Дружба с химиками до добра не доводит (СИ)

Кто у него там местный Гарри просто не дослушал. Нервные химики, знаете ли, склонны к превентивной самозащите.
Рогатка, кусок натрия, цапнутый голой рукой (не забыть промыть и не лезть в глаза!!!) – и кусок натрия, скромный, граммов на пятьдесят, улетает прямо по направлению пасти монстра, которая поймала подарок и захлопнулась.
Видимо, от неожиданности.
Экзотермическая реакция прошла весьма успешно. Гарри понял это, когда изо рта кальмара вылетели осколки зубов, а щупальца конвульсивно дернулись – и ушли под воду.
Вслед за ними затонула и башка со сведенными к носу глазами.
 – Кальмарушка!!!!! – горестно возопил великан. – Да кто ж!!! Да что ж!!!
Надо сказать, что совесть Гарри от этого не проснулась.
Кальмар мне друг, но натрий мне дороже.
 – Ну ты крут – прошептал Малфой. Никто кроме него и Крэбба с Гойлом даже и не видели, что и откуда прилетело. – А кальмар теперь будет всмятку, – пожал плечами Гарри. – Мне отец говорил, что он никогда не нападает! – Хочешь быть первым случаем в статистике?
Судя по лицу Драко – он перебьется без подобной известности.
Так или иначе, лодки двинулись дальше, хоть великан и порывался нырнуть оказывать первую помощь раненному головоногому. Но увы – плавать он не умел.
— Пригнуться! — скомандовал все еще причитающий Хагрид, когда первая лодка достигла скалы; они пригнулись, и лодочки пронесли их сквозь заросли плюща, скрывавшие широкий проём в каменной стене. Потом они проплыли по узкому тёмному коридору, который, казалось, уводил их всё глубже под замок, пока наконец не остановились в подземной бухте. Все выбрались на каменистый берег.
Потом, следуя за фонарём Хагрида, все карабкались по ступенькам, вырубленным в скале, которые вывели их на влажный ровный луг в тени от замка.
Ещё один пролёт каменной лестницы — и они стояли перед огромными дубовыми воротами.
— Все здесь?
Хагрид поднял свой великанский кулак и трижды ударил им в ворота замка.
====== Глава 9 ======
На пороге их встречала высокая тощая профессор, похожая на сушеную селедку. Хагрид быстро передал ей с рук на руки первоклашек – и удрал лечить несчастного кальмара.
Профессор провела детей в большой зал. Гарри оглядывался по сторонам.
Ну, ничего так. Чистенько, живенько... а сколько укромных мест?!
Тетку звали профессор Макгонагалл и Гарри задумался – профессор чего? И кто ей присваивал профессорское звание? Это ж надо диссертацию защищать. У волшебников есть научные советы?
Тетка оставила их в комнате, сказала ждать и ушла.
Гарри покосился по сторонам. Интересно, а как будут выглядеть вступительные экзамены? Если у всех разное образование...
 – Говорят, надо будет подраться с троллем. Будет какое-то испытание, – нервно пробормотал Рон. – Кальмар засчитывается? – деловито уточнил Гарри. А то ведь натрия может и не хватить. И вообще – тратить ценный реактив на всяких тварей? Еще чего!
Рон с уважением покосился на Гарри. Драко фыркнул.
 – Троллем? Чего поглупее придумай! – Малфой, ты сам дурак! – обиделся Рон. – Уизли, даже если не принимать во внимание твои умственные способности – ну где столько троллей взять? А если кто-то из детей погибнет? – Черт побери! – протянул Гарри. Из стены, переговариваясь о каком-то Пивзе, выплывали призраки. То есть полупрозрачная белесая субстанция...
Блин!
Полцарства за пылесос! И лучше – с жидкостным фильтром, надо же посмотреть, что это тут летает?!
Призраки летели прямо на детей. Один из них пролетел совсем близко и Гарри уже настроился отловить призрака и поспрашивать – углекислый газ там у них, жидкий азот или как? Каково строение тела, когда, обломав все благие помыслы, вернулась профессор Макгонагалл.
 – Постройтесь по двое, – приказала она.
Рон дернулся было к Гарри, но опоздал. Драко стоял ближе, так что рыжику пришлось вставать с Невиллом. Крэбб и Гойл заняли стратегическое положение за Драко – и колонна двинулась в Большой зал.
 Первое, что бросилось Гарри в глаза – были свечи. Сотни и тысячи. Они горели, пламя трепетало и создавало самые причудливые очертания предметов. Бросало на стены загадочные тени и делало людей намного значительнее и таинственнее.
