Некрасавица и чудовище

Этой ночью глаз я так и не сомкнула.
 
Глава 2
 
Похоже, отец чересчур серьезно отнесся к пропаже браслета. Он появился на следующий день вместе с Силаном Дрейном, как раз тогда, когда у нас закончилось утреннее восхваление Светлейшей Матери. А добираться до нас – дело довольно хлопотное.
Кто-то очень умный несколько веков назад посчитал, что благородных девиц следует ограждать от всевозможных соблазнов до такой степени, что пансион построили в непроходимых дебрях, на максимально возможном удалении от столицы. Каждый день с крепостной стены мы имели удовольствие любоваться непроходимыми лесами. Фактически пансион представлял собой маленькую неприступную крепость (или тюрьму – тут многое зависит от точки зрения и отношения к происходящему). У нас было все необходимое для жизни: свои фермы, мыловарня, пекарня, ткацкая мастерская… Думаю, мы даже не заметили бы осады Темных, вздумай они постоять под стенами этого славного места.
Отец и Силан могли поспорить, кто был более мрачен. Видимо, путешествие оказалось не из приятных.
– Моя дорогая невеста, – Силан отвесил мне безупречный церемонный поклон. Его зеленые глаза прожигали мое запястье.
Так-так, похоже, отец провел беседу и напомнил ему правила хорошего тона.
Я поклонилась отцу и жениху, стояла, скромно потупив глаза. Мимо нас проходили другие ученицы. За вечер и ночь новость распространилась со скоростью лесного пожара, так что я находилась в самом эпицентре сплетен и пересудов.
Точно знаю, что несколько особенно резвых девиц вознамерились найти браслет и прочесывали территорию. Видимо, надеялись, что Силан Дрейн передумает на мне жениться и предпочтет кого-то из них. Признаюсь, этот слух я пустила лично, и он попал на благодатную почву. Наблюдать было весьма забавно. Некоторые даже пропустили завтрак. Но никто, естественно, не удосужился заглянуть в свинарник.
– Этого не может быть!
Показалось или я все-таки услышала растерянность в голосе жениха?
– Наверное, застежка была неисправна, – тихо сказала я.
Отец и Силан многозначительно промолчали. Между ними чувствовалась какая-то напряженность. Еще немного, и их магия начнет искрить.
– Силан, – голос отца звенел металлом.
Хотела бы я знать, как отец устроил наш брак.
– Позвольте вашу руку, прекрасная леди.
«Прекрасная леди», – удивительно.
Он крепко сжал мое запястье. С совершенных губ Силана слетело короткое заклинание. Магия. Люблю ощущение, когда рядом творится колдовство.
– Странно…
Выражение лица моего жениха стало хищным и жестким. Он хотел еще что-то добавить, но в этот миг прямо во дворе открылся светящийся зев портала, выпуская еще одного мужчину.
– Отец?!
Мой жених несколько растерял уверенность. Сейчас в пансионе наблюдался явный переизбыток боевых магов.
Дрейн-старший отличался еще большей надменностью манер, чем его сын. Но они были невероятно похожи. У меня возникло странное впечатление, что я заглядываю в будущее и прямо сейчас могу увидеть, в кого превратится Силан. Через три-четыре десятка лет он станет еще более жестким, скулы потеряют резкость, а виски тронет серебряная седина…
Мужчины поздоровались, а я, как и полагается, снова безмолвно поклонилась магу.
– Силан, ты знаешь, что твой браслет кто-то носит? – спросил Дрейн-старший.
– Да, отец, я как раз…
Дрейн-старший не стал утруждать себя такой мелочью, как дослушать ответ сына до конца.
– Только почему этот кто-то – не твоя невеста? Я разочарован, сын. Нужно немедленно найти браслет. Следящие чары наложены?
– Разумеется.
Было отчетливо слышно, как Силан скрипнул зубами. На несколько секунд мне даже стало его жаль.
– Тогда я не понимаю, чего ты ждешь?
– Как раз собирался…
– Пожалуйста, не надо собираться. Просто сделай.
Рядом с Дрейном-старшим я испытывала легкий ужас. Его манера говорить и смотреть действовала невероятно подавляюще, хотелось оказаться как можно дальше от этого мага. Интересно, что чувствует его жена, находясь рядом с ним?
 
