Странные и удивительные мы (ЛП)

— Я надеюсь, Элли. Для твоего же блага.
— Логично было бы сразу сказать об этом и представиться дочерью Кристин. Каждый раз думая о предстоящей встрече, о том, что придется рассказать о находке в бабушкином шкафу… Боже, я умру, Эд! Невозможно заявиться и просто сказать: «Привет, я Элли Калпеппер. У меня есть основания полагать, что вы спали с моей мамой и знаете что? Наверное, я ваша дочь».
Меня передернуло.
— А что ты будешь делать, если кто-то другой выйдет к тебе, или Стефано не будет дома?
— Можно сказать, что я юрисконсульт недвижимости Кристин Калпеппер, и пытаюсь разыскать Стефано относительно ее завещания. Звучит более правдоподобно?
— Думаю, что да. Хотя он может подумать, что получит кучу денег.
— Что бы ни случилось завтра, мне нужно придумать, как вести себя.
Эд внимательно посмотрел на меня.
— Ты хочешь сказать, что у тебя может не получиться?
Я вздрогнула.
— Возможно.
Полное бездействие привлекало все больше. Но как жить дальше, покинув Италию и ничего не узнав? Если есть какое-либо объяснение, то мне нужно его узнать ради себя и ради папы.
Неожиданно у меня запекло в глазах и, когда я поморгала, в горле стало сухо. Отпив еще немного коктейля, я замолчала, смутившись, зная, что Эд смотрит на меня. Он протянул руку и тихонько сжал мое предплечье. Нежное пожатие его ладони отозвалось пульсацией под моей кожей, и я посмотрела на темные волосы, исчезающие в мягких линиях локтевого сгиба загорелых рук. Я с трудом сглотнула, когда на его телефоне высветилось сообщение. Сначала подумала, что это очередное сообщение от Джулии — она прислала несколько с тех пор, как мы уехали — но на экране вспыхивает «мама». Быстро пробежав глазами, он собрался ответить.
— Мама знает про проблемы с Джулией?
— Нет. Для нее я в командировке. Она сойдет с ума, если узнает. Самый счастливый день в жизни моей матери был, когда она надела огромную шляпу, чтобы посмотреть, как я становлюсь честным мужчиной.
Я улыбнулась в свой бокал этим воспоминаниям.
— Шляпа была большой.
— Размером с космическую станцию.
— Она выглядела замечательно, — добавила я.
— Да, — с теплотой согласился он.
***
Вечером город такой же оживлённый, и мы по бледной каменной брусчатке направились к озеру, мимо древних колоннад. Маленький полуостров с его вечной красотой особенно притягателен в современном антураже. В тенях крепости и древней римской виллы, атмосфера la dolce vita, [24] казалось, просто витала в воздухе, наполненном раскованным смехом друзей и сильными ароматами итальянской жимолости.
Через широкий променад вдоль озера мы пошли в сторону отеля. Огни противоположного побережья мигали под мрачным залитым лунным светом небом. Через несколько метров суматоха города сменилась теплыми нежными звуками плеска воды и пения сверчков.
— Ты, наверно, видела мои таблетки, — вдруг произнес Эд.
Бросив на него короткий взгляд, я продолжила путь, наблюдая за ящеркой, убегавшей от нас по каменной стене.
— Это твое дело, Эд, — ответила я, но тут же спохватилась. — Хотя, конечно… Если ты хочешь поговорить об этом.
Еще несколько шагов мы прошли в тишине. Единственные звуки — это шорох моих сандалий и раскачивание высоких пальм над нами. Со скал спадали соцветия лантаны, а в воздухе витал едва уловимый острый растительный запах.
— Несколько недель назад Джулия предложила мне сходить к доктору. Она думает, что у меня стресс.
— У тебя на самом деле стресс?
Подбородок Эда напрягся.
— Можно сказать и так.
Мы прошли мимо скамейки, где, обнявшись, шепталась парочка лет пятидесяти. Их руки были переплетены с такой непринужденной лаской, словно все складочки и ямки нашли удобство друг в друге.
— Док выписал мне антидепрессанты.
Несмотря на невозмутимый тон, я была совершенно сбита с толку. Наверно, зная, что это за таблетки, я не могла смириться, что они для Эда.
 
