Повелитель пространства. Том 2 (СИ)

— Ваша Светлость! А за что им такие поблажки? — я попытался рассмотреть говорившего, и им оказался парень из компании Лепесткова. — Может, другие первокурсники тоже хотят попасть в привилегированную группу с принцессой?
— Данная группа не является привилегированной, — Ломоносов решил ответить на комментарий. — Эта группа с углублённым и усложнённым курсом, эти студенты на данный момент показались нам особенно сильными в плане магического дара.
— Романова, Темникова, представители правящих родов других стран, это понятно, с ними нам не тягаться, — не хотел угомониться паренёк, — а что ещё за Лавинины такие? Чем они заслужили такую честь? Да ладно, Лавинины, тут ещё и куча простолюдинов! Я готов сразиться с любым из них в поединке за право находиться в лучшей группе!
— Сергей Лепестков, если я не ошибаюсь? — ректор попытался вспомнить этого парня. — Поверьте преподавателям, Вам не стоит спарринговаться с представителями данной группы, в целях Вашей же безопасности.
Лепестков, значит? Младший брат того придурка? И чего же людям спокойно не живётся? И ректор тоже хорош, зачем было объявлять вот так состав во всеуслышание? Можно же было просто промолчать: никто бы и не заметил, что не все первокурсники соревнуются в состязаниях.
Вряд ли это глупость, скорее всего, Ломоносов задумал какую-то свою игру. Уверен, Ольга Анатольевна обратит на это внимание, однако, я не совсем понял степень их отношений. Императрица сказала, что она не может влиять на решения ректора Академии, странно это всё.
— Какие-то простолюдины не смогут ничего противопоставить чистокровным аристократам, я уверен. Прошу дать всем возможность попасть в эту группу! Кто со мной согласен?
Бо́льшая часть присутствующих здесь студентов подняли руки, а я лишь покачал головой. Вот не хотел же избивать княжеских деток, просто желал обучить своих людей теории. И зачем они лезут? Потом придётся перед Ломоносовым оправдываться, почему очередной княжич огрёб от собакена.
— Хорошо. Если большинство студентов хочет соперничества, пусть будет так! — ректор посмотрел на меня. — Я надеюсь, все помнят свои обещания?
Помнят, как же: не калечить княжичей. Да, обещал, было такое, но я же не думал, что у них вообще нет инстинкта самосохранения. Ладно я, смогу сдержаться, есть опыт, но вот в Юре с Олегом, к примеру, не уверен. И что делать?
— Все первокурсники отправляются на полигон, где будут сформированы пары для тренировочных поединков. Хотите в особую группу? Тогда докажите, что достойны! — Ломоносов вынес вердикт. — Кто победит любого потенциального члена группы, займёт его место. Напомню, что летальные заклинания запрещены, — ректор вновь покосился на меня, а я лишь пожал плечами, — лекари уже на месте, прошу всех проследовать за преподавателями.
* * *
Хорошо, что я изучил магию льда, когда спас Настю. Она может отлично скрывать мои пространственные заклинания, мол, замёрз и замёрз противник, ничего необычного. Как бы я маскировался, если бы решил пойти по пути молнии?
Сейчас мне предстоял поединок с младшим Лепестковым, который сам настоял на том, чтобы сражаться именно со мной. Понятия не имею, для чего мне вообще нужна вся эта авантюра, ведь мне реально всё равно, в какую группу зачислят, потому что ходить на занятия я особо и не собираюсь.
Разве что моим людям будет приятно находиться рядом, да и интересно, всё же посмотреть на иностранных студентов. Ладно, Лепестковы эти мне сильно не понравились, так что поучу их немного уму-разуму.
Преподаватель объявил наш бой, и я вышел на арену под одобрительные возгласы моих ребят. Девчонки, даже что-то вроде группы поддержки организовали. Прыгали и танцевали, выкрикивая кричалки за Лавининых. Приятно, чёрт возьми.
— Сейчас ты сдохнешь, урод, — прорычал княжич, когда нас накрыл защитный купол, который не пропускал звуки. — Не повезло тебе оказаться на нашем пути, граф, мой род вложил много ресурсов в моё развитие.