Мне повезло, матушка избавила меня от общества мужчин.
– Да поможет вам Свет в ваших поисках, – сказала она.
Маги почтительно поклонились.
– Думаю, Магде следует вернуться к занятиям. Кажется, дитя, ты не закончила вышивку…
Я кивнула и чинно удалилась.
Рукоделием мы обычно занимались в большом зале. Сегодня Дари сидела на почетном месте и пела красивую старинную балладу о любви. Ее голос охватывал пространство, проникал в самое сердце, обладая хрустальной чистотой и силой.
Ари устроилась рядом со мной и кивнула. Я покачала головой. Мы обменялись понимающими взглядами. Во время работы разговоры не поощрялись. За этим зорко следили две наставницы. Они как коршуны восседали на возвышении и наблюдали, но мы выработали систему знаков, чтобы обойти запрет.
У меня работа не шла, я бестолково перебирала нитки, несколько раз больно уколола палец острой иголкой. В итоге просто устроила вышивку на коленях. Минуты тянулись мучительно медленно. И тревога все возрастала.
Украдкой осматриваясь, я поняла, что у других с вышивкой не ладится точно так же. Все были слишком взволнованы прибытием магов. То и дело по залу прокатывались шепотки, но замечаний сегодня никто не получал. Сидевшие ближе к окну тянули шеи, надеясь, что все самое интересное развернется во дворе. Но, судя по разочарованным вздохам, ничего не происходило. Магов не было видно.
С силой сжала пяльцы, удивительно, что они не треснули. Поймет ли Силан, что это я так поступила с его браслетом? Конечно. Он же не дурак. Ужас мешался с гордостью от осознания того, что я смогла снять браслет. Неужели моя магия так сильна? Значит ли это, что я победила боевого мага?
Знала бы, как сильно придется заплатить за собственное тщеславие!
Дари допела песню и начала новую. Снова о любви. Не люблю эту балладу. В ней все плохо заканчивается. Вместо того чтобы бороться, девушка вышла замуж за нелюбимого, пока ее возлюбленный был в темном плену. Она же могла тянуть время! Спрашивается, если любовь была так сильна, зачем она принесла обет в храме Светлейшей?
Я представила, как мы с Силаном стоим перед алтарем. На мне венок из снежника, и я молчу… А потом в тишине звучит мое:
– Нет.
Решительно и четко.
Украдкой смахнула слезинку, так растрогалась. Затем представила, как гости в возмущении вскакивают с мест. Как перекашивается гневом красивое лицо Силана, утрачивая всякую привлекательность…
Про отца и подумать страшно.
Потом, скорее всего, отец изгонит меня, и придется принести обет Светлейшей. Возможно, я тогда смогу стать матушкой в таком вот пансионате…
Я вздохнула. Нет. Такая судьба не для меня. Лучше я отправлюсь на корабле в путешествие и буду зарабатывать на хлеб магическим умением. Посмотрю мир.
Между тем маги все не возвращались. Я уже начала подозревать, что поисковое заклинание не сработало. Немного расслабившись, сделала несколько неровных стежков на вышивке.
В зал ворвался Силан, распространяя вокруг весьма характерный запах свиней. Сапоги перемазаны навозом. На боку тоже красноречивое пятно. На груди – отпечаток раздвоенного копытца. Он что же, свалился? Уголки моих губ поползли вверх, но я подавила ехидную улыбку. Вышивки были позабыты, девочки смотрели в предвкушении представления.
Силан бросил браслет к моим ногам. Маг был бледен. Кажется, от ярости у него помутился рассудок, так зло горели его глаза.
Я не пошевелилась, продолжала сидеть.
– Вы потеряли, моя дорогая, – прошипел он, когда обрел дар речи.
Девочки подались ближе, некоторые поднялись со своих мест. По залу прокатились смешки.
– Силан, спокойнее. А ты, дочь моя, подними свой браслет.
Отец и Дрейн-старший вошли почти бесшумно. Матушка поспешила за ними следом, а потом грузно опустилась в кресло. Стоять она не любила.
– Отвечай, как браслет оказался на свинье? – взревел Силан.