В гостях у (с)нежного чародея (СИ)

Не удержавшись, она приблизилась к границе между снежной стеной метели и тихим пространством за углом избушки. Уж больно подозрительно она выглядела. Усмехнулась про себя, обнаружив там магический барьер сродни тому, что Льер ставил вокруг себя, когда ходил к озеру. Все-таки совесть его замучила, что выкинул девчонку на улицу. Решил хоть как-то укрыть своих непрошеных гостей от метели. Что ж, и на том спасибо.
Граница тянулась достаточно далеко от домика, чтобы драконица могла под ее прикрытием насобирать дров для костра. Правда, ничего приличного добыть из-под снега не получилось – один хворост. Чтобы нарубить дров, нужен топорик, которого у Аурики не было, и сноровка, которой тоже не было. Оставалась еще магия, но использовать ее в закрытом мире опасно, в этом девушка уже успела убедиться. Потому со вздохом собирала то топливо, которое было ей доступно.
Смеркалось по зимнему времени быстро. На тихий лес уже опустилась вечерняя синева. Мороз отчаянно кусал за щеки, и Аурика пожалела, что не взяла с собой теплую шапку. Ну, кто бы мог подумать, что дракону станет холодно? Она до самого носа натянула капюшон мехового плаща, подышала на мерзнущие руки. И внезапно услышала раскатистый треск в чаще леса.
Аурика мгновенно вскинулась, вглядываясь в сгущающиеся сумерки. Треск повторился, словно там ходил кто-то большой и неуклюжий, ломая тяжелыми шагами промороженные стволы деревьев у себя на пути. И хоть вокруг и без того было холодно, драконица похолодела еще сильнее. И попятилась обратно к избушке и к костру.
Среди заснеженных стволов Аурике померещилось движение. То ли это колдовской ветер шатал деревья, то ли к ней из чащи двигалось нечто огромное и чудовищное. Оно хрупало по сугробам большими ножищами, спугивая с веток замерзших птиц. Всклокоченные вороны с возмущенным карканьем слетали с насиженных мест и кружились над головой смутьяна.
– Ты чего, девочка?
Сама не заметив, как, Аурика вернулась к затухающему костерку. Олло поворошил в нем угли, и теперь остатки дров давали немного света и тепла.
– Так, ничего, показалось, – драконица с видимым облегчением свалила собранные ветки в костер. Огонь она любила, огонь не подпустит к ней никаких чудовищ из заколдованного леса.
Веселое пламя принялось плясать на сухих сучьях. Аурика улыбнулась ему, словно хорошему другу, и в этот момент из чащи снова донесся зловещий треск – уже значительно ближе. Девушка аж присела от неожиданности.
– Это что там такое? – гном отвлекся от приготовления еды и тоже уставился в сторону звука.
– Не знаю, Олло, – Аурика качала головой и незаметно для самой себя отступала ближе к домику. – Может, кто-то из местных?
– Но ведь здесь никого нет. Так твой снежный чародей сказал, – гном выглядел озадаченным, но не испуганным. Чтобы бояться, нужно иметь воображение, коим Олло, судя по всему, был обделен.
– И ты туда же?!! – Аурика мигом вспылила, позабыв о пугающем треске в чаще. – Никакой он не мой! Грубиян неотесанный…
– Да, ладно тебе, – библиотекарь добродушно усмехнулся и вернулся к приготовлению пищи. – Я же вижу, как ты на него смотришь. А уж старик Оллорин кое-что понимает в сердечных делах, – он выставил палец вверх в подтверждение весомости своих слов.
А драконица едва не задохнулась от возмущения. Открыла, было, рот, чтобы возразить, но сходу не придумала, как сказать это красиво и достаточно высокомерно. И в этот момент на их крохотную полянку налетел порыв ледяного ветра, мигом загасив костер, раскидав в стороны дрова и вещи. Гнома этот ветер опрокинул навзничь и поволок по снегу, пока тот не уперся спиной в стену избушки. Аурика выстояла, прикрыв лицо рукой, хотя почувствовала, как в одно мгновение на ее бровях и ресницах намерз слой инея, а губы занемели от холода.