— Ты их принимаешь?
Он пожал плечами.
— Я пытался. Не помогло.
Неприятно осознавать, что душевное состояние Эда было настолько плохим, что потребовалось медицинское вмешательство, а я — его лучший друг — не смогла этого распознать. Раздраженная на саму себя, я твердо решила исправить ситуацию.
— Дай им время, Эд.
— Они не помогут.
— Другим помогают. Почему ты думаешь, что в твоем случае будет по-другому?
— Потому что не в стрессе проблема, Элли. Я взял их, чтобы успокоить Джулию.
Обдумывая что сказать, я почувствовала на себе его взгляд.
— В любом случае, от них меня пучит. — Он улыбнулся, решив разрядить обстановку, но я, не поддаваясь, поджала губы. — Нет, правда.
Я покачала головой.
— Думаю, ради сохранения брака можно пожить и со старым пердуном, не так ли? — строго заметила я. Эду нечего было сказать.
***
В отеле у стойки регистрации я остановилась узнать, не прибыл ли мой багаж, и к сожалению, чемодана все еще не было. Эд ушел в комнату, я же устроилась на скамейке, чтобы позвонить на круглосуточную горячую линию, телефон которой мне дали в аэропорту. От асфальта поднимался жар, секс-шоп напротив непрерывно мигал, освещая улицу и машины, проезжавшие мимо. Я ждала соединения с линией минут двадцать, когда, наконец, кто-то ответил и попросил перезвонить еще раз утром, поскольку он всего лишь охранник.
Когда я вернулась в душную и влажную комнату, Эд уже спал. Бросив сумку на кровать, я остановилась, смотря на его мягко поднимавшиеся и опускавшиеся плечи. Проскользнув к окну, я распахнула его настежь, решив, что шум дороги будет предпочтительнее жары. Эд перевернулся на спину. Когда серебристый свет луны осветил его лицо, я успокоилась.
Я готовилась ко сну, смывая макияж гелем для душа Эда, который оказался весьма эффективным средством. Затем тихонько вернулась в комнату, сняла брюки и проскользнула под тонкую простыню, быстро провалившись в сон.
Когда среди ночи я внезапно проснулась и увидела полуголого мужчину, открывавшего дверь, меня охватил панический ужас. Покрывшись потом, я села на кровать в поисках света. Мужчиной оказался Эд.
— Что, черт возьми, ты делаешь?
— Прости, я не мог заснуть. Пошел в ванную. Здесь должно быть градусов тридцать пять.
Успокоившись, я молча выключила лампу и снова легла. Он молча прошел мимо, сел на край своей кровати и уставился в окно. Последнее, что я видела, закрывая глаза, это его обнаженная спина, веснушки на плечах и рельефные трицепсы.
Остаток ночи я спала, как ребенок. Проснувшись утром, я потянулась, прекрасно себя чувствуя. Затем перевернулась на другой бок и не поверила глазам: Эд все еще сидел, смотря в окно, точно в такой же позе, в которой я, засыпая, видела его несколько часов назад.
  
Глава 19
 
Спустя несколько недель после препарирования лягушки на уроке зоологии, я обнаружила, что Эд пользуется тем же автобусным маршрутом, что и я. Мы жили далеко друг от друга, его дом находился в районе, в котором я никогда не была. И вот после школы Эд взял за правило тащиться позади меня, чтобы вместе идти на остановку. Поначалу это вызывало подозрения и заставляло меня нервничать, и я не могла понять, зачем он крутится возле меня. Но вместе с тем, мне это нравилось.
— А ты не боишься, что люди о нас подумают? — спросила я его однажды.
Он сморщил нос так, что мне стало крайне неловко от своего вопроса.
— Не-а. У меня есть подружка. По крайней мере… Я полагаю.
— Ты про Бернадетт?
Он озадаченно кивнул. Бернадетт МакГоверн имела репутацию роковой женщины, что, в общем-то достижение, учитывая, что ей было всего тринадцать.
— Она попросила пригласить ее в кино, на фильм с Дженнифер Энистон.