Покорённый (СИ)

— Присаживайся, дорогая, — слышу я мягкий приказ, едва ступаю за порог тускло освещенного помещения. Все тело резко напрягается. В присутствии этого человека всегда ощущала опасность, подвох… в общем, ужасный дискомфорт.
Взгляд быстро пробегает по большому массивному столу на восемь персон, тонированным окнам с красивыми темно-зелеными шторами, сочетающимися с большим ковром на полу, шелковыми обоями и настенными светильниками. Просторное и выдержанно-строгое помещение, не смотря на теплые и весьма приятные глазу оттенки, не создавает уюта. Быстро окинув взглядом обстановку, наконец останавливаюсь на единственном находящемся в этом зала человеке и, морально собравшись, ступаю к нему.
— Рад, что мы наконец-то встретились лично, — холодный оценивающий взгляд скользит по мне сверху вниз. — И жаль, что только очень важные дела являются причинами наших встреч.
Не отвечая ничего, просто безразлично пожимаю плечами. Высказанные слова совершенно не трогают душу, ведь мне давно и очень хорошо известно, что это скорее, дань положенному этикету — они должны были прозвучать, и он их произнес, но по факту — пустой звук.
— У меня не так много времени, — напоминаю я, чтобы не тянуть с любезностями, а перейти сразу к делу. — Вечером у меня самолет.
— Конечно, — немного помолчав, и еще раз окинув меня пристальным взглядом, произносит собеседник. Наклонившись, мужчина поднимает с пола кейс, который прежде я не заметила и, положив его на стол, достает пухлую папку. — Здесь все. Как только ты предъявишь им это, вопросов возникнуть не должно.
Мужчина высокомерно усмехается, но это длиться лишь секунду, и вот его холодный пронзительный взгляд, устремленный на меня, вновь вызывает дискомфорт и желание поежиться.
— А это… — протяжным и очень серьезным тоном, добавляет он, выуживая из кейса толстый журнал, и бросает его передо мной. — мое условие.
Я наконец, опасливо отрывая от мужчины напряженный взгляд, опускаю его на глянцевое издание. На обложке очень красивая девушка, модельной внешности… совершенная, блистательная и улыбающаяся, а на ней… не менее роскошное свадебное платье и, как последний росчерк договора, золотым тиснении выведено «Dream wedding {1}».
Наверное, я была готова к чему-то подобному. Когда твоя жизнь проходит в деловых кругах, такое может произойти. Договорной брак — это выгодно, статусно и вполне привычно. Такие отношения строятся на уважении, слиянии крупных компаний и конечно же наследниках, которым после твоей смерти все перейдет по завещанию. Не нужны чувства, любовь, нежность и страсть. Все то, что может пошатнуть твои влияние и власть.
С секунду прокручивая в голове, что ждет меня в ближайшем будущем: укрепление на острове, разрыв с Марком, а потом одиночество в безбедности… какой-то неизвестный, но несомненно влиятельный и, скорее всего подходящий, мне по возрасту, муж, общие с ним дети. Не плохой план на жизнь, в целом. По крайней мере не останусь одна, будет чем заняться. И тем не менее, где-то там, глубоко внутри, под маской безразличия, под спокойной оболочкой, чувствовалась леденящая душу тоска и обреченность. Проглотив подкатывающий к горлу горький ком и поднимая на мужчину ничего не выражающий взгляд, тихо, но уверенно произношу:
— Я согласна. 
  
Глава 18
 
В просторной, светлой и тихой столовой, позвякивают лишь наши с Рэмом ложки.
— Да-а-а-а, — довольно протягивает напарник, отрывая взгляд от тарелки. — Шикарно ты тут устроился. Я давно так вкусно не питался и уже подзабыл, что такое нормальная еда.
— Если бы ты не лоханулся, сидел бы сейчас дома и уплетал блюда ничуть не хуже этих, — поднимая на него суровый взгляд, огрызаюсь я.
— Ты сегодня не в духе, я погляжу, — язвительно ухмыляется брюнет. — Встал не с той ноги или, как красотка уехала, от неудовлетворенности страдаешь?
Бросив на Рэма еще один гневный взгляд и решая промолчать, снова опускаю глаза в тарелку.
 
