Проданная лесорубам (ЛП)

Из-за каски у меня чешется голова, но я справляюсь с этим, сосредоточившись на гигантском дереве, которое мы будем валить следующим.
Эйден работает со мной. Он хороший парень и опытный работник. Я доверяю ему принимать решения, которые не подвергнут опасности ни одного из нас.
Мы почти закончили, когда Лиам вышел из-за деревьев, снимая перчатки и наблюдая, как могучий Западный Красный кедр падает с такой силой, что сотрясается земля.
Я вопросительно наклоняю голову в сторону Лиама, и он подталкивает меня поближе.
— Все в порядке? — может, со Скай что-то случилось.
— Прошлой ночью в баре появились новые люди… Я подумал, что должен сообщить тебе.
— Кто?
— Он не сказал, но я подслушал, как один из его приятелей назвал его Картером. Он сказал, что ищет девушку по имени Скай. Это та женщина, которая живёт с тобой, верно?
— Что ещё он сказал?
— Их было много, они навязывали свою позицию. Все стало хлопотным.
— Насколько хлопотным?
Лиам улыбается и проводит рукой по своей рыжей бороде, стряхивая кору, застрявшую в густых волосах.
— Мы заставили их уйти. Им это не понравилось, но эти городские мальчишки думают, что могут приходить в наш город и угрожать нашим друзьям. «Преступники из Тени» тоже были там прошлой ночью. Когда я сказал им, что Скай была с Финном, они выгнали тех парней из города.
Я стискиваю зубы и снимаю перчатки. Эйден кричит, что уже направляясь к нашей следующей цели — дереву, но я не могу сосредоточиться на вырубке, когда опасность, кажется, приближается с каждой минутой.
— Спасибо, что рассказали мне и убрали этих придурков из нашего района.
— Для чего еще нужны друзья? — он проводит пальцем под козырьком своей каски, глядя на срубленное нами дерево. — Итак, кто они?
— Неприятности, — говорю я. — Это всё, что тебе нужно знать. Если это повторится, ты можешь позвонить мне? Не важно, как поздно.
— Конечно. Но я сомневаюсь, что они вернутся. Мы ясно дали понять, что им здесь не рады.
— О, они вернутся, и в следующий раз они не станут слушать, что бы там ни говорили. Они знают, что близки к своей цели. Они будут стараться ещё больше.
— Они хотят забрать Скай?
Я киваю и не собираюсь посвящать Лиама в ситуацию с Хэлли.
— Картер — её бывший муж.
Лиам переминается с ноги на ногу, принимая более широкую позу.
— Господи, Уэст. Ты вляпался с ней во что-то неприятное. Надеюсь, она того стоит.
— Так и есть, — отвечаю я, не успев подумать, но потом меня осеняет. Защищать её — это не просто инстинктивное желание защитить женщину, попавшую в беду. Дело не в защите того, что принадлежит мне, потому что я честно заплатил за неё. Речь идёт о желании, чтобы Скай была в безопасности со своей дочерью. Речь идёт о желании оставить её с нами после истечения срока действия контракта.
— Тогда ты позвонишь нам, если понадобится, хорошо? Таким мужчинам не место среди женщин. Им и здесь не место тоже.
Его поддержка не удивительна — Лиам хороший человек. Но ощущение себя частью более широкого сообщества, которое поддержит меня и моих близких в трудную минуту, возвращает меня в те дни, когда я служил, когда знал, что мои братья прикроют мою спину. О тех днях я бы предпочёл многое забыть, но только не это.
— Спасибо, мужик.
Он кивает, начиная натягивать на руки толстые рабочие перчатки. Когда Эйден снова зовёт меня, желая выполнить нашу норму, лес поглощает удаляющуюся фигуру Лиама.
В обеденный перерыв мы все собираемся, чтобы проведать Скай. Она быстро закрывает свой блокнот, как только видит нас, но Джек выхватывает его у неё из рук и уходит, несмотря на то, что она пытается вернуть его обратно.
— Вау.
У него отвисает челюсть и выпучиваются глаза, но, когда он показывает мне, на что смотрит, я понимаю, почему он удивлён. Она нарисовала нас по памяти: три лица, смотрящие со страницы на фоне нависающих деревьев. Это всё равно что смотреть на себя в зеркало, только я в оттенках серого. Каким-то образом ей удалось передать добрые глаза Финна и яростно стиснутые челюсти Джека. Ей передалась и моя настороженность.
