Теперь они мясом наружу (СИ)
Обернувшись, мужчина посмотрел на меня такими же белесыми зрачками, как и в момент нашей встречи. И пояснил немного виноватым тоном:
— То, как выглядит твоё подсознание, зависит только от тебя. И что оно при этом делает — тоже. — Голос звучал также хрипло, как и при нападении. — К счастью, ты не страдаешь ненавистью сам к себе.
Алиса в это время с тревогой всматривалась в указанное мной пустое место. И я поспешил внести ясность, пока она окончательно не перепугалась:
— Это место... — Пробормотал индикатор мои мысли, когда я окинул взглядом зал Центра правления полётами. — Оно как-то помогает мне докапываться до собственных подавленных воспоминаний... Это из-за лишних измерений вокруг нас.
— О, а о таком я тоже слышал! — Напряжённую обстановку немного разрядил голос говорящей головы из-за спины. — Правда, на пацанов обычно нападали мнюхи о том, как их в детстве батя-алкаш по дому гонял. Или про войну жесть какая-нибудь — у тех, кто застал. С тобой-то кто там на связь вышел? Школьный хулиган, какой-нибудь?
Алиса осторожно подошла ко мне поближе, всё ещё с опаской поглядывая на пустой стол:
— И что? Прямо вот так разговаривает? Как человек?
— Да... Но не хулиган... — Я не стал уточнять, кого именно теперь спроецировало моё сознание. — Говорит, что может ответить на вопросы. Но знает не больше чем я сам. И ещё советует избавиться от индикатора.
— Хм... — Девушка, похоже, задумалась над тем, какой же насущный вопрос я могу задать сам себе. — А откуда он... То есть ты... Откуда ты это знаешь? Про то, что нужно выкинуть индикатор? Ты его где-то раньше видел?
— Вроде бы как арбитры отвечают за потерянное имущество головой. А значит предпримут все необходимые действия для поиска и возврата. — «Дядя Миша» ответил мне на её вопрос, не дожидаясь мысленного повторения. — Кстати, это и к тебе самому относится. Ты для них тоже потерянное имущество. И тебя... То есть, нас срочно ищут. Только если вот индикатор они наверняка как-то могут засечь по его энергетической сигнатуре или типа того, то нас им так просто не найти. При диверсии в Центре инсургенты отключили у нас что-то в мозге. И теперь ты для них невидим.
— Арбитры? Инсургенты? Центр?
— Тут мы знаем немного. Эти воспоминания сложены из того, что ты случайно видел или слышал, пока находился в Центре. Но... Никого из них мы толком не видели. И что такое Центр — тоже непонятно... Помним только то, что писать это слово нужно с большой буквы. Сплошь какие-то размытые картины из этого места и обрывки чужих бесед...
— Это где-то здесь... На Земле?
— Не знаем...
— В космосе? На другой планете?
— Не известно...
— «Отключили что-то в мозге»... Из-за этого я не всё помню и не могу говорить?
— Скорее всего — да. Точно не знаем. — Кивнул мой собеседник и всмотрелся в экран работающего компьютера. — Какая-то своя операционка тут у них, надо же...
Напрягая зрение, я тоже смог прочитать надпись на загрузочном экране: «Пролог-Диспетчер». И чуть ниже — строчки для ввода логина и пароля.
Баз сидел рядом с монитором и тоже наблюдал за мигающим курсором в поле ввода, не обращая никакого внимания на человека в кресле.
— А здесь... В этом месте.... Тут точно безопасно?
— Это нам тоже не известно. — Пожал плечами «Дядя Миша». — Но если индикатор так говорит, то так и есть. Арбитры во многом полагаются на них, когда делают свою работу. Кажется, это что-то вроде портативной базы данных Центра.
— Ну и чего... — Опаска на лице Алисы сменилась любопытством. — Чего тебе отвечают-то?
Пока я транслировал ей ответы своего подсознания через индикатор, на улице снова раздалось негромкое гудение. И после очередной бирюзовой вспышки человек в кресле исчез.
Оглянувшись, я заметил третий вариант собеседника у себя за спиной. Приёмный дед Алисы внимательно оглядывал лестницу и бесконечное звёздное небо у порога входных дверей.
И он тут же услышал мой новый мысленный вопрос. Который сразу возник в голове, как только я тоже посмотрел на перевёрнутые небеса.