  
Интересно, почему свечи? Лампочки ж удобнее... ни нагара, ни чада. Ах да, магловская техника тут не работает. Ну а фиг ли жить без керосинок? Ни грамма техники, но яркость выше? Или газовые лампы?
Древность столетий.
За этими размышлениями Гарри благополучно пропустил профессора Макгонагалл, которая вытащила на середину зала табурет и положила на него шляпу. Шляпа имела такой вид, словно ее вчера из помойки вытащили и не удосужились отдать в химчистку. Забавнее было, когда она зашевелилась и запела, но в песню Гарри не вслушивался. Он искал взглядом магнитофон и нити, которыми шевелили шляпу.
А что?
Дэвида Копперфильда на вас нет. Нашли чем удивить!
Профессор Макгонагалл выступила вперёд, держа в руках длинный свиток пергамента.
— Когда я назову ваше имя, выходите вперёд, надевайте шляпу и садитесь на табурет для Разбора, — сказала она. — Эббот, Ханна!
Девчонка с белобрысыми хвостиками вывалилась из линейки, нацепила шляпу, которая тут же накрыла её до подбородка, и села. Секунда замешательства, и…
— ХАФФЛПАФ! — крикнула шляпа.
Самый правый стол загикал и захлопал, и Ханна отошла, чтобы занять место за столом Хафлпафа. Гарри увидел, как призрак Толстого Монаха приветственно машет ей рукой.
— Боунс, Сюзанна!
— ХАФФЛПАФ! — снова крикнула шляпа, Сюзанна помчалась к столу и села рядом с Ханной.
— Бут, Терри!
— РАВЕНКЛО!
На этот раз захлопали за вторым столом слева; несколько учеников Равенкло привстали, чтобы поприветствовать Терри.
«Броклхерст, Мэнди» тоже оказалась во Равенкло, а «Браун, Лаванда» стала первой новой ученицей Грифиндора. Самый левый стол буквально взорвался от криков; Гарри разглядел, что близнецы Уизли свистели в два пальца.
Затем «Буллстроуд, Миллисента» попала в Слизерин. Может, это Гарри просто почудилось, но после всего, что он слышал о Слизерине, он подумал, что и с виду они были не очень приятные.
Теперь Гарри было уже и вовсе нехорошо. Он вспомнил, как выбирали команды на уроках физкультуры в его старой школе. Его всегда выбирали последним, и не потому, что он плохо играл, а просто чтобы Дадли не подумал, что с Гарри кто-то водится.
— Финч-Флечли, Джастин!
— ХАФЛПАФ!
Гарри заметил, что одним шляпа объявляла колледж сразу, а для других медлила с ответом. «Финниган, Шеймус», светловолосый мальчик, стоявший рядом с Гарри, просидел на табурете почти полную минуту, прежде чем шляпа определила его в Грифиндор.
— Грейнджер, Гермиона!
Гермиона бегом подбежала к табурету и уверенно насунула на себя шляпу по уши.
— ГРИФФИНДОР! — прокричала шляпа. Рон застонал.
Гарри пронзила ужасная мысль. Ужасные мысли это любят, когда очень волнуешься. А что, если его не Разберут? Что, если он так и будет сидеть и сидеть на табурете, пока профессор Макгонагалл не сдёрнет с него шляпу и не объявит, что произошла какая-то ошибка, и пусть он садится в поезд и отправляется обратно?
С другой стороны – а что тут ужасного? Поедет к Лиз! И поступит в химический колледж!
Когда вызвали Невилла Лонгботтома, мальчика, потерявшего жабу, он по дороге к табурету споткнулся и растянулся на полу. С Невиллом шляпа не торопилась. Когда она наконец крикнула «ГРИФИНДОР», Невилл затрусил к столу, так её и не сняв; ему пришлось возвращаться под всеобщий хохот, чтобы шляпу смогла надеть «Макдугал, Мораг».
Малфой выступил вперёд, когда назвали его имя, и сразу же получил то, чего хотел — не успела шляпа коснуться его головы, как она завизжала: «СЛИЗЕРИН!». Малфой присоединился к своим приятелям Краббе и Гойлу, весьма довольный собой.
Неразобранных оставалось всё меньше и меньше.
«Мун»… «Нотт»… «Паркинсон»… две девочки-близняшки, «Патил» и «Патил»… Потом «Перкс, Салли-Энн»… и, наконец —