Воздух стал настолько ледяным, что обжигал легкие при вдохе. Аурика попыталась призвать огонь, но с перепугу начала искать магию вокруг себя, а там ее не было. Злой ветер ворвался на полянку, снеся магический барьер Льера, словно листок бумаги, и принялся кружить вокруг Аурики, поднимая вокруг нее снежный вихрь. Щупальца холода потянулись к ней внутрь, к сердцу. Драконица чувствовала, как вымерзает воздух в ее груди. И в то самое мгновение, когда лед уже почти проник к ней внутрь, на поясе Аурики затеплился колдовской уголек. Слеза Пламени засветилась, источая тепло, и лютый холод отступил, отпустив свою жертву.
 
И с удвоенной яростью бросился в сторону избушки.
Ветер свистел на трубе домика, выплясывал на крыше, сдирая с нее черепицу, рвался в закрытые окна. И, наконец, нашел лазейку. Снежная воронка свилась в центре дымохода. А спустя мгновение всосалась внутрь избушки.
И все стихло.
Олло с кряхтением выбирался из сугроба, Аурика, лохматая и ошарашенная, хлопала круглыми глазами. И в этот момент резко распахнулась дверь, а на пороге домика в окружении вырвавшейся изнутри снежной пурги появился перепуганный Ренфри:
– Аурика! Скорее!
– Что случилось? – драконица оторопело повернулась к юноше.
– Нужна твоя помощь. Льеру очень плохо.
Глава 6. Ярость холода. Часть 2
Не раздумывая, драконица бросилась на помощь. За ней, торопливо собрав из снега разбросанные вещи, поспешил Олло.
– Что там у вас? – Аурика ворвалась в дом и на миг остолбенела.
Внутренне убранство избушки и раньше не казалось ей уютным: насквозь промороженные стены, сугробы снега по углам – но сейчас в ней творился откровенный кошмар. Сенцы были завалены снегом едва ли не по колено, с потолка свисали длинные сосульки на манер сталактитов. В сторону внутренней комнаты вела узкая неровная тропинка, едва протоптанная Ренфри.
– Что здесь случилось? – драконица оторопело замерла у входа.
– Он разозлился, понимаешь? – Ренфри нетерпеливо переминался перед Аурикой.
– Он? Льер?
Стоило ли так спешить на помощь, если хозяин избушки был настолько не в духе?
– Нет, не Льер. Льеру плохо, – мальчишка мялся, не зная, как поторопить Аурику, но при этом не вдаваться в объяснения.
А вот Аурика очень хотела объяснений и упрямо уставила руки в бока:
– А кто?
– Спроси об этом учителя, пусть он сам тебе расскажет. Только сначала помоги ему. – Видя, что уговоры не действуют, Ренфри использовал последнее средство, – Это, между прочим, из-за тебя все. Пришла тут со своей магией, перебаламутила все…
Драконица только рот открыла от возмущения, но спорить не стала. Мальчишка был прав. Эта магическая буря началась из-за нее, и неизвестно, что еще она могла здесь потревожить, принеся в закрытый мир Слезу Пламени.
Возмущенно фыркнув, она отпихнула Ренфри в снег и протиснулась по тропинке в комнату.
Там погром оказался еще сильнее. Длинный стол был отброшен к стене, обломки мебели и осколки глиняной посуды валялись по всей комнате, густо припорошенные снегом. Льер лежал в углу, обхватив себя руками за плечи и подобрав ноги, и кашлял. Почти не переставая, глубоко и хрипло.
Удостоверившись, что чародей не накинется на нее с порога с кулаками, Аурика осторожно приблизилась.
– Давно он так? – кивнула на мужчину.
– Если ты про кашель, то давно уже, а вот чтобы совсем плохо, так это после сегодняшнего разговора с тобой, – Ренфри снова дернул за нужную ниточку, и Аурика виновато вздохнула.
Приблизилась к хозяину домика и опустилась перед ним на корточки. Чуть помедлив, коснулась пальцами его лба. И тут же испуганно отдернула руку:
– Он же горит!
Уже смелее приложила полную ладонь ко лбу мужчины – он был очень горячим. В этот момент чародей открыл глаза, посмотрев на Аурику так, словно видел ее в первый раз. И глаза эти были очень-очень темными, но не черными. Цвета Аурика в полутьме избушки не разобрала, только лишь удивившись произошедшей перемене. Он приоткрыл рот, собираясь сказать что-то, но в этот момент тело его скрутило в очередном приступе кашля. Он уткнулся лицом в свой плащ, что служил ему подстилкой, пытаясь утишить кашлевые позывы.