Любовь под яблочным соусом (СИ)

— Нет. Есения любого способна ввести в состояние аффекта. Знаешь…
К огромному облегчению Нины, подошли врачи. Продолжать играть роль слепо и беззаветно влюбленной дурочки больше не было необходимости. Девушка выдохнула. От сопровождения Никиты в машине “скорой” отказалась, сославшись на усталость. Обещала позвонить, как окажется в палате.
Как только медсестра оставила ее одну, так и сделала, первым делом крикнув в динамик: “Я знаю, кто напал на Есению!”
Артём 19.
Влажные губы Никиты плотно прижались к тыльной стороне ладони Нины. Вереница поцелуев потянулась вверх по руке, миновала предплечье, плавно перебралась на шею, замедлилась и поползла за ухо. От жгучих прикосновений щеки девушки вспыхнули, кожа густо покрылась мурашками. Парень не отрывался от нее, по миллиметру продвигался к заветной цели. Когда их губы были совсем рядом, содрогнулась и замешкалась, но не отвернулась. Тогда Никита проник своим языком в ее рот, тщательно и интенсивно исследуя новое пространство.
— Ах! — Нина толкнула его и, как ошпаренная, вскочила с кровати.
— Эй, ты чего? — от ее удара в стену впечатался не Никита, а Артём. Он на всякий случай выставил руки вперед, приготовившись отразить новую атаку.
— Что ты здесь делаешь?!
— Сюрприз хотел сделать — пришел без предупреждения. Ты спала, не стал будить. Но не удержался, потянулся в щеку чмокнуть. А ты кинулась на меня…Дурная…
Внимательно огляделась. Больничная палата с обшарпанными бледно-зелеными стенами. Кровать Нины стояла перпендикулярно входу, койка рядом не занята пациентом, о чем свидетельствовал свернутый в кривую трубочку ватный матрас и перьевая подушка с пятнами неизвестного происхождения. За окном безоблачное, голубое небо и ослепительное солнце.
— Кошмар приснился, — смущенно оправдывалась, вспомнив о недавнем сновидении.
— Еще бы, после всего, что произошло с тобой.
— Господи. Артём! Тебя отпустили? Обвинения сняты? — вскрикнула, не веря собственному счастью.
— Та-да-ам! Сюрприз! — байкер развел руки в стороны и усмехнулся, — Я планировал такое появление.
Нина без промедления бросилась его обнимать — Тёма здесь, рядом! Только о нем и думала. Спать спокойно не могла, есть не могла. Ничего не хотелось. Волнение за байкера сводило ее с ума в прямом смысле. Заключенная в стенах больницы, чувствовала себя беспомощной. Бродила по коридору отделения, мерила шагами маленькую комнату-камеру, смотрела фильмы с телефона, не вникая в сюжет, листала ленты социальных сетей. Ни на что не получалось отвлечься. Видимо, усталость все-таки взяла верх и под утро она отключилась. Дремота была похожа на полубред. Кстати, слишком убедительный по ощущениям, чтобы поверить в его реальность.
Тем не менее, мрачные мысли позади. Бросила сон в самый дальний угол памяти и поглубже вдохнула аромат Артёма. Если она снова в забытии, то готова оставаться в нем как можно дольше.
— Садись и выкладывай все по порядку! — Нина прыгнула на кровать, указав парню на стул рядом с собой.
— Всплыли новые обстоятельства по делу. Отгадай, кому в итоге предъявлено обвинение?
— Ни одного предположения! Кто же? — хитрила Нина.
— Никита. На борту его катера нашли капли крови Еси. Вроде он даже и не отпирался толком. Сразу же сознался.
— Откуда знаешь?
— Слышал разговор в полиции. Ох и лютовали следователи! Они рассчитывали закрыть меня, а не своего друга. Но внезапно нагрянула проверка и дело почему-то взяли под контроль. А сейчас самое интересное… На этого психа вышли по наводке. Но кто же этот таинственный информатор? — байкер, прищурился, изображая подозрение.
— Намекаешь на меня? — невинно хлопала густыми ресницами.
— После полиции я рванул к тебе. Баба Тома рассказала, что с тобой случилось. Связь между событиями на лицо. Колись!
Пришлось поведать о том, как тонула, выжила и из последних сил вытянула из Никиты признание. Хронологию восстановить оказалось не так просто. По шагам вспоминала случившееся, покрывшись испариной от усилий. События сохранились в памяти хаотично, но ярко и детально. Проговаривала их и приходила в дикий ужас от собственных слов. Артём сочувственно держал Нину за руку, переживал вместе с ней. К концу истории сидели в обнимку, байкер ласково гладил девушку по растрепанным волосам.
 
Подняла голову и встретилась взглядом с ненаглядными карими агатами. Они смотрели с величайшей нежностью и благодарностью. Парень аккуратно взял ее за подбородок, но целовать не торопился.
В этот момент отчетливо поняла: яблочко не подвело. Все пережитые невзгоды стоили каждой минуты с Тёмой. Очевидно, удар позади, а впереди счастливые мгновения с суженым. Как бы то ни было, им многое по плечу вместе. Проверено на деле и не раз. Папа верно заметил.
— О чем ты думаешь? — спросил парень.
— О том, как мне повезло.
— Это я — счастливчик!
И он случился. Долгий, чувственный, трепетный поцелуй, от которого закружилась голова, сердце сбилось с ритма, а разум помутился от удовольствия. Смущенно прижалась к груди Артёма. Так бы и сидели дальше в обнимку, в молчании обмениваясь касаниями. Но строгая медсестра объявила, что посетителю пора уходить.
— Меня выписывают завтра с утра.
— Я приеду за тобой.
— На мотоцикле?
— Конечно! Не на автобусе же, — посмеялся байкер.
Когда он закрыл за собой дверь, в эйфории упала на подушку. Провела пальцами по губам — слаще поцелуя быть не могло. Что же дальше будет? Фантазия тут же оживилась, рисуя смелые и страстные картины. От откровенной близости с Артёмом зашевелились потаенные желания, которые щекотали воображение.
Представила, как парень скинул футболку. Под ней золотистая кожа и рельефные мышцы. Расстегнул джинсы и одним молниеносным взглядом раздел Нину до гола. Покраснела и застеснялась.
Тряхнула головой и потянулась к телефону. Новое непрочитанное сообщение прогнало романтическое вдохновение.
Артём 20.
“Привет, слышал, ты в больнице. Как самочувствие, малыш?” — как ни в чем не бывало, написал Вадим. “Да ну тебя к черту!” — возмутилась на всю палату и без колебаний закинула номер в черный список.
Мечтательное расположение духа испарилось в миг. Что-то ухнуло вниз тяжелым грузом. Надо же было настолько умело испортить настроение. Взялся из ниоткуда в самый неподходящий момент. Нине не в домек, что побудило самовлюбленного типа отправить сообщение: искренняя забота о ее здоровье или желание отвлечься от семейных проблем и втянуть девушку в свои очередные завихрени. Так или иначе, нечего ему было делать в ее жизни. Вход запрещен. Никаких исключений. Урок усвоила на пять с плюсом.
Напоминание о прошлом тупым ударом отозвалось в душе. Но Нина не позволила былым болезненным чувствам всплыть на поверхность, хотя те намеревались прорваться наружу в любой момент. Предусмотрительно открестилась от них, надежно закрылась в целях самозащиты. В страданиях не было смысла. Шла дальше, не оборачиваясь назад. В подтверждение своих намерений отправила Артёму загадочную смс: “Поиграем?”
Байкер ответил: “Не понял…”.
Нина: “Я напишу фразу, а ты продолжи — “да, но…”, потом я подхвачу. Поехали?”
Байкер: “Чем бы моя бестия не тешилась…”
Нина: “Мне скучно одной в палате”.
Байкер: “Мы уже начали?”
Нина: “Неправильный ответ!”
Байкер: “Да, но я готов развлекать тебя вплоть до завтрашнего утра”.
Нина: “Да, но наши возможности сейчас ограничены”.
Байкер: “Да, но нас не пугают трудности”.
Нина: “Да, но я хочу дурачиться вживую”.
Байкер: “Да, но до встречи остались считанные часы”.
 
Нина: “Да, но время тянется медленно”.
Байкер: “Да, но мы используем его с пользой”.
Нина: “Да, но у меня вредное настроение”.
Байкер: “Да, но оно скоро изменится”.
Нина: “Откуда такая уверенность?”
Байкер: “Проиграла *смеющийся смайл*”
Нина: “Нет-нет, я исправляюсь — да, но “скоро” — понятие относительное”.