Отморозок 3 (СИ)

— О каких знакомых вы говорите? — Искренне удивился я.
— Например, о Марине Терентьевой, которая часто навещает тебя здесь в больнице, — Казанцев снова пристально уставился на меня, изучая мою реакцию на свои слова.
— Ну какая же Марина непонятная? — Еще больше удивился я. — Очень даже понятная и приятная девушка, она моя давняя знакомая, и можно сказать, что мы с ней дружим.
— Какая-то странная это дружба между вчерашним школьником и взрослой женщиной, которая в два раза старше тебя, — недоверчиво покачал головой Казанцев.
— А что здесь странного? — Я пожал плечами — Люди могут дружить независимо от возраста.
— Только дружить? — скабрезно подмигнул мне капитан.
— Только дружить! — Твердо ответил я. — Только я не понимаю, какое это отношение имеет к тому, что меня ударили чем-то тяжелым по голове?
— Да, вполне может быть, самое что ни на есть прямое, — огорошил меня капитан. — Твоя подруга Марина общается с очень опасными людьми, и весьма возможно, что именно они причастны к нападениям на тебя.
«Во, дает кэп! Это же надо, как он все повернул. Значит, в милиции пытаются прокачать версию, что какой-то хахаль Марины пытается меня устранить таким образом. Впрочем, вспоминая Нукзара, он где-то недалек от истины. Но, слава богу, о Нукзаре, здесь речи не идет, и он уже ни на кого никогда покушаться не сможет.»
— Нет, Алексей Петрович — я широко улыбнулся, чтобы показать кэпу, как он ошибается. — Я ведь, как вы сами говорите, вчерашний школьник, и ничего такого из себя не представляю. Ну зачем, каким-то опасным людям, я нужен, чтобы устраивать на меня такие сложные покушения? Которые, как вы сами видите, результата не достигли.
— Вот и я думаю, зачем? — кивнул мне Казанцев. — Но мы это узнаем. Обязательно узнаем.
— Очень на это надеюсь, — я пожал плечами. — Но думаю, насчет того, что в этом как-то замешана Марина, вы сильно ошибаетесь.
* * *
— Привет, мой хороший! — Марина легко, как бабочка, впорхнула в мою палату и, поставив пакет с гостинцами на тумбочку, поцеловала меня в губы.
— Привет, моя радость! Я очень соскучился по тебе — ответил я, когда она оторвалась от меня. — Пойдем пройдемся, погуляем, а то я уже устал лежать в постели.
Я прижал палец к губам и подмигнул, показывая, что не стоит здесь разговаривать. Марина кивнула и сразу же ответила.
— Пойдем, тем более что на улице сейчас так хорошо.
Мы вместе вышли в длинный больничный коридор и, спустившись по лестнице, вышли на большой больничный двор. На улице действительно было очень приятно. Дневная жара, наконец, отступила, и солнце уже не выжаривало все живое, что имело неосторожность выйти из спасительной тени. Мы медленно пошли по больничной дорожке.
— Ко мне сегодня приходил милиционер — капитан Казанцев Алексей Петрович. Слышала о таком? — тихо сказал я Марине, предварительно осмотревшись вокруг на предмет посторонних ушей.
— Да, он вчера вызывал меня на допрос по делам Вахо, — кивнула Марина.
— Понятно. Он сначала спрашивал меня о моих делах, а потом переключился на тебя и очень интересовался, что нас с тобой связывает.
— И что же ты ему ответил? — Лукаво улыбнулась мне Марина.
— Чистую правду, — серьезно ответил ей я, едва сдерживая прорывающуюся сквозь маску серьезности улыбку. — Что нас связывает чистая, ничем не замутненная дружба.
— А я бы с тобой сейчас немного замутила нашу чистую и непорочную дружбу, — сексуально облизнув губы, сказала мне девушка.
— Боюсь, здесь у нас с тобой это сделать не получится, — с сожалением сказал я, окинув взглядом округу на предмет обнаружения уединенных мест.
— Ладно, тогда потерплю до того момента, когда тебя выпишут и тогда, я тебя просто съем, — ответила мне Марина, больно ущипнув за бок и как ни в чем не бывало, продолжила. — Я подумала, что сейчас вокруг меня поднялся нездоровый ажиотаж и поэтому у меня дома нам лучше пока не встречаться. У меня есть одна хорошая подруга, мы с ней вместе учились на юридическом. Она давно уехала работать в Москву, но у меня есть ключи от ее квартиры. Так что, мы сможем с тобой видеться там.
