Право первой ночи для генерала драконов 2 (СИ)

— О, у тебя браслет упал, — весело сказала я, улыбнувшись так широко, что заболели скулы. — Смотри не потеряй. Явно недешевая цацка.
Не дав им опомниться, я подхватила воришку под руку и уверенно потащила подальше от толпы. Он, кажется, был слишком ошарашен, чтобы сопротивляться.
Когда мы наконец отошли на достаточное расстояние, он вырвался из моей хватки и повернулся ко мне, сверля взглядом.
  
— Ты как это сделала? — выпалил он, недоумевая.
Я нахмурилась, не понимая, о чем он. Впрочем… 
— Расскажу, если окажешь мне ма-аленькую услугу, — протянула я, напустив на себя загадочного вида. 
Парень скривился.
— Делать мне больше нечего, — фыркнул он и развернулся, чтобы уйти.
Я повысила голос, чтобы он услышал:
— А как насчет того, чтобы я не поднимала шум о рыжем воришке, который набил свою сумку чужим добром?
Он выругался так тихо, что я едва расслышала. Через секунду, обернувшись, зло посмотрел на меня:
— Ладно, чего тебе?
— Всего лишь чернила со стола секретаря, — сказала я с невинной улыбкой.
Он прищурился, недоверчиво осматривая меня.
— Зачем?
Я пожала плечами и, не теряя времени, показала ему свой бланк:
— Мои чернила, как оказалось, сюда не подходят. Так что?
— Ладно, жди здесь, — бросил он с досадой.
Я нахмурилась, глядя ему вслед. Что-то слишком легко и быстро он согласился, я настраивалась на долгие уговоры. Подозрительно. Может, смоется? Ни гарантий, ни плана... Минуты шли одна за другой, я уже начала корить себя за поспешность, когда рыжий вдруг возник рядом словно из воздуха, протянув мне чернильницу.
— Вот, держи, — сказал он с победоносной усмешкой.
— Так быстро? — удивленно выдохнула я.
— Там за столами клерки-слабосилки, — с гордостью пояснил он. — Дальше собственного носа ничего не видят. Чернильница стояла прямо на краю.
Я растерянно поблагодарила его и пошла прочь, подальше от толпы, к примеченному ранее участку каменной ограды, где сейчас никого не было.
— Эй, погоди! Ты обещала рассказать, как это сделала!
Конечно, рыжий пошел за мной.
— Сделала что? — не глядя на него, пробормотала я, останавливаясь у стены. 
— Заметила меня сквозь мою невидимость, — настороженно прищурился он.
— А, просто повезло. Видимо, ты потерял концентрацию или еще что. Я тебя увидела и уже не отводила взгляда, — отмахнулась я, присаживаясь. 
— Это так не работает, — язвительно процедил парень.
— Как скажешь, — не стала спорить я. Практически привычно разложила на сумке с книгами бланк, придирчиво посмотрела чернильницу на свет.
Рыжий какое-то время нависал надо мной, действуя на нервы, но я на него больше не обращала внимания. Тяжело вздохнув, он сел на землю рядом, вытянув длинные ноги.
— Скажи хотя бы, как пробила мою неосязаемость, — почти обиженно выдал он, вынудив меня поднять на него взгляд.
— Какая еще неосязаемость? — переспросила я.
И на всякий случай с силой ткнула его пальцем в плечо. Он поморщился и потер место. 
— Вполне осязаемый, — констатировала я.
— Да не сейчас! Сейчас я не магичил, — проворчал рыжий, с любопытством следя за тем, как я вывожу буквы.
— Тебе заняться больше нечем? Не выдам я тебя, и спасибо за чернила. Иди уже, не все аристократы лишились своих цацек, — напомнила я ему, когда он, склонившись слишком низко, едва не подбил мне локоть.
— Есть чем, — вдруг выдал парень и выудил из своего кармана точную копию моего бланка, только пустую. 
— Поделись пером. И руку убери, мне не видно, что писать, — пробормотал он, явно собираясь списывать.
— Великолепно, — вздохнула я, но все-таки протянула ему запасное перо.
  
