В гостях у (с)нежного чародея (СИ)

Дракон склонил голову набок, словно разглядывая любопытную зверушку, которая вдруг почему-то заговорила:
– А тебя вообще никто не спрашивал, человек. Скажи спасибо, что я сохраню тебе жизнь. Не хочу марать руки на глазах у дочери.
– Отец! – Аурика только смогла выдохнуть с возмущением и поперхнулась эмоциями.
Льер с силой сжал зубы, и Аурике даже показалось, что она слышит их скрежет:
– Хоть ты король драконов и отец Аурики, но даже тебе я не позволю разговаривать со мной в таком тоне.
– Не позволишь? – Алузар скептически поднял черную бровь. – Интересно, как?
– А вот так!
Льер оттолкнул Аурику прочь от себя, развел руки в стороны и запрокинул голову. Драконица упала, приземлившись в сугроб, и в тот же миг почувствовала, что воздух сковало смертным холодом. Каждый вдох был подобен пытке, обжигая легкие. Влага вымораживалась с глаз и губ, оседая на ресницах пушистым инеем.
Снежный элементаль проснулся, освободив из сердца Льера свою убийственную магию.
Чародей с силой свел руки перед собой, словно преодолевая сопротивление воздуха, и в сторону короля драконов двинулась невидимая стена смертоносного холода.
– Нет, Льер! Это же мой отец! – Аурика вскрикнула, испугавшись того, что снежный демон может сотворить с драконом, но Алузар лишь прикрылся полой плаща, и волна магии Льера со звоном разбилась об нее на мириад сверкающих пылинок.
– Это все, на что ты способен, человеческий чародей? – Алузар выглядел рассерженным, хотя все еще держал себя в руках. – Ну, что же, теперь моя очередь.
Казалось, сам воздух вспыхнул вокруг короля драконов. Он стоял, неподвижный, в центре огненного шторма, и только на губах его играла слабая усмешка.
– Отец, не тронь его! Остановитесь! – Аурика выбралась из сугроба, в который ее зашвырнул Льер, и попыталась влезть между мужчинами, но на ее пути выросла прозрачная стена магического щита, отделившая ее от сражения, и она в бессильном отчаянии принялась молотить по ней кулаками.
– Золотце, ты, правда, считаешь, что это меня нужно защищать от него, а не наоборот? – Льер выглядел на удивление спокойным. Вот только глаза его снова мерцали двумя светло-голубыми льдинками, а на бровях и ресницах серебрился иней.
– Не смей называть ее так… – Алузар прорычал, теряя контроль, и стена огня сорвалась с места, грозя испепелить зарвавшегося человеческого чародей.
Но человек только гордо вскинул голову, глядя на приближающееся пламя. Порыв ледяного ветра поднял снег у его ног, окутал чародея снежным саваном. И драконий огонь потух, так и не добравшись до своей жертвы.
Алузар выглядел удивленным и чуть замешкался, вновь призывая пламя.
– Ты уже стар, Черный огонь. Тебе со мной не совладать, – а вот Льер, наоборот, казался очень уверенным. Голос его изменился, стал зычным, утратив томную хрипотцу, которая так нравилась Аурике.
Подобной дерзости, король драконов не мог стерпеть. Он зарычал и начал менять облик. Силуэт его затуманился, за спиной развернулись огромные черные крылья, рычание становилось все ниже и грознее.
– Боишься, Черный огонь? Первый раз ты встретил кого-то, равного тебе по силе? – Льер смотрел на дракона с усмешкой.
– Тебе никогда не сравниться со мной, человечек, – черный дракон проговорил-прорычал и одним сильным прыжком бросил свое тело в небо.
– Я уже не человек…
За спиной Льера тоже были крылья – белоснежные, сотканные из снега и льда. Метель вздымала снег в воздух, все гуще и гуще. Он мельтешил все быстрее, и вот, Льер уже стоял в центре гигантского снежного клуба.
Поднявшись достаточно высоко в небо, Алузар обрушил на противника поток пламени. И навстречу этому потоку взметнулся другой, из снега и льда, и драконий огонь потонул в нем, угасая.
Черный дракон заревел еще яростнее, ударил крыльями по воздуху, заходя на второй вираж. А чародей поднимался в небо следом за ним. И он уже не был человеком. Точь-в-точь повторив силуэт своего противника, с земли взлетел еще один дракон. Только не черный, а снежно-белый, весь состоящий из мириадов крошечных снежинок.