  
— Как хорошо иметь дело с такой продуманной девушкой как ты, — ответил я, вернув Марине ее щипок. — Я уже подумал, что нам придется ограничиться поцелуями на скамейках в парке.
— А-а-й! Больно же, — шлепнула меня по руке Марина, а потом поцеловала в щеку. — А на скамейках в парке можно не только целоваться, чтобы ты знал.
— Да знаю я, — с видом завзятого ловеласа кивнул я.
— Интересно откуда ты это можешь знать? Испорченный ты мальчишка. — С подозрением свела свои густые черные брови девушка.
— В книжке прочитал, конечно. — Сделал честные глаза я.
— И в каких книжках про это пишут? — Не сдавалась Марина.
— В книжках про любовь, естественно.
— Держи ключи, герой любовник, — Марина положила мне в карман больничной пижамы звякнувшую связку ключей. — Запомни адрес: Лесная 24 квартира 32.
— Уже запомнил, — кивнул я.
— По телефону будешь звонить, учти, меня могут слушать, — сказала Марина, беря меня под руку.
— Учту. Меня на днях должны выписать из больницы.
— Хорошо, сразу позвони мне, — кивнула Марина. — Я пока не буду появляться здесь у тебя, чтобы не дразнить гусей.
— Слушаюсь и повинуюсь моя госпожа, — я шутливо поклонился.
— А вот это мне нравится, с этого момента, так ко мне и обращайся, мой верный паж, — рассмеялась девушка.
* * *
— Вахтанг Отаевич, добрый день!
К густо увитой виноградом беседке, в которой Вахо, сидя в удобном кресле и водрузив на нос очки, читал толстую книгу, подошел Виктор.
— Здравствуй, Витя! — Вахо оторвался от чтения и, положив закладку между страниц, закрыл книгу, сдвинув очки на лоб. — Проходи дорогой, садись, пообщаемся. Что у тебя за срочное дело?
— У меня для вас есть не очень приятная информация.
— Давай, выкладывай, не тяни.
— Менты накрыли наш склад с готовой продукцией в Майском.
— Это плохо, — покачал головой Вахо. — Много там было товара?
— Товара было не очень много, но тенденция неприятная — осторожно начал Виктор — Такое ощущение, что рядом с нами кто-то работает против нас. Сначала внезапная проблема с Томазом в Москве, потом пара неприятных оплеух здесь. И везде, где у нас неприятности, торчат уши московских ментов.
— Надо вызвать Марину, пусть пообщается с Егором, почему он не предупредил меня о последних облавах. Ведь у нас с ним уговор.
— Да вот Марину как раз вызывать пока не стоило бы, — вздохнул Виктор. — У меня по ней появились вопросы.
— Что за вопросы у тебя к Марине? — Напрягся хозяин дома.
— Есть непроверенный слух, что слив о партии товара в Москве пошел отсюда. Из нашего города ушла информация, по которой там взяли Томаза.
— А почему у тебя возникли вопросы именно к Марине? Об этой партии, кроме нее, знали несколько человек, — сдвинул свои густые брови Вахо.
— Но не у каждого из этих людей есть хорошие знакомые в Москве, причем именно среди ментов, — покачал головой гость. — Марина знала и о том складе, который хлопнули вот только что. Получается, что обо всем, что у нас за последнее время попало под удар, Марина знала или могла знать.
— Как то не очень убедительно звучит и больше похоже на домыслы. — скептически хмыкнул Вахо. — Я знаю ее уже лет двенадцать, и никогда она не давала повода подумать, что играет на стороне ментов.
— Так-то оно так, но у меня тоже есть некоторые связи в Москве, и мне шепнули по секрету, что информация о партии товара туда поступила от женщины. Конкретно не указали, от кого, но это была именно женщина.
— А точнее узнать не получится?
— Точнее пока не получится, — покачал головой Виктор. — Это всплыло случайно, в личном разговоре, под водочку. Если мой знакомый мент начнет задавать уточняющие вопросы, он сразу спалится. Менты умеют беречь своих агентов, и любой направленный интерес по отношению к ним сразу берется на карандаш.