Династия Одуванчика. Книга 3. Пустующий трон

Несколько месяцев он прожил среди дара, странного народа, обладавшего тайными знаниями и могучими машинами. Эти люди свысока глядели на степняков, хотя некоторые и пытались скрыть пренебрежение. Таквал не мог поговорить на своем языке ни с кем, кроме принцессы Тэры, когда давал ей уроки, но и та была слишком занята подготовкой к экспедиции, чтобы полноценно выучить язык агонов.
  
Знакомые слоги степного наречия, пусть и из уст льуку, прозвучали для Таквала, словно прекрасная песня. Он и сам не подозревал, как соскучился по дому. Ему захотелось услышать еще что-нибудь.
– Я Таквал, – произнес он. – Агон.
– Вот оно что? А я Тооф.
Обмениваться приветствиями посреди ожесточенного сражения казалось сумасшествием, и оба мужчины замешкались, раздумывая, следует ли далее сказать что-нибудь вроде «очень приятно» или «рад знакомству».
Первым опомнился Тооф. Он отбросил разбитую палицу, отступил к стене ангара и снял с крюка лопату. Рукоять ее была широкой и прочной на ощупь, и Тооф надеялся, что металлический штык окажется более стойким к ударам палицы Таквала. Изначально лопаты взяли в экспедицию Криты, чтобы продемонстрировать бессмертным познания дара в земледелии, но льуку нашли им более прозаичное применение: убирать за гаринафинами навоз.
Таквал тоже пришел в себя и погнался за Тоофом. Принц был выше и сильнее – его все-таки хорошо кормили в Дара и позволяли как следует отдыхать, в то время как льуку на протяжении долгого плавания питались одним лишь сушеным мясом, – но дрался вполсилы.
– Как же ты снюхался с этими варварами? – спросил Тооф.
– Так я тебе и сказал.
Они кружили туда-сюда и парировали выпады друг друга на фоне пылающего загона. Дым клубился вокруг, пот блестел на коже, волосы тлели от невыносимого жара. Палица ударялась о лопату, как тигриный клык о коготь гаринафина.
– Сколько вас здесь?
– Сотни, – соврал Таквал. – Вашему кораблю конец.
Тооф не знал, что и думать. Трудно было поверить, что их давние враги агоны каким-то образом преодолели океан, чтобы объединить силы с варварами-дара. Однако это представлялось не большей чепухой, чем волшебное перемещение дара на несколько морских миль и их проникновение на борт «Бескрайнего простора».
Противники вновь схлестнулись. Они делали выпады и использовали различные приемы, пытаясь обмануть друг друга, прыгали, уклонялись, пинались, сталкивались, размахивали руками и ногами. Силы были равны, и оба почувствовали, что бой продлится долго.
А вот у пехотинцев Таквала дела, к сожалению, обстояли хуже. Многие из них, будучи прежде воздухоплавателями, обладали небольшими габаритами и ловкостью, однако особой физической силой похвастаться не могли. Напористые воины льуку, хотя и утомленные долгим морским походом, были заведомо сильнее и опытнее в рукопашной, а потому довольно быстро оттеснили их. Тонкие мечи морских пехотинцев с трудом отражали удары тяжелых костяных палиц. Дара сгрудились спина к спине, чтобы держать оборону, но воинов льуку было больше, и сверху прибывали все новые подкрепления.
Одна женщина из числа морских пехотинцев закричала. Двое льуку нашли брешь в ее обороне и ранили в руку, заставив выронить меч. Товарищи не сразу пришли к ней на помощь, и сама она не успела отступить, прежде чем две боевые палицы ударили несчастную в голову с обеих сторон, забрызгав все вокруг ошметками мозгов и костей.
Таквал пал духом. Он привел сюда моряков, но в таком сражении его союзники-дара не могли рассчитывать на победу. Нужно было импровизировать. Он отскочил подальше от лопаты Тоофа.
– Сдаешься? – крикнул Тооф.
– Еще чего! – ответил Таквал. – И не зазнавайся! Невелика заслуга одержать победу при подобном численном превосходстве! Если вы такие храбрые, то спускайтесь вниз, где вас встретят мои братья и сестры!