  
— Это действительно здорово, — говорю я Скай, когда она откидывается на спинку стула, смиряясь с тем, что мы увидим, над чем она работает.
Финн плюхается рядом со Скай и обнимает её за плечи, притягивая ближе, чтобы поцеловать в макушку. Она мило краснеет и отстраняется, оглядываясь по сторонам, словно осознавая, что выставлена на всеобщее обозрение. Она начинает рыться в большом пакете, который принесла с собой этим утром, раздавая завернутые в фольгу бутерброды и разливая по чашкам дымящийся суп из термоса. В конце концов Джек возвращает ей рисунки с задумчивым выражением лица. Что-то в том, что она решила нарисовать нас, тронуло его, хотя он никогда бы в этом не признается.
Суп готовился из острых помидоров, фаршированных мягким перцем и измельченной курицей. Он очень вкусный и идеально согревает нас изнутри. Несмотря на беспокойство, которое терзает Скай, она улыбается, когда мы хвалим её кулинарию, и даже громко смеётся, когда мы все стонем от удовольствия при виде вкуснейших домашних шоколадных пирожных, которые она приготовила на десерт. Когда наши коллеги с завистью смотрят на неё, она достает большой пластиковый контейнер и раздает его всем. Если мужчины в этом заведении и опасались её присутствия здесь сегодня, то они быстро меняют своё мнение.
— Она — хранительница, — шутит Лиам, но подмигивание, которым он одаривает меня после этого, говорит о том, что он говорит правду.
Я знаю, что это так.
Я чувствую это нутром. Если мы только сможем вернуть её ребёнка, я смогу точно представить, какой женщиной она станет — такой женщиной, которая идеально впишется в нашу жизнь. Мы можем расти вместе, обвиваясь вокруг неё, как плющ на деревьях за окном.
— Итак, Скай, хочешь нарисовать меня? — Лиам поворачивает лицо из стороны в сторону, показывая свой профиль.
— У меня нет достаточно большого листа бумаги, — шутит Скай. Все лесорубы разражаются смехом, включая Джека, который, кажется, видит её другими глазами, мягко улыбаясь, когда она ярко сияет. Он помогает ей собрать мусор и даже встаёт, чтобы выбросить его в мусорное ведро, стоящее в углу. И тут, к величайшему удивлению, он предлагает приготовить Скай кофе. Лица с открытыми ртами в этом заведении выглядят чертовски уморительно.
Моя мама всегда говорила мне, что люди способны изменить друг друга. Я всегда думал, что она имела в виду худшее, но наблюдать, как Джек смягчается из-за Скай, а Финн улыбается так, словно его лицо вот-вот треснет, — это прекрасное зрелище.
После окончания работы я отвожу нас всех обратно в домик. Скай ждёт со мной, пока Джек и Финн обходят дом и заглядывают внутрь. Как только мы убеждаемся, что всё чисто, мы поднимаемся по деревянным ступеням. Скай вешает своё пальто на крючок у двери, рядом с куртками Финна и Джека. Я вешаю туда же свою, и вид нашей одежды вместе создаёт такой домашний уют, что мне приходится подойти к раковине и налить себе стакан воды, чтобы проглотить комок в горле.
Скай исчезает в своей комнате, а Финн возвращается после душа и говорит нам, что слышит, как она плачет.
Джек смотрит в сторону двери в коридор, как будто хочет утешить её, но не знает как. Мы все ходим на цыпочках.
Он наливает себе полстакана «Джека» и плюхается в кресло рядом с пустым камином. Он залпом выпивает весь стакан виски, а затем шумно откашливается.
— Он умер.
— Кто? — спрашиваю я.
— Мой отчим.
Чёрт. Это не простая смерть, когда люди скорбят о своей потере. Это очень сложная смерть человека, который причинил много боли.
— Когда.
— Вчера.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Финн. Он храбрый. Я бы не стал так прямолинейно подходить к этому вопросу.
— Как будто я хочу найти его труп, разрубить его на куски, а потом помочиться на них. — Джек смеётся, но в его смехе нет теплоты. Он тёмный, пустой и наполнен злобой.