Странные и удивительные мы (ЛП)

— Доброе утро, — негромко поздоровалась я, вытянула стул, царапнув пол ножками.
Подошедший официант помог пододвинуть стул.
— Эспрессо, пожалуйста. Крепкий.
— Он может быть гораздо крепче, чем ты думаешь, — заметил Эд.
— Пусть. Я слишком много выпила вчера, — объяснила я, как бы оправдываясь за странные вчерашние события.
Эд поднес чашку к губам. Вокруг нас тихо разговаривают, и мне вдруг захотелось для облегчения моего состояния услышать громкую музыку.
— Наша поездка на озеро Гарда пронеслась очень быстро. А еще так много мест, которые мы не увидели.
— Тебе надо вернуться сюда еще раз, — сказал он.
По необъяснимой причине меня передернуло при слове «ты», а не «мы». Я прогнала эту мысль, шокированная тем, что она вообще пришла мне в голову.
— Один кофе, крепкий. — И официант поставил передо мной чашку.
— Спасибо.
Я сделала глоток и поморщилась от вкуса.
— Ты был прав.
Эд улыбнулся. Его вид вызывал во мне настолько сильные чувства, что пришлось опустить глаза. Воспоминания о прошлой ночи пронзили, вывернули меня наизнанку. Но я не могу сидеть зная, что он рядом, и не смотреть на него. Хотя мне не нужно смотреть на него, чтобы видеть, как его губы прижимаются к кофейной чашке, как плавно смещается Адамово яблоко при глотке, или каким движением пальцев он поднимает вилку. Я знала все его жесты наизусть, потому что видела их миллион раз и могла наблюдать за ними, не уставая, еще миллион раз.
— Собираюсь позвонить Джулии сегодня, — произнес он. — Чтобы поговорить о нашем будущем.
— О, хорошо! Я рада.
— Я сделаю это, когда мы приедем в Портофино.
— Ты все еще… Ты едешь?
Он удивлен вопросом.
— Конечно.
Впервые я не была уверена, что Эд должен ехать. Наверное, надо бы что-то сказать о вчерашнем вечере. Хотя я знакома с Эдом достаточно давно и знаю: мы оба предпочитаем цивилизованное притворство, и можем молча уверять себя, что ничего не произошло. Что, с одной стороны, правда. Но с другой — прикосновения рук на скамейке, бешеное сердцебиение, долгий обмен взглядами — что-то да значат?
— Я принял решение, Элли, — продолжил Эд. — Я собираюсь сказать Джулии, что вернусь домой и дам отношениям еще один шанс.
— Чудесно, Эд. — Я старалась, чтобы голос звучал искренне. — Ты этого хочешь?
Он колебался.
— Да.
Сгорая от желания спросить, почему он передумал, я знала ответ. Прошлой ночью, когда меня трясло от будоражащих к нему чувств, у моего друга была противоположная реакция. Он понял, насколько ему важен брак.
— Твоя жена будет очень счастлива. И ты тоже.
Он молчал.
— Мне нужно кое-что объяснить, Элли. Я не все тебе рассказал. Джулия не хотела, чтобы я говорил…
— Тогда не говори. Тебе вообще не нужно ничего объяснять.
  
Глава 48
 
Будучи взрослой, я все время стремилась к поставленным целям, достигала их, раздвигала границы своих интеллектуальных способностей. Такое отношение к жизни делало меня счастливой, не учитывая странный разрыв отношений, тяжелую утрату или мучительную боль во время ПМС. Но знакомо ли вам это? Вы знаете, что что-то должно произойти рано или поздно, и вы не успеете повлиять на это, а это что-то, в свою очередь, заставит вас усомниться в вашем счастье.
Получив работу мечты в Ливерпульском университете почти три года назад, я была на седьмом небе. Это было все, к чему я стремилась профессионально — стать независимой, читать лекции в университете «Рассел Групп», иметь свою собственную лабораторию. Конечно, тот факт, что Роб бросил меня, узнав новость, несколько сгладил блеск моего триумфа.
— Никто не заслуживает этой вакансии больше, чем ты, Элли, — объявил мой бойфренд, примерно через минуту после звонка Алистера, который сообщил о получении заветного места. — Ты отлично справишься.
Я хотела броситься ему на шею, но он напрягся. Что-то в языке его тела заставило меня подождать.
— Мы не говорили о том, что это значит для нас, правда? — продолжил он.
 
