Я купил тебя. Дорого (СИ)

— По какому вопросу, простите? — взгляд блондинки меняется. Становится более холодным и даже пренебрежительным.
“По личному” я уже решаю не озвучивать. Снова посмотрят как на идиотку. Действительно, откуда у простой девушки в джинсах и свитере могут возникнуть личные вопросы к такому, как Обласов?
Хотя, лучше бы и не возникали, да.
— Это касается его больного пса, — девушка зависает, и у меня в голове всплывает фраза из сериала “Лост” — “системный сбой…” — Он вчера чуть не погиб, так что это важно.
— Демьян Игоревич? — в её глазах вспыхивает испуг.
— Пёс.
— А… Минуту, — она кивает и что-то печатает на компьютере, а потом поднимает снова на меня глаза. — Поднимайтесь на пятый этаж, направо последняя дверь. Это кабинет Демьяна Игоревича, там его секретарь вас сориентирует.
— Спасибо.
Я поднимаюсь на пятый, испытывая неприятное першение из-за того, что солгала девушке. Хотя, собственно, если так посмотреть, то не сильно и солгала. Как раз узнаю, как там Танк себя чувствует.
Наверное, большинство сотрудников офиса уже разошлись по домам, потому что на пятом этаже ещё тише, чем на четвёртом. Будто тут только Обласов и его секретарша.
Прохожу в конец и вижу матовую стеклянную стену с дверью с надписью “Приёмная генерального директора “ЮгУютСтрой”. Обласов Демьян Игоревич”
Стучу и приоткрываю, обнаруживая за дверью широкую светлую приёмную. Небольшой диванчик, кулер, монстера в большом напольном горшке, стеллажи за столом секретарши.
Но за столом никого нет. 
Вышла, может?
Ну и дверь в сам кабинет гендиректора.
Я замираю в нерешительности. 
Мне стоит дождаться секретаря или можно войти? Обо мне ведь, судя по всему, доложили уже с четвёртого этажа.
Потоптавшись на месте ещё с минуту, я осторожно подхожу к двери и тихо стучу. В ответ слышится голос, точно не разобрать, что сказали, но судя по всему это разрешение войти.
Я нажимаю ручку и приоткрываю дверь.
Дыхание тут же сбивается, пока мозг обрабатывает информацию. Я прирастаю к месту, поверженная в полный шок открывшейся картиной.
На столе перед Обласовым на спине лежит женщина. Её голова запрокинута, глаза закрыты, а рот наоборот приоткрыт. Она стонет, вцепившись ладонями в край стола. Её ноги широко разведены, а между ними… Обласов.
В расстёгнутой рубашке, руки крепко сжимают колени женщины, а сам он быстро вбивается в неё бедрами.
Мне кажется, что меня парализует на целую вечность. Я не могу с места сдвинуться, пока меня не бьёт током взгляд Обласова, врезавшийся в мой.
— И… извините, — наконец выталкиваю через пересохшее горло и срываюсь с места.
____________________
Дорогие читатели! Сегодня стартовала моя новинка, которую я давно обещала - "Фиктивный брак с бывшим". История Лизы и Севы (друзья главных героев из "Сахар на дне").
Самостоятельная история. Однотомник. ХЭ.
Будет много эмоций, горячих сцен, работы над ошибками и капелька медицины))
Приходите! Буду очень-очень ждать вас.
Аннотация к книге "Фиктивный брак с бывшим"
— Сева, помоги. Мой бывший муж пытается отобрать у меня сына. — Чем же, Лиза? — сердце замирает под его ледяным взглядом, но выбора у меня нет. Если он не поможет, то надеяться мне больше не на кого. — Женись на мне, — горло пересыхает, когда произношу. — Фиктивно. И признай ребёнка. — Любой анализ покажет, что это ложь, ты ведь и сама понимаешь. — У меня есть знакомые в лаборатории, это я возьму на себя. Пять лет назад я растоптала его чувства и уехала без объяснений. ‍Солгала. Вышла за другого, который оказался монстром. А сейчас лгу снова, ведь положительный анализ ДНК покажет правду, в которой я никогда не смогу признаться.
Книгу можно найти по ссылке ниже или у меня в профиле
https:// /ru/reader/fiktivnyi-brak-s-byvshim-b483791?c=5766545p=1
  
23
 
Выбегаю на улицу и втягиваю в лёгкие прохладный воздух. Сердце колотится, словно сумасшедшее, лицо пылает.
  
