше предприятие под угрозу… И всё ради…
— Ради тебя, дорогая, — Цйипа посмотрел прямо на Ирэну своими пронзительно-чистыми, такими честными глазами, в которых даже заблестели слёзы. — Ради того, чтобы ты была счастлива. Только, боюсь, мне надо будет уйти. Я попробую прикрыть тебя, если вдруг всё пойдёт не так… Не обещаю многого, но постараюсь.
— Цйипа! Ну как же так? Почему мы просто не можем быть вместе?
— Боюсь, это возможно только в одном случае: если ты предашь своего союзника и станешь помогать нашему Альянсу. Я не знаю, что вас связывает, и мне больно даже думать о том, что этот уголовник мог вытворять с тобой, к чему он мог тебя принуждать… Но я принимаю твой выбор. Вот только, к сожалению, пока ты с ним — нам не быть рядом. Мне скоро придётся покинуть этот Замок, иначе я вызову подозрения…
— Цйипа.
— Да, дорогая?
— Как думаешь. А этот Аламар, он знал, кто против него?
— Наверняка. Когда мы пытались его арестовать, там, у Замка, мы всё сказали ему. Всю правду. Чтоб знал, чтобы в ужасе трясся по ночам, опасаясь неминуемого правосудия, чтобы его несчастная жертва являлась ему во снах! Мы сказали и кто мы, и кто нас послал, и зачем пришли. Так что твой союзник в курсе.
— А мне он ничего не сообщил про это… Просто попросил, чтобы усилила бдительность, и всё.
— Конечно. Ведь иначе бы ему пришлось раскрывать правду… А для него это неприемлемо. Какой преступник захочет сообщать окружающим о своих тёмных делишках? Ещё и по своей воле? Если только чтобы похвастаться, а твой Аламар не такой. Он скрытный, скорее — наоборот замолчит всё.
— Знаешь, Цйипа… Я как-то совершенно не хочу страдать из-за прошлых грешков своего… Союзника. Который не посчитал нужным поставить меня в известность насчёт обстоятельств, которые вообще-то напрямую меня затрагивают. Где я должна расписаться кровью, чтобы откреститься от связей с ним? Кому продать душу, что сделать? Дорогой, ты же замолвишь за меня словечко?
— Стойте! Стойте! Господин не велел!
Растолкав локтями стражников у покоев «Павла Андреевича», даже не обратив внимания на направленные на себя копья, Рустам едва не снёс тяжёлую дверь с петель и разгневанным вихрем влетел внутрь.
Как и обычно, искать избалованного говнюка долго не пришлось. Малыш по своей традиции развлекался с девками — будто других занятий на свете нет. Как ему не надоело ещё — день за днём, раз за разом, одно и то же?
Обычно они с Василисем смотрели на это сквозь пальцы. Но на сей раз «в расход» оказались пущены не какие-нибудь безродные селянки, а элитные эльфийки-снайперы с уникальными умениями, пробить контракт с которыми стоило огромных трудов. Это пренебрежение к собственному труду и потраченным средствам, пусть и «казённым», просто бесило Рустама.
«Покои» «Павла Андреевича» с тех пор, как он был в них последний раз, сильно преобразились, став больше похожими на застенки инквизиции, чем на чью-то спальню. Мелкий извращенец неплохо вжился в роль садиста-фанатика — а возможно, и не вжился, а просто перестал сдерживать своё истинное «я». Причём, он заходил всё дальше и дальше, потеряв хоть какие-то тормоза, будто теперь его совсем ничего не сдерживало.
Рустам сморщился от запаха палёной плоти и сгоревших волос. «Павел Андреевич», шествовавший куда-то в кожаном фартуке на голое тело, резко обернулся.
— Это ещё что такое? Я же просил, кажется, не отвлекать меня?
— Смиренно прошу прощения, барин. Я так, на секундочку заскочил. Узнать — какого хера ты творишь с теми девками, которых мы наняли?
— С эльфийками-то? Хорошие, горячие попались. Темпераментные! Сердечно благодарю за подгон!
