Умная пыль (СИ)

— Хочешь? Хочешь? — девушка терлась грудью о прутья.
Антон заплакал.
— Я сумел создать состав… мы с дочерью больше не разлагаемся.
— Впечатляет! — кивнул Лука. — Вы клиентов берете?
— Клиентов? В смысле? — повернулся к Луке Алексей Сергеевич. — А! — понял он. — Нет!
— Со вчерашнего дня начался процесс уничтожения всех органических зомби и неадекватных синтетиков.
  
— Значит, он умер! — вздохнул старик.
— Кто? Вы о ком?! — вскинулся Лука.
— Второй создатель «умной пыли». Первый умер год назад, и они активировали программу. Вы же знаете, что фараонов и древних царей хоронили с женами, наложницами, прислугой? Даже коней и слонов для них отряжали на тот свет. Вот когда я был в Египте, мой коллега рассказал мне интересную историю, что лет двадцать назад у них на курорте трое молодых… на тот момент… ученых праздновали запуск большой программы. И вот эта троица бродила по музею, открытому в тот день персонально для них, и говорили на русском. Мой коллега учился у нас и смог их понять. Идея, о которой шла речь, заключалась в следующем — когда умирает Первый из них, то двое оставшихся в живых активируют зомбовирус. Умирает множество людей. Они будут сопровождать и служить Первому на том свете. Когда умирает Второй, то верная армия перебьет органиков и неадекватных синтетиков, которые будут его рабами в загробном мире. А Третий заберет с собой остатки человечества. Вот такой, как мне тогда казалось, бред рассказал мой коллега. Мы тогда посмеялись… И забыли об этой ерунде. Но когда грянул вирус, позвонил тот коллега и сказал, что Первый умер. И еще он узнал от другого коллеги, что была украдена корона Римской империи. Она, грубо говоря, давно была украдена, но теперь ее украли у воров. И некая неназванная группа людей совершила ритуал. Понимаете о чем я?
— Нет, если честно, — признался Лука. — Простой человек разве может стать царем?
— Любой может. Цари — такие же люди как мы с вами. И их предков тоже когда-то просто назначили царями. Есть такая вещь, как Ритуал. Коронация — это Ритуал. Если у вас будет нужный артефакт, то Ритуал, проведенный в определенном месте, приведет к тому, что кто угодно… даже последний бомж, может стать царем Земли, Царем с большой буквы…, наместником Бога на Земле.
— А ваш коллега случайно не знает оставшихся двух царей в лицо? — спросил Лука, с опаской наблюдая за все более агрессивными действиями девушки. Он понимал, что ее отец их вот-вот выгонит, но информацию из него надо вытянуть. Если хоть на минуту допустить, что все это правда, то есть шанс узнать ключевую информацию о создателях «умной пыли».
— Нет. Он только умершего узнал в видео-сюжете в новостях, а кто остальные двое и как они выглядят, он не знает.
— А как звали умершего?
— Я не спросил, да это уже не важно. Человек мертв.
— А с ним можно поговорить? С коллегой.
— Нет. Его убили на улице агрессивные зомби.
Лука почти физически почувствовал, как оборвалась нить, ведущая к разгадке.
  