— Княжич, вот скажи, ты идиот? — я вопросительно посмотрел в глаза противнику. — Ты же прекрасно видел, как я уделал твоего старшего братца. Учился бы себе спокойно, зачем лезть на рожон?
 
— Ты посрамил честь моего рода, ублюдок! Я отомщу! Пусть я и младше, но я сильнее брата: он заносчив и самонадеян, так что отец вкладывался именно в моё развитие.
— Ну как знаешь, нападай, — со скучающим видом ответил я.
И он напал. Я почувствовал всполохи магии огня, довольно приличные по силе, надо сказать. Княжич сформировал заклинание, и в мою сторону устремилось несколько десятков небольших файерболов.
Я решил использовать магию льда для маскировки, ну и адаптировать для зрителя другую часть моей магии под телекинез. Дело в том, что как маг пространства, я мог передвигаться свободно в любой плоскости, буквально ходить по воздуху, ну или летать.
Я спокойно увернулся от атаки, подлетев на несколько метров вверх, затем стремительной пулей рванул в сторону противника. Он продолжал откидываться огненными техниками, а я маневрировал уворачиваясь. Валера всё контролировал, да я и сам уже вернул достаточно сил, чтобы ощущать пространство вокруг, как часть своего тела.
Несколько раз я активировал пространственные барьеры с напылением льда, чтобы поэффектнее отразить атаку, а как только оказался рядом с противником, то просто щëлкнул пальцами, погрузив того в пространственную ловушку так, чтобы он не смог двигаться. Естественно, замаскировав всё под лёд.
По сути, поединок был уже закончен, но я решил, что не хочу отпускать зазнавшегося засранца так просто: пару-тройку костей ему переломать будет совсем не лишним. Пусть подумает о своём поведении.
Я ослабил ловушку так, чтобы он смог вырваться, а княжич это почувствовал и бросился в атаку, буквально полыхнув пламенем.
Я увернулся, стремительно подлетел к нему вплотную и взял на болевой. Мой щит прекрасно справился с огнём, которым было окутано его тело, и мои уши услышали громкий звук, с которым хрустнула рука Лепесткова.
Перелом его не остановил, и он продолжил бросаться заклинаниями. Я спокойно уворачивался, пока не решил, что пора заканчивать. Резко скользнул по полу, пригибаясь, как будто в футбольном подкате, и влетел ему в левую ногу на огромной скорости.
Опять послышался хруст, и княжич повалился на землю, начав истошно орать и материться. Какое-то совсем некняжеское поведение, ай-ай-ай, как некультурно. Я применил пространственную ловушку ещё раз, обездвижив противника, подлетел к нему в упор, и ударом с вертушки отправил того в нокаут.
Княжич вырубился, защитный полог с арены спал, а ректор объявил во всеуслышание:
— Поединок окончен, победил Виктор Лавинин!
Мои люди улыбались и хлопали, Алиса подбежала и поцеловала меня, и мы под ручку отправились в стан союзников под недовольным взглядом Ксюши Темниковой.
Вторым сражался Юрец. Он немного подбухнул своего любимого коллекционного рома из фляжки, ящик которого я ему подогнал за героизм, и буквально в два размытых движения вышиб дух из противника. Тот даже начать колдовать не успел, просто упав безвольной куклой и потеряв сознание. Всё это действо заняло примерно пять секунд, три из которых Юра пил.
Третьим сражался Олег, противником которого стала какая-то бледная девчонка. Стоило пëселю принять свою громадную волчью форму, и по теням оказаться лицом к лицу с противницей, как та упала на пятую точку и закричала, что сдаётся разрыдавшись. Мне даже жалко её стало, а собакен, превратившись обратно в спаниеля, лизнул её руку и стал ластиться. Девчонка довольно быстро успокоилась и сгребла Олежу в объятия, а тот и рад. Всё-таки собаки — отличный антистресс, что ни говори.
Дальше были бои моих оставшихся товарищей. С анимагом и призывателем получилась примерно та же история, что и с Олежей. Стоило первому превратиться в драконида, а второму призвать элементалей, как противники тут же испуганно сдались.
Анжелика, наша ведьма, просто посмотрела на своего противника, как тот сразу же упал в обморок под тяжестью проклятий.