— Ась? Можно ли выйти из полосы без индикатора? — Просипел старик и грустно улыбнулся. — совсем как в момент нашего короткого знакомства. — Вот уж чего мы не знаем, того не знаем. Можно, конечно, попробовать просто идти тем же путём, которым и пришли... Но не факт. Тут без гарантий...
— А про гостей что-нибудь можешь спросить? — Проследив за моим взглядом, Алиса тоже всмотрелась за дверь. Но, конечно же, никого там не увидела. — Ну... То есть вспомнить... Можешь? Что-нибудь про то, о чём писал в дневнике Дядя Миша. Ты же должен что-то такое знать про них, раз он тебя там упомянул... И почему там было сказано про срочность?
Повторять вопрос не пришлось. Старик тепло посмотрел на девушку и виновато развёл руки в стороны:
— Как и говорил, помним мы про это совсем немного... Эти так называемые гости не связаны с Центром... Ну... То есть непосредственно не связаны. Точно не являются его... Эм-м-м... Сотрудниками или типа того... Как, к примеру, арбитры. — Дед снова обернулся и всмотрелся в звёзды. —Кто-то рядом упоминал о них как... Как о каком-то эксперименте, что ли... Или о части эксперимента. Одного из многих.
— А я тут при чём? Почему я тогда должен знать, что с ними делать?
— Ты тоже был частью какого-то из этих экспериментов. Инсургенты... Тот лысый в сером вроде бы из них... Они пытаются помешать их проведению. Для этого тебя и выдернули из Центра. Но ты в итоге сбежал от всех. И теперь тебя, как и говорил, ищут. И те и другие. И, рано или поздно найдут. До этого момента, скорее всего, не так долго ждать. Поэтому профессор написал про то, что нужно спешить. Вопрос только в том — кто найдёт тебя первым...
Отвернувшись от деда, я, как смог, поведал об этих ответах Алисе.
С улицы снова долетело голубое свечение.
— А что такое чип? Это ты там у себя в башке знаешь? — Неожиданно Молот тоже захотел поучаствовать в допросе моего подсознания. — Я был прав со своим раскладом? Или как?
— О чипах тоже где-то по фону говорили как о части каких-то научных экспериментов. У каждого есть свой уникальный номер. И какие-то уникальные условия проведения опыта. Судя по обрывочному контексту — это что-то вроде чашек Петри... Какие-то... Ну... Как бы контейнеры что ли для проведения опытов... — Теперь голос моего воображаемого собеседника шёл откуда-то из глубины зала. И я никак не мог увидеть в полутьме, кто на этот раз даёт ответы от моей подавленной памяти. — Да... Пожалуй, это всё что мы помним об этих «чипах».
— Скорее всего, ты был прав... — Ответил я Молоту через индикатор. — Но почти ничего не понятно с ними...
Когда мой новый собеседник вышел на свет от включенного монитора, я вздрогнул.
— Что? Что случилось? — Опять разволновалась Алиса, когда заметила, как я изменился в лице.
— Спокойно, спокойно... — Человек в чёрной форме поправил сползающую на глаза каску. — Это всё ещё просто проекция твоего подсознания. Но реагируешь правильно. Как мы слышали... Да и видели тоже... Со своими целями арбитры разговоров не ведут.
Оглянувшись, он указал на один из столов:
— Считай, что это твоя интуиция говорит... Тут вот ноутбук лежит. На вид — как новый. Скорее всего, тоже запароленный... Возьмите от него аккумулятор с собой. Вдруг пригодится для того, который вы ищете.
Успокоив взволнованную девушку поднятием руки, я шагнул к столу и, отсоединив аккумулятор от ноутбука, передал его Алисе:
— На всякий случай...
— Ага... — Пока она прятала его в свой рюкзак, кот потянулся к нему носом. Но потерял всякий интерес, как только понял, что батарея с прилепленным к ней небольшим шильдиком «Роскосмоса» совершенно несъедобна. — А здесь... Ты не знаешь, здесь точно безопасно?
— Моё подсознание подсказывает, что индикатору можно доверять.
— А что он ещё может, не знаешь?
— Я помню только то, что это что-то вроде справочника... Ну-ка... — После того как чёрная коробка озвучила мои мысли, я задал ей ещё один вопрос. — Ты можешь переключиться на русскоязычный интерфейс?