Я просто хочу тебя (ЛП)

Его похвала разжигает мое желание поставить его на колени. Я использую свою руку в тандеме со своим ртом, крепко держась другой рукой за заднюю часть его бедра. Я издаю мурлыкающий звук, и он отталкивает меня.
— Не могу, — задыхается он. — Я отказываюсь кончать тебе в рот. Не в этот раз. Мне нужно быть внутри тебя, сейчас. Потянувшись за джинсами, он роется в карманах, пока не достает пару презервативов, бросая их на кровать.
Его взгляд, тот, который говорит мне, что он едва сдерживается, чтобы не взять меня быстро и жестко, заставляет меня откинуться на кровать и положить голову на подушку.
— Я хочу тебя, — говорю я, раздвигая ноги. Он стоит неподвижно, уставившись на меня. Только он смотрит не на то, что я ему предлагаю, он смотрит на меня. В каком-то смысле это даже более интимно — то, как его глаза впиваются в мои.
Не разрывая зрительного контакта, он забирается на кровать, опираясь на колени, пока его пальцы ласкают меня. — Только тебя, — повторяет он снова.
— Только тебя, — подтверждаю я, закрывая глаза, наслаждаясь тем, что он делает со мной.
— Я не думаю, что ты понимаешь, о чем я говорю, детка. Открой глаза.
Я делаю это и обнаруживаю, что он все еще наблюдает за мной. — Ты моя. Никаких договоренностей, никакого дерьма о том, что ты работаешь на меня, ничего из этого. Ты моя.
Я несколько раз моргаю, пытаясь очистить голову от вожделения, которое он пробуждает во мне, чтобы я могла расшифровать то, что он только что сказал.
Он просовывает внутрь не один, а два пальца, и я борюсь с собой, чтобы не закатить глаза. — Это все мое, эта киска. — Он склоняется надо мной. — Эти губы, — говорит он, нежно целуя меня, затем проводит губами по моей шее и груди. — Твое сердце. — Он целует меня прямо там, где бешено бьется мое сердце. — Это все мое.
— Крю. — Его имя — шепот на моих губах.
— Скажи мне, что ты меня понимаешь. Мне нужны слова, Беркли.
Я просеиваю то, что он сказал. Я его... Мое сердце... Я вообразила эту часть?
— Ты правильно меня расслышала, красавица, — говорит он, словно может читать мои мысли. — Я имею в виду каждое гребаное слово. — Он похлопывает себя по груди, прямо над сердцем. — Прямо здесь, вся ты, все время. Мне нужно услышать, как ты это скажешь. — Он наклоняется и нежно целует меня в губы. — Скажи мне, что ты меня понимаешь.
— Я... я понимаю тебя.
— Скажи это. Скажи, что ты моя.
— Я твоя.
— Моя. — Он убирает пальцы и заменяет их своим членом. Опираясь всем своим весом на локти по обе стороны от моей головы, он выдерживает мой пристальный взгляд. — Обхвати меня ногами, — приказывает он, целуя уголок моего рта.
Я делаю, как он говорит, упираясь пятками ему в спину.
— Хорошая девочка. — Он двигает бедрами, заставляя меня сжимать ноги вокруг его талии еще крепче. Он делает это снова, снова и снова, пока я не оказываюсь на грани оргазмического блаженства. Обхватив его руками за шею, я притягиваю его к себе и держу. Он сохраняет устойчивый ритм, двигая бедрами, когда входит в меня. — Я чувствую тебя, детка. Твоя киска крепко сжимает меня. Ты готова?
У меня нет слов, все, что я могу — это чувствовать.
— Вот и все, красавица. Черт, ты так крепко сжимаешь меня.
С еще одним толчком и движением его бедер я теряю контроль и выкрикиваю его имя. — Крю!
— Давай. — Толчок. — Сейчас. — Толчок. — С тобой. — Он замирает, когда находит свое освобождение.
Наклонившись вперед, осторожно, чтобы не раздавить меня, он целует меня в лоб. Мы лежим вот так, оба тяжело дышим, ни один из нас не хочет разрывать связь. Наконец, он выскальзывает из меня. — Мне нужно позаботиться об этом. Сейчас вернусь. — Он целует мою грудь прямо над сердцем, а затем встает с кровати.
Я мгновенно начинаю скучать по его теплу, но благодарна за минуту, чтобы попытаться осознать то, что только что произошло. Презерватив! Я даже не думала о защите. Когда он его надел? Он так ослепил меня желанием к нему, что эта мысль даже не пришла мне в голову.
Крю возвращается из ванной с мокрым полотенцем. — Откройся для меня, — говорит он, постукивая меня по колену. Не раздумывая, я так и делаю. — Так чертовски сексуально, — мурлычет он и, не торопясь, стирает следы того, что только что произошло. Не имеет значения, что он это сделал, я все еще чувствую это. Чувствую его. Везде.
 
