Дружба с химиками до добра не доводит (СИ)
Генри, послушно кивнул. А все-таки тут умный декан. Сразу понял, что ему хочется дистанцироваться от идиотской славы Мальчика-О-Которого-Убилось-Грозное-Пугало-Англии! И лучше начать с имени. К тому же, Гарри – это Гарольд, разве нет? А он – точно не Гарольд.
В маленькой комнатке были кровать, стол, стул, шкаф и полка для книг. Большая...
Генри потянулся, а потом сунул руку в свою сумку и достал оттуда маленькое зеркало.
Они с Лиз обзавелись бы сотовыми, но электроника в Хогвартсе не работала. А вот парные зеркала – вполне. Магия, конечно. С другой стороны – ему не со всей Англией переговариваться, а с одной Лиз. Зеркала хватит.
Он провел пальцем по ободку.
Долго ждать не пришлось. В зеркальце появилось встревоженное лицо Лиз.
– Привет, малыш. Ты как там? Генри почувствовал, как у него защипало в носу. – Лиз... я уже соскучился. – Я тоже. И опыты плохо идут... – А что ты сейчас делаешь? – Хотела четыреххлористый углерод, но... пришлось взяться за бутерброды. Так я точно не взорвусь. – А не отравишься? – Колбасу точно не я делала. Это успокаивает.
Генри понял, что улыбается.
– А я доехал. Прикинь, они тут все такие странные? В озере плавают кальмары, в поезде оживают столы, по залу летают призраки – но вроде как все безобидные. – Так. Пожалуйста, не препарируй стол, не ищи в зале голопроектор и не швыряй в озеро динамит. Хотя бы недельки две, пока не освоишься. – Обещаю, – честно согласился Генри. Благо, про натрий Лиз не уточняла. Да и не в озеро его кинули... – А если надоест.... синтезируй им там нитроглицерин и приезжай домой. – Договорились. У меня тут отдельная комната и декан-полугоблин. – Прикольно. Жаль, фотографировать нельзя. Но ты попробуй обскуру и нитрат серебра? – Попробую. И поспрашиваю, как фотографируют здесь. Вроде какие-то магические способы есть. – Отлично.
Генри попрощался и почувствовал себя намного лучше после разговора. Уютно как-то стало на душе...
Ну что – спать? А разберемся завтра. И с вещами, и с однокурсниками... и даже с Малфоем и Уизли? Глупость какая-то, учиться в одной школе, составлять грани одного кубика – и цапаться. Факультеты ведь отлично дополняют друг друга – и такая вражда?
Тут додумаешься и до того, что в Хогвартсе действует тайный агент Волдеморта. Так, ладно. Спать. А то вообразишь еще, что он под кальмара маскируется.
Спать!
====== Глава 10 ======
Первый день ознаменовался для Генри двумя уроками зельеварения.
А именно, с утра Генри, в компании остальных учеников и старосты отправились в подземелья.
Ещё когда они ходили за учебниками, Генри решил, что Снейп его недолюбливает. К концу первого из двух уроков он понял, как он ошибался. Снейп Генри не просто не любил — он его ненавидел.
Уроки зелий проходили в подземелье. Воздух здесь был холоднее, чем в замке, и руки покрывались гусиной кожей, даже если не глядеть на разную заспиртованную живность в банках, расставленных по стенам.
Снейп прежде всего устроил перекличку по журналу и остановился, произнеся фамилию Генри.
— Ах, да, — тихо произнёс он. — Генри Поттер. Наша новая… знаменитость.
Ученики зафыркали. Генри, недолго думая, встал и раскланялся на все четыре стороны.
– Дамы и господа, автографы можете попросить после уроков! – Сядьте, Поттер! – рявкнул Снейп. – Как скажете, профессор, – покладисто отозвался Генри. Видимо, одной хлопушки мало для обучения хорошим манерам?
Будет две! Или три. Или что-то покруче придумать? А то повторяться – пошло...
Снейп оскалился.
