Если весело живется, делай так
Глава двадцать первая
В толпе Уитни стояла между Грантом и Кристофером. Самое ужасное и возбуждающее было то, что Кристофер как ни в чем не бывало прижимался к ней слева, а Грант потянулся к ее руке справа. Ее мучило чувство вины, но возбуждение было сильнее, чем когда-либо.
Все началось на кухне. Уитни знала, что Кристофер там, поэтому, когда одна из подружек Роузи разлила сок, она пошла туда якобы за бумажными полотенцами, просто чтобы увидеть его, поздороваться, как будто едва припоминала, кто это.
Она зашла за кухонный островок и, собрав все силы в кулак, небрежно чмокнула его в щеку. И тут он протянул руку туда, где островок скрывал нижние части их тел, и провел пальцем под платьем, на одну божественную секунду просунув его в трусики и внутрь нее, продолжая болтать с Клэр и остальными, кто был на кухне.
Пока все начали медленно перемещаться в гостиную послушать музыку, Уитни подошла к стойке и оторвала несколько бумажных полотенец.
— Прекрасная вечеринка, — сказала она.
— Спасибо! — сказал Кристофер. Ей предстояло пройти мимо него, и проход был довольно узким. — Нам тоже пока все нравится!
— Ой! Прости! — сказала она, потершись задом о его ширинку, и он возбудился.
Конечно, она была в ужасе от самой себя. Так вот, оказывается, какая она. Изменщица. Предательница. Лгунья.
Но еще она испытывала извращенное возбуждение и, возможно, даже гордость за то, что эта новая Уитни открыла для себя совершенно иной уровень желания и чувственности, о существовании которого не подозревала раньше. Авантюристка, пославшая на три буквы все правила, которым так стремилась следовать. Не просто жена и мама, а интересная, пусть и не безупречная, полноценная женщина.
Теперь она с силой сжала ноги и сконцентрировалась на Клэр, которая исполняла песню про старика Макдональда. Отлично. Даже отдаленно ничего сексуального в старике Макдональде и его ферме. Если только герой песни не похож на Макдональда средних лет с лицом Кристофера и он не хочет поваляться с тобой вместе на сеновале.
И тут вдруг случилось нечто очень странное. Минуту назад Клэр отлично справлялась, ну, может быть, не демонстрируя высот таланта, которые показывала на их занятиях, но, возможно, она просто не привыкла выступать перед большой аудиторией. В следующий момент выступление стало совершенно расфокусированным. Голос сорвался раз, затем еще раз, как будто она собиралась заплакать или разучилась дышать. Клэр начала петь про корову, которой обзавелся старик Макдональд, хотя уже пела про корову раньше…
Уитни забеспокоилась. Ох, беда. Что происходит? У Клэр пищевое отравление? У нее умерла любимая кошечка и она только сейчас осознала всю тяжесть утраты? Стоп. У Клэр вообще есть кошка? Уитни с удивлением поняла, что ей небезразлична Клэр. Эта девочка заполнила пустоту, оставшуюся после Джоанны, их снова стало семеро, как и должно было быть, и все же Уитни почти ничего не знала о жизни Клэр.
Буквально сразу же непостоянная Роузи и ее друзья постарше, которые сначала с энтузиазмом хлопали в ладоши, потеряли интерес к представлению, разбрелись, залезли на ближайший диван и принялись прыгать, пока Гвен пыталась уговорить их продолжать слушать музыку. Рядом с Уитни Грант слегка покачал головой и глотнул из стакана, в то время как некоторые другие взрослые, которых Уитни не знала, переглядывались, приподнимая брови. В Уитни вспыхнула обида за Клэр. Эти снобы понятия не имели, насколько она талантлива и мила. Как смеют осуждать, если понятно, что с ней что-то происходит?!
Уитни попыталась поймать взгляд Клэр, чтобы подарить ей ободряющую улыбку, но как только Клэр взглянула на нее, то сразу же отвела взгляд, и голос снова сорвался. Поэтому Уитни вместо этого поискала глазами Амару, и они встревоженно и озадаченно переглянулись. Амара кивнула Уитни. Время действовать. Они подняли маракасы, которые не использовала Клэр, с энтузиазмом начали трясти их и запели. Когда другие мамочки из прогулочной группы поняли, что происходит, то тоже присоединились к ним. Дэниел и Кристофер тоже начали подпевать. Уитни схватила Амару за руку, чтобы закружить ее в танце. Дети, бесившиеся на диване, отвлеклись и передумали уходить.