— Все будет хорошо. — Я пожала плечами. — Мы пережили любовь на расстоянии, когда я работала в США. Кардифф и Ливерпуль значительно ближе друг к другу.
— Дело в том, Элли, что на мой взгляд, такие отношения не будут работать, — сказал он, будто речь шла о сломанном принтере.
Переживая после расставания, я поняла, что мучаюсь не только из-за самого Роба. Я страдала, потому что не будет больше совместных ужинов, просмотра очередного скандинавского триллера на диване. Четыре года совместной жизни я неизменно испытывала к Робу огромное уважение и привязанность. И только когда меня бросили, поняла, что не хочу жить в одиночестве. У меня была работа, но это не вся жизнь, вопреки тому, что некоторые люди могли думать обо мне. Я хотела, чтобы кто-то, пусть не Роб, делил мою жизнь, радости и проблемы. Меня поразило, что, возможно, по этой причине мы с ним так долго продержались вместе. Быть вместе означало, что никто из нас не одинок.
Теперь, уже подав заявление об уходе, не было смысла идти на старую работу. Чтобы отвлечься, я решила пройтись по магазинам St David's. Когда я выходила из парфюмерного магазина Jo Malone в облаке ароматов пробников, мне позвонил Эд.
— Ты — темная лошадка! Я только что столкнулся с твоим отцом. Он рассказал мне о твоем переезде в Ливерпуль. И ты держала новость в секрете!
Его голос звучал весело и игриво.
— Да, я только что написала заявление.
— И когда ты должна приступить?
— Через четыре недели.
— Ага, значит мы сможем встретиться в субботу вечером? Или у тебя слишком много дел?
— Я безработная. Мне абсолютно нечего делать.
— Отлично. Тогда встречаемся. Положись на меня, я организую что-нибудь хорошее. И… Элли?
— Да?
— С нетерпением жду встречи.
***
Он пригласил меня в новое место на Болд Стрит, где среди кирпичных стен, на столиках в деревенском стиле с мерцающими свечами, подавали маленькие порции блюд и коктейли. Мы, сидя в тени, ели фалафель, пили Whip Royales, и предавались воспоминаниям.
Всматриваясь в лицо друга и видя его сияющие глаза, я думала не только о Робе, но и о тех мужчинах, с которыми встречалась в университете все эти годы. Секс на одну ночь, флирт и заигрывания. Внезапно возник вопрос, который годами подавлялся. Почему ни с кем я не чувствовала себя так, как с Эдом?
— Роб едет с тобой в Ливерпуль?
Я замерла, бросив на него взгляд из-под ресниц.
— О, папа тебе не сказал?
— Сказал что?
— Что… мы расстались.
Выражение его лица мгновенно изменилось.
— Ой. Прости. Я просто предположил… Я не знал. Хочешь рассказать?
— Нет, — быстро ответила я, вонзая вилку в еду.
Эд сердито нахмурился.
— Ничего страшного. Честно. У нас с ним разные пути, — предложила я версию, которая, как надеялась, удовлетворит моего друга.
— Чувствую себя идиотом. Сижу здесь и радуюсь: «Как чудесно, что ты вернулась!»
— Это действительно чудесно. У меня теперь работа моей мечты.
— Значит, это ты бросила его? — осторожно спросил Эд.
Я заерзала на месте.
— Не я. Но все в порядке. Правда.
Странная тишина повисла в воздухе. Мне нестерпимо захотелось сменить тему.
— Ты закончил ремонт?
Эд потратил целое состояние на свой новый дом.
Но он молчал. С расширенными зрачками, не отрываясь, мужчина смотрел на свечку.
— Эд?
— Хм? Извини.
— Как дом? В прошлый раз, когда мы разговаривали, ты обустраивал новую ванную.
Мой друг посмотрел на меня и опустошил бокал. Я почувствовала, как тепло его глаз согревает мое лицо.
— Дом выставили на продажу. Мы присматриваем место в Уиррал.
— Шикарно. — В голове щелкнуло. — Мы?
Эд помедлил.
— Помнишь, я рассказывал тебе о Джулии?
Потребовалась минута, чтобы вспомнить, как в нашу последнюю встречу под Рождество он рассказывал, что начал встречаться с кем-то с таким именем. Они познакомились на одном их благотворительных мероприятий. После этого я даже заглянула на страницу Фейсбук этой девушки и поместила ее в категорию бесконечных «Эмили» и «Аннабель». Я была уверена, что их отношения не продлятся долго.