Код Марвел: Сын Криптона (СИ)

Мы отъехали подальше от городского шума и вскоре свернули на территорию усадьбы Уэйнов — родового гнезда нашей семьи, известного всем как Уэйн Мэнор. За последние восемь лет мы тут не жили, но огромный особняк продолжал горделиво выситься в стороне, окружённый величественными деревьями и садами. Он выглядел одновременно пугающе и притягательно. Тёмный камень стен, увитый мхом, готические башенки и витражные окна с узкими шпилями — всё это внушало некий трепет перед его историей.
  
— Когда-нибудь мы сюда вернёмся, — тихо сказал я, разглядывая силуэт особняка в свете луны. — Всей семьёй, как и было раньше.
Отец не ответил, он был слишком погружён в свои мысли, лишь на миг посмотрел на меня с теплотой и грустью в глазах, прежде чем продолжить движение. Через несколько минут мы добрались до нашего нынешнего дома, куда перебрались ради большей приватности из-за меня. Как только мы припарковались, на крыльце показалась мама. Её лицо выражало одновременно облегчение и щемящую тревогу.
— Брюс, мой милый, — она бросилась ко мне и заключила в крепкие объятия. Я ощутил лёгкий аромат её духов, смешанный с холодным воздухом ночи. — Когда мне позвонил твой отец и сообщил о случившемся, я чуть не лишилась чувств. Это так страшно… Бедный мальчик, бедные его родители. Не представляю, как это пережить.
— Эсми, дайте ребёнку вдохнуть, — осторожно сказал отец, слабо улыбнувшись. — С ним всё в порядке, просто потрясён. Дай ему хоть чуть-чуть пространства.
Мама ослабила хватку и окинула меня встревоженным взглядом.
— Прости, сынок, — сказала она смущённо, — я просто до смерти перепугалась. Как ты себя чувствуешь? Может, ты голоден?
Я покачал головой, ощущая, что из-за внутренней усталости и эмоционального шока действительно не смог бы сейчас ни есть, ни пить.
— Спасибо, мам, не хочу. Мне лучше сразу лечь спать. Завтра ведь снова в школу, как ни жутко это звучит. — Я натянуто улыбнулся, пытаясь показать, что со мной всё нормально.
Отец положил руку мне на плечо:
— Отдыхай, сын. Завтра поговорим подробнее, если понадобится.
Я кивнул, и мы все вместе зашли в дом. Тихие шаги отдавались в коридоре, приглушённый свет падал из-под абажура настенной лампы. Оглянувшись, я заметил на мамином лице следы слёз, а в глазах — безмолвную мольбу: она хотела быть уверенной, что я действительно в порядке, что нашей семье ничего не угрожает.
— Всё хорошо, мам, — повторил я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо. — Правда. Сегодня был сложный день, но я в порядке.
Мама в ответ молча кивнула и улыбнулась, пытаясь вернуть себе прежнее самообладание. Я поднялся в свою комнату, стараясь прогнать тяжёлые мысли. Нельзя было забывать, что завтра придётся смотреть в глаза одноклассникам, проходить мимо пустой парты Кенни и пытаться вести себя как обычно, когда в душе всё кричит от несправедливости. Но у меня уже не оставалось сил ни на что, кроме как лечь и закрыть глаза хотя бы на несколько часов.
— Пойду ложиться спать, завтра новый день, а школу никто не отменял. Папа, мама, доброй ночи.
*****
Я сидел на самой высокой точке Северного края Великого каньона — недалеко от обзорной площадки под названием Пойнт Империал. Это место завораживало не только потрясающими видами, но и ощущением, будто сама земля обрывается прямо под тобой, открывая бескрайнее пространство, в котором человеческая жизнь кажется ничтожно малой и хрупкой. Горизонт уходил так далеко, что становилось ясно: мы живём лишь на крохотном клочке земной коры, в то время как время и стихии распоряжаются судьбой планеты на протяжении миллионов лет. Великий каньон — одно из самых удивительных и монументальных творений природы на Земле. Он расположен в штате Аризона и славится своей колоссальной глубиной, достигающей порой более полутора километров, и внушительной шириной, доходящей до тридцати километров. Это не просто огромная расщелина в земной коре, а целый самостоятельный мир, в котором каждый слой горной породы рассказывает собственную, уникальную историю, уводящую во времена задолго до зарождения человечества.
В тот момент солнце лишь робко начинало подниматься над горизонтом, наполняя небо мягкими переходами от бледно-розового к тёплому оранжевому и золотому. Лучи, словно тонкие кисточки талантливого художника, едва касались стен каньона и подчёркивали удивительную палитру: ярко-красные, охристо-оранжевые, приглушённо-жёлтые и серые полосы горной породы теперь казались живыми, оживлёнными утренним светом. Я смотрел на этот величественный спектакль природы и невольно чувствовал, как все мои мирские заботы меркнут и отступают перед величием времени. Казалось, что я стою на границе бесконечности, где можно напрямую прикоснуться к вечности и увидеть, как история Земли предстала во всём своём многообразии.