— Да ладно тебе, — весело продолжает напарник. — Я же просто шучу, — добавляет он. — Ну и, может быть, немного завидую. Меня-то совсем некому греть холодными, одинокими ночами.
С его стороны стола раздается сдавленный смешок, ложка еще пару раз звякает о блюдо и, краем глаза я замечаю, как доев, Рэм отставляет его чуть в сторону.
— Ладно, — бурчит он, ожидая, когда расправлюсь с едой я. — Давай лучше обсудим, чем займемся, и как будем действовать.
Последовав примеру брюнета, отставляя приборы в сторону, вновь поднимаю на него глаза, понимая, что шутки он оставляет на потом.
— Расскажи для начала, что мы имеем и с чего нам стоит начать поиски, — интересуюсь я.
Откидываясь на спинку стула, внимательно смотрю на Рэма, который обдумывает предложение.
— Ну, — вновь меняясь в лице, наконец произносит он. — я много чего знаю! — гордо и наигранно-высокомерно подытоживает он. — Работа у меня такая… была. Много, где бывать и разное замечать.
Он хитро косится на меня, а потом, издав новый сдавленный смешок, весело добавляет:
— Не как ты, словно нежная барышня, сидящая в замке и ожидающая своего принца-спасителя.
— Завязывай с шутками, — угрожающе произношу я и сжимая кулаки, потираю их друг о друга, давая понять, что мое терпение не безгранично. — Давно не получал?
— Напоминаю, — Рэм вскидывает указательный палец и весело добавляет: — Я очень полезен и трогать меня не стоит. Нам еще на дело вместе идти, а если я вдруг слягу по твоей вине, ты провалишь это задание. Не я, заметь!
— Ближе к делу! — снова рявкаю. Мне, конечно, очень не хватало этого оболтуса, даже немного скучал здесь без него, но вот именно сегодня настроение было действительно паршивое, и я не был настроен с ним пикироваться.
— Я понял, — наконец приняв серьезный вид, Рэм ровно садится на стул, вмиг становясь очень деловым. Да неужели! Дождался! — Предлагаю посетить особняк нашей дамочки. Не знаю в курсе ты или нет, но она на острове занимается поставками продовольствия, шмоток и прочего… — он молча смотрит на меня, ожидая реакции. Что он имеет ввиду? Прочего — это в смысле, как мы?
Нет, такими подробностями, само собой не владел. Мне неоткуда было взять эту информацию. У Оливии я тоже не спрашивал. А ведь стоило бы, очень интересные факты открываются, однако…
Тем не менее, чтобы снова не нарываться на насмешки Рэма и не показывать, что полезного от меня в данной ситуации действительно мало, молча смотрю на него с непроницаемым лицом и ожидаю продолжения.
— Так вот, — не дождавшись моего ответа, продолжает напарник. — Очень скрупулезная особа, я тебе скажу. Всегда требует от людей точное выполнение работы и при этом так же дотошно вытряхивает документы на любую мелочь. Никогда не забывает! Вывод: наверняка с ее кабинета стоит начать поиски.
— Это все замечательно, — выслушав Рэма, говорю я, не испытывая при этом ни его азарта, ни питая иллюзий на счет успешной реализации такого сомнительного плана. — Только, как мы, по-твоему, попадем в дом и при этом не нарвемся на охрану или, что еще хуже, на саму хозяйку?
— О-о-о, я знал, что ты спросишь, — довольно отвечает он. — У меня все схвачено!
Удивленно приподнимаю бровь, смотря при этом на Рэма с сомнением и не шуточным подозрением.
— Я узнал у ребят, с которыми работал, что мадам пока еще в особняке, но вроде как собирается завтра по своим, каким-то очень важным делам ненадолго уехать. Нам нужно будет лишь проследить, что так и случится, потом дождаться ночи… и проникнуть в дом.
 
— Как у тебя все просто, — язвительно усмехаясь, отвечаю я. — А охрана? Да как ты вообще себе это представляешь? Это тебе не коробки таскать из машины в кухню, заезжая на территорию по пропуску!
План действительно кажется бредовым, с его слов. Или я чего-то не знаю… Задумчиво прищурившись, оценивающе гляжу на Рэма, который не смотря на мои слова, даже бровью не ведет. Он выглядит уверенным и спокойным.