Он ворвался в кольцо льуку, которые окружили моряков дара, словно волк в собачью стаю, прокладывая кровавый путь своей металлической палицей. А затем повел оставшихся пехотинцев в проход, откуда они чуть ранее пришли.
Радия и другие льуку собрались вокруг Тоофа, негласно избрав его вожаком.
– Что, если это ловушка?
Тооф обдумал ситуацию. Он видел, как сражались морские пехотинцы дара, и не опасался их. Но вдруг агон не шутил, говоря о подкреплении?
Из глубин корабля донеслись сотрясающие палубу стоны и хрип.
Тана заблудилась и была ранена.
– Нужно найти ее, – сказал Тооф.
– В узких проходах мы не сумеем воспользоваться численным преимуществом, – предупредила его напарница.
– Нужно найти ее, – упрямо повторил Тооф.
Он отослал одного кулека доложить о происшествии тану Наку, а половину воинов отправил тушить пожар в загоне. Оставшиеся отправились вместе с Тоофом в темный коридор по следам врагов.
– Будьте осторожны.
Отряд льуку методично, отсек за отсеком, настигал Таквала и его пехотинцев. Дара то и дело оборачивались и давали отпор, но вскоре вновь убегали вглубь корабля.
– Нужно задержать льуку, насколько возможно, – приказал принц морским пехотинцам. – Бомбы еще не скоро взорвутся!
Отступая по лабиринту узких коридоров и тесных кают, Таквал с пехотинцами поджигали все, что успевали, расставляли ловушки, а, оказавшись прижатыми к стенке, отбивались, как дикие волки, которым уже нечего терять.
Оказавшиеся на свободе гаринафины были для них немалым подспорьем. Крики Таны всполошили двух других гаринафинов, и те тоже вырвались из загона, учинив беспорядок и десятикратно увеличив масштаб разрушений. Огромные звери легко проламывали переборки, как будто те были ширмами из шелка и бамбука, разделявшими комнаты в домах дара.
Тооф и Радия пытались успокоить взбесившихся животных свистом и гудками своих костяных горнов, но звуки не достигали слуха далеко разбежавшихся гаринафинов.
– Ничего не выходит, – задыхаясь, произнесла Радия. – Так мы Тану не догоним.
Тооф кивнул. Дара, пытавшиеся взять их на абордаж, вели себя внутри города-корабля так, словно бы оказались в настоящем городе с улицами и переулками. К подобной манере ведения боя льуку были непривычны.
– Она наверняка ранена и не понимает, где находится, – предположила Радия. – Иначе давно бы уже нашла дорогу на верхнюю палубу.
– Вот что, нужно искать Тану, – решил Тооф. – Тут и без нас хватит бойцов, чтобы справиться с варварами.
В результате Тооф и Радия постепенно отделились от группы, преследующей дара, и скрылись в первом же боковом проходе. Оставив других льуку сражаться с варварами, двое наездников быстро отыскали свою питомицу, которой, судя по всему, приходилось несладко.
Но тут коридор вдруг изогнулся, деревянные стены застонали, и Тооф с Радией рухнули на пол. Громкие взрывы сотрясали их до костей, заставив плотно заткнуть уши.
Звук разрывающихся бомб напоминал раскаты грома в Стене Бурь. Он доносился из глубин корабля, из пространства между внутренней и внешней обшивкой, и город-корабль заходил ходуном, как при непрекращающемся землетрясении.
 
Глава 10
 
Зов племени
 
Посреди океана на пути в Укьу-Гондэ, шестой месяц первого года правления Сезона Бурь
Команда «Прогоняющей скорбь» с ликованием наблюдала через иллюминаторы и искажающие свет зеркальные трубки, как на расплывшемся во мраке силуэте города-корабля распустилось множество ярких цветов. Красные, белые, рыжие, фиолетовые – взрывы над ватерлинией сложились в полотно, напоминающее весенний цветочный луг у подножия гор Даму, а ниже ватерлинии походили на ярких медуз и морских анемонов, вальяжно шевелящих прекрасными разноцветными щупальцами.
  
Цветы и анемоны быстро потухли; на их месте остались лишь рваные дымящиеся дыры, в которые хлынуло безжалостное море.