– Хотя нет. Встаньте, Поттер. – А отжиматься будем? – Нет. Скажите-ка, что у меня получится, если я смешаю толчёный корень асфоделя с отваром полыни? – Сонное зелье, сэр. А еще его называют Глотком Смерти. Сэр, а если смешать не толченый корень, а мелко порезанный, это повлияет на свойства? И если взять полынь Стеллера вместо горькой полыни? Или кавказскую полынь? Профессор нехорошо прищурился. – Я вам объясню на уроках. Я полагаю, что излишним было бы требовать от вас истинного понимания того, как прекрасен кипящий котёл и мерцающий пар над ним, или ожидать, что вы по достоинству сможете оценить хрупкую мощь настоя, пробирающегося сквозь вены, обволакивая сознание, затуманивая чувства… Я могу обучить вас, как сварить славу, приготовить счастье, даже закупорить смерть — если вы хотя бы немного способнее, чем те толпы балбесов, которых мне обыкновенно приходиться учить. Поттер, а где вы будете искать безоар, если я попрошу его принести? – В лавке с зельями, профессор. – Да неужели? – Профессор, если он понадобится срочно, мне некогда будет гоняться по горам за козлами. Купить проще.
Снейп скривился, но крыть было нечем.
– Ладно. Садитесь, Поттер. Достали пергаменты и записываем рецепт зелья.
Все послушно записали рецепт с доски. Потом так же послушно получили котлы и ингредиенты для нарезки – и принялись за изготовление зелья.
То есть – волшебники.
Генри же с минуту ошалело смотрел на Снейпа, а потом принялся извлекать из безразмерной сумки «комплект лаборанта», как называла его Лиз.
А именно – резиновые перчатки, специальный фартук и маску, халат, чтобы не запачкать одежду...
– Поттер, это что такое? – Профессор, я не знаю, как вы допускаете до занятий детей в таком виде, но мне еще жить охота, – Генри принялся облачаться в халат. – Минус десять очков с Равенкло! – За заботу о собственной безопасности? Даже у маглов в ходу подобные вещи. А волшебники круче всех? – Волшебники умеют поставить щит, чтобы их не задело... – Что, даже первокурсники? Вообще-то у нас сегодня первый урок – и если его не поставите вы...
Снейп побагровел от злости.
– Поттер, ваша сбруя мало чем вам поможет, если расплавится котел... – Профессор, вы как в средние века живете! Значит, детей не ознакомили с техникой безопасности, ничем не защитили, ничего толком не объяснили, не показали, даже лаборанта не приставили – и даже нам самим нельзя о себе позаботиться? Знаете, даже в самой занюханной магловской школе в ходу элементарные меры безопасности. – ПОТТЕР!!! – Да, профессор, – Генри невозмутимо натянул на руки перчатки. – К ДИРЕКТОРУ! НЕМЕДЛЕННО!!! – Э... а где у вас тут директор? А то я первый день...
Однокурсники смотрели на Генри круглыми глазами.
– Я вас сам отведу, – прошипел Снейп. – все остальные варят зелье – и чтобы к моему приходу.... – Тут было не меньше трех трупов!? Профессор, вы что – решили угробить все будущее магического мира? Оставить детей одних!? В лаборатории!? Да еще и опыт им поручить!? Вам Волдеморта мало, вы оставшихся добить решили?!
Бульканье, вырвавшееся из профессора, не давало однозначного ответа на вопросы. Снейп схватил Генри за плечо и буквально выволок из кабинета.
Равенкловцы и хаффлпафцы переглянулись.
– Самоубийца, – вынес вердикт мальчик с Хаффалпаффа. – Да. Но ведь он прав? – задумчиво спросил в пространство Терри Бут. – Так и правда нельзя... это же опасно.
Понятное дело, что зелье так и осталось несваренным. Всем остро захотелось жить. И – с целыми конечностями.
Тем временем, протащив Генри по коридорам Хогвартса, Снейп влетел в кабинет Дамблдора. Генри с интересом осматривался вокруг..
Кабинет. Книги. Шляпа. Птица на жердочке. Ничего особенного, это не химлаборатория.
И – директор.
Генри искренне задался вопросом: что в волшебном мире мода на звезды на одежде – или это директора так звездануло?
– Что случилось? – удивился Дамблдор поднимаясь из-за стола. – Северус? Гарри? – Ваш Поттер! Он... просто... – Генри пока молчал, предоставляя зельевару бесноваться. По изложению Снейпа получалось, что Генри одним своим приходом на урок зельеварения подорвал чуть ли не все основы магического мира. И вообще – неспроста от него Волдеморт загнулся. Даже его рождение уже было опасным для людей!
Дамблдор выслушал. И перевел на Генри укоризненный взгляд из-под очков-половинок.
– Гарри, мальчик мой, а что ты можешь сказать? Генри тут же ощетинился.