Я мотаю головой, пытаясь вытолкнуть из памяти выжженную на сетчатке картину.
Лицо женщины, её закрытые в удовольствии глаза… вздымающаяся, покрытая кудрявыми волосами грудь Обласова, напряжение на его лице, рваные резкие движения…
Лёгкие горят. В животе формируется спазм, скручивая внутренности в узел. Мозг, словно нейросеть, генерирует без остановки картинки, на которых вместо этой женщины я — ведь Обласов чётко заявил, какие планы у него на меня.
Немного отдышавшись, я бегу на остановку. Скорее бы убраться отсюда.
Дура я! Зачем припёрлась к нему в офис? Написала бы сообщение и замечательно было бы. А теперь как выжечь это из своей памяти? Ластиком ведь не сотрёшь.
Возвращаюсь в общежитие и собираю сумку. Домой поеду сегодня, к родителям хочу. Завтра только одна пара, и та по преддипломной подготовке, а я уже всё, что нужно сделала и сдала преподавателю.
Мне срочно нужно сменить обстановку, картинку перед глазами.
Мама удивляется, когда звоню ей уже из электрички, что в пути и буду последним рейсом, но радуется, конечно же.
— Ой, Мила, ну ты даёшь. Слушай, ну сейчас вареников хоть налеплю, а то дома один борщ. Думала, утром сделаю, пока ты ехать будешь, а ты вон чего — сюрприз.
— Да ладно, мам, не колотись уже на ночь.
— Ой, ну делов там! — мамин говор и привычные с детства выражения греют душу. — И Стаська только рад будет, ему ж пожрать — сама знаешь.
Смеюсь в ответ на мамины сетования на брата-проглота. Уютно забиваюсь в угол возле окна и наблюдаю, как мелькают уже в сумерках столбы фонарей.
— Ладно, доча, ждём. Папка встретит на станции, сама пешком не топай.
— Хорошо. До встречи, мам.
Откидываюсь на сиденье и прикрываю глаза.
Домой.
Пару часов и буду с родителями вареники лопать, слушать, как Стаська с уроков свалил с друганами и вместо подготовки к экзаменам на речке купался.
Брат мой, конечно, засранец. В техникум поступать летом, а у него ветер в голове.
На станции встречает папа. Едва видит меня, его лицо, часто задумчивое и хмурое, тут же проясняется.
— Привет, Милашка, — обнимает меня, ласково похлопывая по спине. — Давай рюкзак свой сюда, нечего спину давить.
— Да он не тяжёлый, пап, — смеюсь, — там пижама да пара тетрадок.
— Ага, знаю я твои пару тетрадок. Учебников на целую библиотеку.
— Да все учебники сейчас в телефоне, пап, — отец всё равно отбирает рюкзак.
— Так отож. Стаська нам с мамкой сколько лапшу на уши вешал, что занимается через планшет. А сам рубился в игрищи свои. Я как встретил на остановке Светлану Петровну, так чуть со стыда не сгорел, пока она меня отчитывала.
— Да Светлане Петровне только дай кого-нибудь поотчитывать.
Смеёмся с папой, хотя я и сама помню, как холодело всё внутри, когда завуч нашей станичной школы, та самая Светлана Петровна, в класс входила. Она уроки у нас не вела, поэтому если и приходила, то только нагоняя всыпать.
— Привет, Айболит! — машет мне Стаська, едва захожу в дом. — Ты чего так долго? Мать вареники не даёт, говорит, Мила приедет, тогда все сядем. Я тут с голоду опух.
— Привет, Буратино, — смеюсь и обнимаю мелкого.
Ну как мелкого… Он ростом под метр восемьдесят уже, перерос меня на три-четыре сантиметра точно, хотя я и сама не из “мышек”. Да в плечах разошёлся — уже не мальчишка.
На “Буратино” он скалится, не любит, чтобы его так называли — старая история про то, как он притворялся бревном, чтобы не идти малину собирать в сад. В прямом смысле. Ему тогда лет шесть было, так и сказал, что пойдёт ляжет между спилами за домом, его не заметят и не пошлют работать в сад. С тех пор и прилипло.
Но всё равно обнимает меня, конечно же, у нас с ним не война, а дружба, хотя иногда боевые действия и случаются.
Однако, замечаю, что брат какой-то напряжённый. Вроде как, пока ужинаем, и смеётся, и про школу рассказывает, даже про подготовку к экзаменам выпускным, но я-то замечаю всё равно, что он дёрганый какой-то. И на телефон каждую минуту косится.