Отбросив полотенце в сторону, Крю забирается на кровать рядом со мной и накрывает нас одеялом. Его рука вытягивается и притягивает меня спиной к себе, когда он зарывается лицом в мою шею. — Спи, детка. Ты мне снова понадобишься, и тебе это тоже нужно. — Он целует меня в плечо.
— Мне...
— Я остаюсь. Если ты не хочешь, чтобы мы поехали ко мне, мы проведем ночь прямо здесь. Ты остаешься со мной. — Его голос — хриплый шепот. — Я не шутил, Беркли. Я имею в виду каждое гребаное слово, я это серьезно. — Он обнимает меня крепче, еще крепче. — Спокойной ночи, красавица. Поцеловав меня в плечо, он больше ничего не говорит, и я лежу без сна, пока его дыхание не выравнивается.
Я слышу, как Мэгги и Барри возвращаются домой, но не смею пошевелиться, чтобы выйти и поговорить с ними. Я знаю, что они видели его грузовик, и следы моей ночи безделья перед телевизором все еще разбросаны на полу гостиной. Они умны, они могут сложить вместе два и два.
Я не готова отвечать на их вопросы, поэтому вместо всего этого я позволяю себе насладиться этим моментом. Где мне кажется, что он лелеет меня в своих объятиях, и я позволяю себе заснуть в них.
Слишком поздно бороться с этим.
Я уже пропала.
Глава 30
Крю
Я лежу здесь без сна последние пару часов. Я проснулся с маленькой тугой попкой Беркли, прижатой к моему твердому члену, и я должен был обладать ею. Ее глаза мгновенно открылись от моего прикосновения, и она приветствовала меня с распростертыми объятиями, и я взял все, что она предлагала, когда занимался с ней любовью. Вот чем это было — занятием любовью. Отсюда и причина, по которой я все еще бодрствую. Вскоре после этого моя девочка задремала, положив голову мне на грудь, но я просто лежал здесь, проводя пальцами по ее волосам, слушая ее глубокое, ровное дыхание, думая о последних двенадцати часах.
Во второй раз все было по-другому. Никто из нас не спешил, мы просто были нежными и медленно принимали и чувствовали все, что было в нас. Это был момент, изменивший мою жизнь, минута, когда я понял, что влюбился в нее. Я знаю, что забочусь о ней, что она проникла мне под кожу, но это нечто большее. Все дело в этих голубых глазах, которые улыбаются мне, они такие доверчивые. То, как она обращается со мной, не как с отбросом, а как с равным. Это она вся, Беркли. Это то, кем она является, и за это я люблю ее еще больше.
Я все еще не уверен, как пойдут дела, когда она проснется. Иногда при свете дня все выглядит по-другому.
Тихий стук в дверь ее спальни привлекает мое внимание. Один стук, а потом тишина.
— Она там? — Я слышу, как Барри задает вопрос.
— Она заперлась, — говорит ему Мэгги.
Я слышу их шаги, когда они проходят мимо. Беркли шевелится в моих объятиях, потягиваясь.
— Доброе утро, детка. — Я целую ее в висок.
Ее глаза распахиваются, и она несколько раз моргает. Я вижу, как в ту же минуту все воспоминания возвращается к ней. Наша ночь вместе, причина, по которой она свернулась калачиком в моих объятиях, в своей постели. — Привет. Ты остался, — констатирует она очевидное.
— Я сделал это.
— Прошлой ночью...
— Было потрясающе. Чем мы займемся сегодня? — Спрашиваю я ее.
— Мы?
— Да, мы. Я еще не готов отпустить тебя. Какие у тебя планы на сегодня? Я должен был пойти к родителям на ужин, но я могу все отменить. — Все, что мне нужно сделать, это сказать им, что я проведу этот день с Беркли, и они все поймут.
 
— О, тебе лучше пойти. Не позволяй мне задерживать тебя. — Она начинает переворачиваться на другую сторону кровати, но я останавливаю ее.