Глава 12
 
Я с облегчением осматривала наш тихий закуток под стеной академии, где ветер шевелил листочки травы, а у основания ограды валялись чьи-то забытые перчатки. Шум галдящих абитуриентов здесь казался не таким оглушающим, позволяя расслабиться и спокойно выводить пером слова. Рыжий, правда, не разделял моего энтузиазма. Насупившись, он закатал рукава потрепанной рубахи и, едва не высунув кончик языка от усердия, копировал мои ответы в свой бланк.
— Зачем тебе вообще заполнять это? — спросила я, следя за тем, как его рука водит пером.
— Мне уже восемнадцать, — буркнул он, не поднимая глаз. — В следующем году арка во двор не пустит. А так хоть потусуюсь тут немного, пока не выгонят. В академии все готовое — кровать, еда, крыша над головой. Всяко лучше, чем на улице. Да и в целом мне не помешает залечь на дно недели на две-три.
Я поморщилась, щелчком отправив в полет букашку, севшую на край моего листа.
— Да я не об этом. Ты ведь нормально владеешь магией. Почему не пройти тестирование через секретаря, как все нормальные люди? Тем более что не первый год же здесь гуляешь, как понимаю. Почему сразу не пошел учиться? 
Он бросил на меня какой-то странный взгляд, словно ожидая от меня насмешек и готовясь защищаться от них, что удивило меня еще больше. 
— А, — пробормотал он наконец, — ты же не знаешь. После того как секретарь все спросит, в последней графе ты сама должна вписать имя своей рукой.
Я моргнула, переваривая услышанное.
— И что?
— Ничего, — коротко ответил он и легонько ткнул меня локтем в бок. — Убери руку, не видно, что дальше писать.
Я отдернула локоть и уставилась на его бланк. Только сейчас заметила, что он не просто списывает ответы, а копирует их до мельчайших деталей — даже наклон букв. Что-то внутри меня дрогнуло, вызывая легкое чувство дежавю, словно я нечто подобное видела в далеком прошлом. Вот только своем или Эланиры? Но тут я заметила то, что моментально развеяло это чувство, вытеснив иными эмоциями.
— Ты чего делаешь? Совсем уже? Ладно скатал факультеты и магические проявления, но ты же мое имя написал себе! В жизни не поверю, что тебя тоже зовут Эланира! — выпалила я, только сейчас заметив, что именно пишет этот дундук. 
Он прервался, уставившись на лист пустым взглядом, будто даже не видя, что там. А секунду спустя грязно выругался, скомкал бланк и бросил его на землю. Я заметила, что у него из кармана выглядывает краешек еще одного пустого, но, прежде чем я успела что-то сказать, парень резко поднялся.
— Все равно без толку, — бросил он себе под нос и повернулся, собираясь уйти.
Я чудом успела вцепиться в его руку.
— Да что с тобой такое? — удивленно вскинулась я, пристально всматриваясь в его лицо. — Просто перепиши у меня все, кроме имени и того, как пробудилась магия. Подумаешь, протупил. Имя списал, тоже мне проблема. Я же вижу, что у тебя есть еще один бланк. Давай, не психуй, садись и пиши.
— А ты еще не поняла, умница-разумница? — почти прошипел он, едва сдерживая ярость. Но направлена она была не на меня. Да и отдавало от нее характерным привкусом бессилия. 
— Чего не поняла? — насторожилась я.
— Я не умею ни читать, ни писать, — выдохнул он, вырвав руку из моей хватки.
— В смысле? — Я едва не подпрыгнула от неожиданности. — Ты же сейчас писал это все!
— Не писал, а копировал. Скопировать букву, узор или рисунок — много ума не надо, — скривился он. — Ладно, удачи тебе. Покажи, что не только аристократы чего-то стоят.
Теперь становилось понятно, почему он не поступил. Вряд ли в академии магии отводят отдельные занятия для того, чтобы обучить читать-писать. Это как ожидать, что в университет моего мира возьмут кого-то неграмотного.
Вот только почему так? Парень, по всем признакам, неглупый. И если в состоянии так четко скопировать каждую букву, уж точно нашел бы кого-нибудь, кто помог бы ему научиться их читать. Не может ведь не понимать, насколько больше возможностей перед ним тогда откроется. Тогда что? Может ли быть такое, что и в этом мире случается дислексия? 
Рыжий сделал шаг прочь, но я тут же встала и перехватила его за локоть.