Глава 29. Сцена ревности
 
Лука немного повозился с кнопочным замком входной двери и вошел в подъезд современного дома, зеркальным кубом пристроившегося в между старинных домов, в одном из которых располагался бар «Три пескаря». Антон, сидя в автомобиле, рассматривал двор, где прожил почти половину жизни. Он помнил, как старожилы выступали против новостроя. Но все быстро умолкли, когда объявили, что под новым домом будет большая глубокая парковка и среди автомобилистов, желающих купить место, разыграют парковочные сертификаты. Желающие записались в очередь и смиренно ждали конца стройки. Елена тогда сказала Антону, что зря разрешили строить — цена на парковку будет заоблачная, но зато сквера с детской площадкой у них не будет. И оказалась права.
Ворота гаража открылись, и из них вышел Лука. До более близкого знакомства с ним Антон думал, что Лука актер или писатель. Сейчас, видя, как его новый друг и по совместительству парень сестры легко вскрывает замки, заговаривает зубы, и находит общий язык с такими бандитами как Иван, стал сомневаться в его порядочности.
Лука открыл водительскую дверь и сел за руль.
— Как тебе удалось открыть ворота?
— Ян помог, у них летник под потолком был приоткрыт, ну и мы этим воспользовались, — завел электромобиль Лука и аккуратно въехал в ворота. — Судя по тону, Антон, ты меня осуждаешь. Ну, извини. Белым и пушистым трудно выжить в смутные времена.
— Да я больше на себя злюсь. Думал, что ты другой.
— Типичная женская позиция — намечтать себе, а потом обижаться, что это не так. Ты без отца рос?
— С мамой, бабушкой и двумя сестрами, а потом еще с теткой.
На подземной парковке. сенсоры отреагировали на движение и включили свет. Лука припарковался возле еще одного электромобиля — такого же красного цвета, как и их машина.
— Не боишься потом спутать? — заржал Антон.
— Блин, Антон! Общего только цвет, — разозлился Лука, выходя из машины. — Модели разные, у нашей помято крыло, да и стали мы рядом с зарядным щитом. Ты умеешь водить?
— Нет, — Антон пожал плечами.
— А я свой первый автомобиль угнал в двенадцать лет. Когда меня полиция деду привезла, он чуть душу из меня не выколотил.
— А вот нечего красть! — брезгливо скривил губы Антон и пошел на выход.
Лука задержался, закрывая ворота, и остановил их так, чтоб осталась щель толщиной в руку.
— Он побил меня за то, что я попался, — догнал Антона Лука. — И ты бы мог с полным основанием меня в чем-то упрекать, но на тебе, между прочим, Вера и ее муж. Да, я мошенник, но ты насильник и убийца.
Антон остановился перед ступеньками, ведущими к подъезду, и резко развернулся. Лука успел отклониться, но не достаточно. Удар получился смазанный, но губу Антон Луке рассек. Лука выпрямился. В ответ он сильно не замахивался — не было пространства, но вложил в удар всю силу. Антон согнулся, повиснув на Луке, и стал судорожно хватать воздух ртом. Лука, закусив кровоточащую губу, дождался, пока Антон задышал ровнее, и пошел первым в подъезд.
На третьем этаже они остановились. Антон молча стоял, не открывая квартиру, ждал, когда Лука уйдет.
— Ключи от квартиры на шестом, — протянув руку, попросил Лука.
— Да пошел ты!
— Антон, не будь идиотом! — терпеливо сказал Лука. — В такое время, как сейчас, на тебе — две женщины, за которых ты отвечаешь, а ты ведешь себя как истеричка. Я никогда не угонял машин, а водить научился, занимаясь в институте. А вот за тобой мародерство квартир, если ты забыл. Так что давай ключи. Не тронем мы твою Веру.
За спиной Антона щелкнул замок, и сам Антон от звука вздрогнул. В приоткрывшуюся дверь выглянула Елена:
— Не надо разговаривать в подъезде, мальчики, — едва слышно произнесла тетка Антона.
Лука толкнул Антона в распахнувшуюся дверь. Подставил ногу, чтоб дверь не захлопнулась, и оглянулся — в квартире по диагонали был активен дверной глазок. Лука нырнул в квартиру и навалился на Антона, собиравшегося захлопнуть дверь.
— Кто живет в квартире по диагонали? — спросил Лука, отодвигая от себя Антона.
— Никого, — все еще сердясь, ответил Антон.
— У них видеоглазок активен. У старых моделей снаружи видно, что кто-то смотрит внутри на дверную панель.
— Гадство, — выругался Антон.
— Если думаешь, что в квартире никого нет, заклей аккуратно глазок, но так, чтоб другие соседи ничего не обнаружили.
— Ты все-таки вор, — отвернулся Антон.
— Антон, ты сейчас стараешься считать меня преступником, чтоб твое собственное преступление было бы более оправдано для тебя самого. Я понимаю, что ты делаешь. Но заканчивай с этим. У нас апокалипсис и надо из него выбираться, — Антон пошел по коридору в свою комнату, а Лука сказал ему вслед: — Я тебя не обвиняю, но и ты не ищи грехи во мне.
  
Антон вынес ключи и закрылся в своей комнате. Собираясь уходить, Лука наткнулся на хозяйку квартиры. Елена протянула Луке небольшую кастрюльку с овсяной кашей, приправленной грибным порошком, термос с чаем и бульон для Веры.