— Не за что. Обращайтесь, Павел Андреевич. Только, так, к сведению… Вашему. Это были не секс-игрушки, для забав купленные. Элитные наёмницы. Штучный товар. С которыми наши шансы против летающих тварей заметно бы возросли. А после… Ваших, уважаемый Павел Андреевич, Забав… Они уже воевать никогда не смогут, а если смогут — то не на нашей стороне точно. И более того, у нас вряд ли получится нанять кого-то им на смену. К… Вашему, вашу мать, сведению, наша репутация с Гильдией Наёмников сильно просела и теперь стремится к минус бесконечности. Вы же понимаете, о чём я говорю, Павел Андреевич? Или вы такого в школе не проходили? Как и того, что изводить всех, до кого дотянутся руки — не лучшая стратегия поведения?
«Павел Андреевич» наконец повернулся к Рустаму всем корпусом и сделал два шага навстречу минотавру, взмахнув какими-то щипцами, которые держал в руках. Минотавр почувствовал что-то мокрое на щеке. Провёл по ней рукой, посмотрел на ладонь — это прилетела капля крови, сорвавшаяся с пыточного инструмента.
— Знаешь, друг мой чурка. Ты, кажется, так и не понял. Между нами большая разница. Как думаешь, в чём она?
Рустам совсем было решился уже сказать в матерных словах что-нибудь очень грубое и обидное, но «Павел Андреевич» щёлкнул пальцами, и минотавр понял, что не может шелохнуться. Мелкий говнюк использовал на нём заклинание Паралича!
— Нет-нет, друг мой чурка с головой коровы. Хотя с нею, кстати, ты хоть на человека почти похож… Но я буду очень добр и сделаю тебе одолжение. Не дам сказать то, о чём ты потом будешь долго жалеть. И… Наверное, не стоит этого делать, только в фильмах злодеи рассказывают про все свои планы на камеру, чтобы их потом разрушили в последний момент. Но я очень хочу посмотреть на твоё лицо когда ты осознаешь глубину задницы, в которой оказался.
«Павел Андреевич» подошёл вплотную к неподвижному минотавру и заглянул снизу вверх в его маленькие, налитые кровью глазки. Покачав вверх-вниз щипцами, будто раздумывая о чём-то.
— Знаешь. У меня созрел отличный план. Я сейчас буду тебе рассказывать всякое, такое, что ты иначе никогда бы не узнал… Вся информация очень важная и полезная. Но… Будет это не бесплатно.
Щипцы постучали прямо по бычьему носу.
— Я буду сейчас тебя понемножку избавлять от лишнего… Например, от слишком длинного языка… Ведь у тебя болевые ощущения выкручены на максимум, надеюсь? Так вот, ты в любой момент можешь выйти, ты же в этом мире только гость. Но ты потом никогда не простишь себе того, что мог узнать что-то, но не узнал. Ну так как? Поиграем, друг мой чурка? С меня аванс, чтобы ты понял, что потеряешь, если выйдешь…
Рустам только бессильно сверкал налитыми кровью глазами. В то, что Павлуша расскажет что-то действительно интересное, не верилось, и мысль выйти сразу же, не дожидаясь продолжения, казалась самой разумной и правильной. Вот только… Оставить хотя бы даже свой пустой аватар этому мелкому садисту на растерзание не хотелось. А с него станется угробить прекрасное сильное тело, которое ощущалось теперь практически родным. Ведь его было ещё и не так-то просто найти и купить…
— Ещё здесь, друг мой чурка? Тогда лови затравку. Мой отец, когда вы только рассказали ему про здешние края, буквально загорелся виртуальными мирами. И этим, и другими. Сейчас у него уже целый отдел, который занимается вопросами подготовки плацдармов в разных проектах, включая «Земли». Сюда будут постепенно переселять надёжных людей из тех, кто постарше. Так что, если ещё какое-то время назад вы были весьма полезным и главное — единственным инструментом, с помощью которого мы решали здесь наши вопросы, то теперь вы уже не играете никакой роли. А дальше я расскажу… Когда вырву тебе язык. Эй, стража! Помогите-ка мне… Да, идите сюда. Подержите… Жаровню… Откройте ему рот… Та-а-ак… Ну и язычище! Тебе точно такой не нужен, друг мой чурка. И-и-и, раз… Какой же он у тебя крепкий… Готово!
Ощущения оказались слишком, почти до потери сознания реальными — а Рустам не мог даже закричать. Мантра, что всё это не на самом деле, практически не работала.