Клэр увидела, как они ее спасают, и, казалось, приняла какое-то решение. Она закончила песню, глубоко вздохнула и снова улыбнулась. Вот она, нормальная Клэр.
— Ой, я еще приготовила вам сюрприз. Пришло время запустить парашют! — объявила она и развернула большое полотнище. Ребята постарше прибежали обратно со смехом, а взрослые подняли разноцветную ткань и раскачивали вверх-вниз.
Глава двадцать вторая
Когда Клэр закончила выступление, снова завоевав одобрение детей и незнакомых с ней взрослых, то поставила гитару в уголок и исчезла за дверью, которая вела на задний дворик. Амара вручила Чарли мужу и пошла за ней.
Она обнаружила Клэр, прислонившуюся к перилам и смотрящую в великолепное солнечное майское небо. Было еще прохладно, и Амара начала дрожать без теплой одежды. Клэр тоже ничего не надела поверх черной футболки с V-образным вырезом, по рукам ее бежали мурашки, но она не терла их, не топала ногами и не тряслась, чтобы согреться. Только стояла неподвижно, как будто прислушивалась к беседе с Богом.
— Что это было? — спросила Амара. — Ты в норме? Или у тебя какой-то нервный срыв?
Клэр обернулась. Исчезла странная нервозность, которую они наблюдали во время концерта. Вместо этого Клэр изнутри светилась какой-то целеустремленностью, которую Амара не понимала совсем.
— Я знаю, что это не мое дело. И если вы решите меня уволить за то, что я скажу, то флаг вам в руки, но я не могу просто сидеть и смотреть, как вы себя гробите в тупом стремлении за совершенством. Поэтому я все-таки выскажусь. Это просто ужасно, что вы принимаете спиды.
— Э-э-э… что? — Слова Клэр как будто ударили ей под дых.
— Тебе это не нужно! — продолжила Клэр. — Ну, может, прям сейчас тебе и кажется, что очень даже нужно. Но я знаю, как кошмарно потом ломает. Ну, то есть я не алкашка какая-то, но порой мне кажется, я готова убить за выпивку. Могу себе представить, насколько тяжело слезть с таблеток. Но я уверена, что ты сможешь. Ты сильная, классная, и тебе будет намного лучше без…
— Стоп! — перебила ее Амара. — Что за хрень ты несешь?
— Хватит притворяться! Я попробовала эту вашу «СуперМамочку»!
— Ты… — начала было Амара, с трудом подыскивая слова. Ужасное осознание зарождалось внутри. Нет, это не могло быть правдой. Но было.
— Прости, — сказала Клэр. — Это дикое нарушение личного пространства, но когда я сидела с Чарли, то чисто по приколу сунула одну таблетку в рот, и почти сразу сердце забилось как бешеное…
— О, нет… — У Амары ноги стали ватными. Она схватилась за перила и опустилась на верхнюю ступеньку лестницы, ведущей во двор. Дворик был как с открытки: розовый куст, дорожка из каменных плит, самодельная кормушка для птиц, в которой толкались воробьи, маленькая металлическая горка для детей с одной стороны и столик с парой стульев для взрослых с другой. Объективно все это находилось в поле ее зрения, но перед глазами стояло лишь маленькое злобное личико Чарли. — О, черт!
— Все хорошо! — Клэр присела рядом и взяла Амару за руку. — Я никому не скажу.
— Погоди. А ты уверена, что это были спиды? — спросила Амара, вцепившись в Клэр с такой же силой, с которой сжимала руку Дэниела в родилке. Она посмотрела прямо в глаза Клэр, словно бы пристальный взгляд мог открыть какой-то портал, чтобы вернуть их в нормальную реальность, от которой они почему-то оторвались. — А не кофеин или что-то в этом духе?
— Нет, я совершенно уверена, что это был какой-то амфетамин. Довольно низкая доза, но все же. Мы принимали один такой препарат в турне, ощущения те же самые. — Она взглянула на Амару. — Постой, ты что, не знала? — Амара покачала головой. — Но как такое возможно?