Где-то далеко внизу петляла и извивалась река Колорадо, похожая отсюда на тонкую светящуюся ниточку. Но я знал, что это обманчивое впечатление: на самом деле Колорадо — могучая и своенравная река, которая за счёт своей силы и упорства миллионами лет формировала облик этого колоссального каньона. Сквозь узкие щели между валунами можно было различить крохотные брызги и вспененные струи воды там, где река образовывала небольшие водопады или пороги, вносившие живописный контраст к сухим и жёстким стенам каньона. Вся эта сцена служила напоминанием о том, что природа способна преобразовывать лица гор и континентов даже самой маленькой каплей воды, если дать ей достаточно времени.
Мой взгляд лениво бродил по узорам скал, где выступы и гребни, подсвеченные солнцем, чередовались с глубокими тенями и выемками. Фантастические по форме монолиты и шпили, похожие на древние храмы или сторожевые башни, придавали пейзажу особую мистическую ауру. Некоторые из этих образований имели названия: Храм Вишну, Башня Рамы, Ватиканские купола — звучные имена, которые словно добавляли каплю легенды в и без того магическое место. Это напоминало, что природа — не просто физическая реальность, но ещё и духовный феномен, способный пробуждать самые тонкие чувства.
Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох, позволяя чистому утреннему воздуху наполнить лёгкие. Тёплые солнечные лучи скользили по коже, даря ощущение мягкой вибрации, словно я был живой батарейкой, неспешно поглощающей энергию звезды. Отчасти это действительно так: я начал замечать, что с появлением новых способностей контакт с солнцем становился для меня всё более ощутимым и постоянно наполнял меня силой. Мимоходом я вспомнил легендарного Супермена — Кал-Эла из вселенной DC, черпавшего свою мощь именно из солнечной энергии. Теперь и я, пусть и в другой вселенной, как будто унаследовал его природу — и это давало повод для размышлений о собственных возможностях и о своей роли в новом мире.
Разумеется, это увело мои мысли к истории о том, как я вообще очутился здесь. Я оказался в мире, который не имел никакого отношения ни к моей прежней жизни, ни к миру DC. Место, куда я попал, принадлежало вселенной Marvel, и здесь не было ни Криптона, ни всей мифологии, связанной со Суперменом. Но как же тогда случилось, что я обрёл нечто подобное его способностям? Ответы скрывались в моих странных перемещениях между мирами. Сначала я был учёным в своей родной реальности, где увлечённо изучал необычные физические явления и пытался раскрыть тайны межпространственных порталов. Один из экспериментов пошёл не так, и моя душа перенеслась во вселенную DC, где, объединившись с сущностью Кал-Эла, я превратился в криптонца. А затем, через череду непредсказуемых событий и, вероятно, очередного сбоя порталов, меня забросило во вселенную Marvel. Звучит как выдумка недорогого фантастического романа, но это была моя реальность. Вот почему я иногда в шутку называл себя «двойным попаданцем», хотя в самой этой шутке была и доля горькой правды.
  
Обретённые силы воскрешали в моей памяти образ Супермена во всей его славе и мощи. Пока что я располагал лишь частью его способностей — умением поднимать и перемещать тяжёлые объекты, суперскоростью и почти полной неуязвимостью. Но я знал, что мои возможности этим не исчерпываются: легендарный Супермен обладал гораздо более обширным арсеналом. Когда-то в своей прежней жизни я смотрел фильмы, читал комиксы вместе с внуками и поражался тому, сколько всего умел этот герой. Его сила могла быть практически безграничной, позволяя перемещать гигантские корабли, останавливать мчащиеся на всей скорости поезда и даже двигать целые планеты в некоторых версиях историй. Его тело было почти нерушимым, способным выдерживать колоссальные удары и даже ядерные взрывы. А суперскорость делала его молниеносным и позволяла преодолевать огромные расстояния за секунды. Но это было далеко не всё — ему были доступны тепловое зрение, сжигающее или плавящее любые преграды, рентгеновское зрение, сверхчувствительный слух, позволяющий различать звук на колоссальных расстояниях, и легендарная способность летать, делающая его практически непобедимым противником.