 
Не издав ни звука, снежный дракон бросился навстречу черному. Через мгновение они сшиблись в воздухе грудь с грудью. Раздался оглушительный удар, Аурика вздрогнула и в ужасе прижала ладони к губам. Она стояла, задрав голову, и замирала от страха за обоих любимых мужчин. Она даже попыталась обернуться драконом, чтобы помешать им, но у нее не вышло. У юной принцессы не было силы Алузара, способного подчинить своей воле самую своенравную стихию. Не было у нее и таланта Льера, умеющего с этой стихией договариваться. А была лишь любовь к обоим ярящимся в небе драконам и страстное желание разнять их глупую драку.
Противники снова сцепились в смертоносный клубок, и лишь каким-то чудом продолжали держаться в воздухе. Снежную равнину то и дело оглашал яростный рев Алузара и вспышки его пламени. Король драконов не мог колдовать в звериной форме, а вот Льер мог. Он не рычал и не плевался пламенем, он просто зажимал соперника в тисках холода. Все сильнее и сильнее. По черной шкуре короля драконов серебрился морозный узор, покрывая ее почти целиком. Алузар сопротивлялся ледяной магии элементаля, но огонь его угасал.
В какой-то момент в небе словно оборвалась невидимая струна, державшая на весу двоих драконов, и они кубарем полетели вниз. Миг – удар – во все стороны брызнули комья снега. От удара снежная пелена слетела с Льера, и теперь он стоял на земле в своем обычном человеческом облике. Алузар тоже сменил форму от удара, только вот король драконов упал плашмя и теперь отчаянно пытался подняться.
Магическая завеса, что держала Аурику на расстоянии, истончилась и лопнула, и драконица бросилась к месту драки.
– Не подходи! – низкий рык Алузара заставил Аурику вкопаться на месте.
Дракон снизу вверх, исподлобья смотрел на противника, но Льер не торопился нападать на беспомощного врага и честно ждал, пока Алузар встанет на ноги.
– Хватит! Пожалуйста! – Аурика сложила руки перед грудью в просящем жесте и переводила умоляющий взгляд с отца на любимого. Но ни тот, ни другой ее не слушали.
Наконец, король драконов, пошатываясь, поднялся на ноги, тыльной стороной ладони вытер кровь, тонкой струйкой бежавшую из носа. И снова атаковал – без магии, бросившись на соперника с голыми руками. И Льер кинулся ему навстречу. Несколько мощных взаимных ударов кулаков вспороли воздух, не достав до цели. Оба противника были достойны друг друга, хоть и были такими разными. Огонь и Лед, Пламя и Пустота.
Мужчины сцепились в ближнем бою, пытаясь заломить друг друга. Они повалились в снег, черно-белый клубок метался по земле – беззвучно. До Аурики доносилось лишь тяжелое сдавленное дыхание обоих противников. И никто не мог одержать верх.
Клубок распался, соперники откатились друг от друга, вскочили на ноги. И почти одновременно с их рук сорвались потоки магии. Огонь и Лед слились в оглушительном взрыве, раскидавшем поединщиков далеко друг от друга. Оба они, тяжело дыша, лежали на земле. Льер поднял голову, и Аурика с ужасом увидела, что глаза его снова стали темно-синего цвета. Элементаль испугался и сбежал, бросив своего хозяина.
Алузар первым оказался на ногах. Тяжелым шагом он приблизился к Льеру и схватил его за горло. Без особого труда король драконов поднял соперника вверх на вытянутой руке. Чародей захрипел, схватившись за душащие его пальцы.
– Отец, нет! – Аурика снова бросилась к мужчинам, намереваясь разнять их.
– Как в таком слабом теле помещается такая мощь? – губы Алузара дрожали от сдерживаемого гнева, глаза пылали. Но вот, лицо его разом расслабилось, он закрыл глаза и отпустил свою жертву.
Тяжелым кулем Льер повалился в снег, но сразу же оказался на ногах. Алузар стоял, опустив голову и закрыв глаза. В этот момент Аурика подскочила к ним и бросилась обнимать Льера:
– Ты в порядке? Все хорошо? – она суетливо ощупывала его, но мужчина лишь досадливо отстранялся: