В гостях у (с)нежного чародея (СИ)

Между тем, «лазутчик» несмело приблизился к огню:
– Вы п-п-позволите, п-п-погреться у вашего к-к-костра, юная леди?
Аурика удивленно хлопала глазами. Перед ней был мужчина очень маленького роста, не выше груди самой Аурики. Плотный и коренастый, он был замотан в странного вида плащ, весь запорошенный снегом. Лица его толком нельзя было разглядеть из-за окладистой седеющей бороды, из которой смешно торчали сосульки и обледеневшие косички. Выделялся на этом лице только нос, длинный и мясистый. И «лазутчик» то и дело шмыгал им и пытался утираться заиндевевшим рукавом.
– Вы горняк? – спросила удивленно и тут же покраснела – невежливо вот так встречать незнакомца. Тут же исправилась, – Проходите, грейтесь, мне огня не жалко.
Она чуть отодвинулась, пропуская гостя на удобное место возле костра.
– П-п-премного б-б-благодарен, – незнакомец поспешил принять приглашение и радостно вытянул замерзшие руки без рукавиц к огню. Так близко, что Аурика даже испугалась, что он подпалит рукава.
Наконец, пришелец немного согрелся, снег с него стаял, и стало заметно, что замотан он был не в плащ, а в красный клетчатый плед. В такие очень уютно кутаться дома, сидя холодными вечерами возле камина.
Придя в себя, незнакомец заговорил:
– Прошу прощения, что сразу не представился, зубы так стучали, что говорить трудно было. Меня зовут Оллорин, можно просто Олло. И да, вы правы, я из народа горняков. Только мы предпочитаем, чтобы нас называли гномами, если вас не затруднит. Вы очень добры, я уж думал, помру в этом лесу. Холодно, аж кровь в жилах мерзнет, ветер бешеный. Сколько лет живу на свете, а такой злющей бури ни разу не видывал.
– Это я виновата. Наверное, – Аурика вздохнула и поправила палку в костре.
– Правда? Никогда бы не подумал, – Олло недоверчиво покосился на Аурику.
– Меня зовут Аурика, я дочь короля драконов Алузара, – спохватившись, Аурика тоже представилась.
– Ты дракон?!! – гном отшатнулся от девушки, от изумления и испуга сразу перейдя с ней на «ты».
– Ага, самый настоящий, – драконица усмехнулась.
– А с виду и не скажешь, – Олло опасливо косился на Аурику, но к огню все-таки вернулся, мерзнуть ему не хотелось. – Я работаю в библиотеке и прочел множество книг. В них во всех говорится, что драконы – это огромные крылатые чудища, изрыгающие огонь.
Аурика слушала гнома и снисходительно улыбалась – ей не раз приходилось сталкиваться с подобными мифами о природе драконов.
– А ты совсем не похожа на чудовище – красивая девочка. И добрая. Пустила старика погреться к огню, – Олло просительно заглядывал в глаза Аурике, и от его неуклюжей лести и детской непосредственности она улыбнулась еще шире.
– И, тем не менее, хозяин этого домика, – девушка небрежно махнула себе за спину, – говорит, что эту бурю устроила я.
– Там есть кто-то еще? – Олло опасливо покосился на темные окошки.
– Ага, только он огня не любит. И в гости к нему лучше не проситься, – девушка вздохнула. – Все равно выставит вон.
– Вот оно что… – гном протянул удивленно. – А я-то думал, это твой домик.
Аурика отрицательно покачала головой.
– А чего ты тут сидишь-то тогда? Лети домой.
– Не могу я домой. Жду, вот, когда буран уляжется, – девушка пожала плечами. – Ты сам-то как сюда забрел, с пледом в обнимку и в домашних туфлях? – только сейчас Аурика заметила, что на гноме были надеты мягкие вязаные тапочки, едва оттаявшие около костра.
– Да, я и сам не знаю, – Олло пожал плечами. – Я в библиотеке был, уже домой собирался, книги по полкам расставлял. Тут слышу, в дверь постучали. Я пошел открывать. Спрашиваю, кто? – молчание. Открываю, а там только вьюга метет – и никого. Я зову – тишина. И бес меня дернул идти искать этого гостя вечернего. Иду по снегу – в домашних-то туфлях – иду, ничего не видно, снег да и снег. Решил обратно вернуться, а не тут-то было. Нет больше моей библиотеки, вокруг только елки в снегу да сугробы. Так и шел по лесу, пока твой костерок не увидел. Чуть-чуть не замерз, – Олло в очередной раз шмыгнул простуженным носом.
 
– Ясно, – Аурика пробормотала, хоть ничего ей ясно не было. – Ладно, я за дровами, а ты сиди тут и никуда больше не отходи.
И только она собралась снова лезть в сугробы за хворостом, как дверь в домик отворилась, а на пороге появился его хозяин.
Глава 3. Охота на зайца
Хозяин смерил своих незваных гостей хмурым взглядом из-под заиндевевших бровей. Пожалуй, Аурика ошиблась при первой встрече. Комплекцией он скорее походил на ее отца, а не на брата – такой же мощный и пугающий. Внушительности его фигуре придавала меховая куртка, тяжелый плащ с капюшоном и высокие подбитые мехом сапоги.
У ног хозяина стоял крупный серо-серебристый зверь, похожий то ли на песца, то ли на пушистого волка. Он смотрел на Аурику блестящими не по-звериному проницательными глазами, и драконица узнала этот взгляд – именно он наблюдал за ней из угла у потухшего очага.
Ни слова не говоря, хозяин домика направился в лес, прямо в сердце беснующейся метели. Песец не торопился следовать за ним, и вскоре Аурика поняла, почему. Стоило мужчине коснуться края ревущей вьюги, как она, точно живая, отпрянула от него. Снежная круговерть, напуганная приближением странной силы, расступилась далеко в стороны, пропуская чародея внутрь. Дождавшись, когда путь очистится, за хозяином последовал его зверь. Как только эти двое отошли на достаточное расстояние, метель снова закрыла за их спинами свой снежный занавес.
– Ты это видела? – Олло смотрел вслед ушедшему чародею, разинув рот от изумления.
– Видела-видела, – Аурика уже косилась на дверь домика, которую хозяин по недосмотру забыл запереть.
Была – не была, вряд ли он вернется вот прям сейчас же. И драконица стремглав подорвалась внутрь избушки – за дровами. Пусть негостеприимный хозяин не разрешает ей разжечь огонь в его очаге, так хоть поленьями пускай поделится. Они ему все равно не нужны, судя по всему.
Набрав чурбачков, сколько смогла унести в охапке, девушка опрометью выскочила наружу. Вьюга все также завывала за углом домика, Олло зябко жался к угасающему костерку.
– Вот, теперь лучше будет гореть, – драконица свалила дрова в кучу поверх угольев и, недолго думая, щедро овеяла их своей магией.
Костер полыхнул раскаленным жаром, взметнув языки пламени вровень с крышей избушки. Олло отшатнулся от столь жаркого огня, а Аурика кулем повалилась в снег.
– Ты чего это, девочка? – Олло тут же подскочил к Аурике, обеспокоенно потряс ее за плечи и принялся растирать ей щеки пригоршнями снега.
Драконица ошарашено похлопала длинными ресницами:
– Я в порядке. Просто… перед глазами вдруг потемнело.
– Я-то, старый дурак, думал, драконы – бронированные чудовища, а они, оказывается, вон какие хрупкие, – гном заботливо усадил Аурику ближе к огню, который уже смирил свой гнев и весело плясал на свежих дровах.
– Говорю же, я в порядке, – девушка проворчала и досадливо отстранилась от хлопотавшего гнома. Еще чего не хватало, чтоб ее, дочь короля драконов, обихаживали, словно какую-то кисейную барышню.
Олло не стал настаивать и тоже подсел ближе к огню. Немного помолчали. Наконец, гном не выдержал:
– Чего делать-то теперь будем? Мне бы домой, меня там жена ждет, уж извелась, поди, вся, потеряла меня. Чего она подумает! – библиотекарь в отчаянии схватился за лоб.
– Чего делать, чего делать? Не знаю я, чего делать. Ждать! – Аурика досадливо огрызнулась. Ей все еще было обидно за свою девичью слабость, к тому же она тоже не знала, что ей делать. Действительно, не сидеть же у огня всю ночь напролет. Но других вариантов не было.
Над головой сгущалась тьма зимней ночи, едва разгоняемая одиноким костром. Где-то высоко завывала вьюга, но на крохотный пятачок, прикрытый стеной дома, ветер не задувал, создавая иллюзию защищенности.
То ли испугавшись возможного драконьего гнева, то ли обидевшись, Олло сопел, с показательным вниманием глядя в огонь. Аурика тоже принялась гипнотизировать язычки пламени, пытаясь придумать план дальнейших действий.