Танго на треснувшем зеркале (СИ)

— Аура?
— Помещик был очень жесток. Ходили слухи, что работники часто исчезали. Даже обыски, по заявлениям родственников пропавших работников, проводили много раз, но ничего подозрительного так и не нашли.
— Вот это история! Здорово! — мои глаза загорелись в неподдельном интересе! Мистические истории. Что может быть лучше! — А может и призраки здесь бывают?
Идея, что не я одна вижу призраков, мне очень понравилась и, сжав ладони, я с нетерпением ждала рассказ Егора о страшных и ужасных призраках.
— Раньше бывали, но на моей памяти, а работаю я здесь всего два года, все тихо. Но если интересно, Виленовна может многое рассказать. Она старожил, работала здесь еще когда имение выполняло роль склада.
Интересно! Но как мне подойти к Виленовне, если она меня с первого дня невзлюбила?
— Мое предложение — бояться не мертвых, — неправильно растолковал мое озадаченное выражение лица Егор, — а живых.
Я согласно кивнула, а лаборант встал и, зашуршав в кармане халата, извлек небольшой черный приборчик.
— Электрошокер. А вот, — протянул шнур, похожий на зарядку к смартфону. — Зарядное к нему. Если не использовать, одной зарядки хватает на несколько месяцев.
— Мне обязательно им пользоваться? — я уставилась на черную коробку в руках Егора. — Может, пациенты не настолько опасны?
— Пациенты? — недоумение отразилось на лице Егора, а потом его накрыла улыбка. — Это не от пациентов. Пациенты у нас смирные. Все же особая клиника. Буйных к нам не привозят.
— Да видела я, как испугался тебя Иван.
— Он вообще трус. Ну и не дурак, даром, что псих. А это, — он повернул электрошокер выпуклым крючком в мою сторону, — чтобы спокойнее была дорога до метро. — И, увидев мой удивленный взгляд, продолжил, — да, знаю, что запрещено, но район неспокойный, а у тебя ночные смены. Сегодня вот тоже поздно будешь возвращаться.
— Были нападения?
— Были.
— Серьезные?
— Обычно отбирают сумку, смартфон. Только зачем это терпеть?
— В полицию обращались?
— Конечно. Без толку. Проще иметь с собой маленького друга, — Егор еще раз посмотрел на гаджет и протянул его мне.
Неловкая пауза быстро сменилась очередным моим вопросом о жизни лечебницы.
Солнечный свет, лившийся из окна, сменился на электрический, а Егор все рассказывал и рассказывал байки из жизни лечебницы и пациентов.
— Если не боишься, — тоном, каким берут на «слабо» произнес Егор явно желая пошутить. Но вдруг лицо его покраснело, и если бы я точно знала, что ничего крепкого мы не пили, подумала бы, что бокал и не один он уже принял, — расскажу тебе, какого призрака видела Виленовна.
— Даааа! — мои глаза загорелись. — Расскажи!
— Короче, дежурит она как — то ночью. Ходит здесь и там, делает вид, что убирает, — на этом месте я хихикнула и Егор понимающе и немного тепло улыбнулся в ответ. — И тут слышит, скрипнула дверь. Разозлилась. Кто еще ночью шастает по свежевымытому полу, и как рявкнет проклятья своим зычным голосом.
Егор замолчал, выдерживая почти театральную паузу.
— И что? — не удержалась я от вопроса.
— А ничего! Раздались шаги. Ближе. Ближе. Еще ближе. Виленовна перепугалась, вдруг это не призрак, а пациент, впавший в психоз, и заперлась в комнате отдыха. Утром ее потом корвалолом отпаивали.
— Как-то неубедительно…
— Ну да, это же жизнь, а не голливудский блокбастер. Мы потом камеру, которая единственная на всю больницу, посмотрели, но никто из пациентов ночью не ходил. Виленовна божилась, что ничего не придумала. И с алкоголем она не дружит, если что, — подмигнул Егор, желая расшевелить мою слишком серьезную физиономию.
— Может, ей показалось?
— Все может быть.
Лицо Егора продолжало краснеть, даже дыхание зачастило.
— Открыть окно? — я принюхалась. — Воздуха здесь маловато.
— Нет-нет, пройдет… — он встал и прошелся по периметру ординаторской, заложив руки за спину. — Комары налетят, а это еще хуже. В этом лесу они противные.
И снова зашагал от серванта к двери и обратно, теперь уже спрятав руки в карманы.
— Ты откуда? — внезапный вопрос вывел из задумчивости и заставил переключиться от происшествия с Виленовной, на себя. Сказать правду или ограничиться общепринятой версией?
  
Кому эта моя правда нужна. Я еще раз взглянула на Егора и озвучила слово в слово версию, которую произносила полсотни или больше раз. И, желая переключить тему, спросила про электрика. Действительно, треск лампочек меня изрядно достал.
— За электрика здесь тоже я. Временно. Есть проблемы по электрической части?
Чего не ожидала, того не ожидала. Вот засада! Не загружать же его сейчас этими дурацкими лампочками, и я неопределенно пожала плечами. Не к спеху.
Прошло еще немного времени и Егор, уже минут пять смотревший словно сквозь меня, словно о чем-то вспомнив, резко подскочил. Подошва обуви противно скрипнула под его ногами.
— Совсем забыл! У меня есть еще одно дело! Надо бежать. Приятно было познакомиться, Василина! — с ударением произнес он. — Давай встретимся в выходные в городе. Я знаю отличную чайную, расположенную в живописнейшей подворотне!
— От такого предложения невозможно отказаться, — улыбнулась я. — Договоримся немного позже о времени?
— Да, — улыбнувшись, кивнул Егор и нерешительно застыл на месте.
Наверное, не знает, как попрощаться, улыбнулась я про себя и протянула руку:
— Тогда, до скорого!
— До скорого!
Хлопнула дверь, я осталась одна. Про Егора напоминал только аромат парфюма. Терпкий, брутальный, с незнакомыми пугающими нотками.
Усмехнувшись про себя о своей паранойе, я закрыла за ним дверь и налила в чашку еще кипятка. Чай, даже в пакетиках оказался очень вкусный. И торт ни разу не химический. Чистый шоколад. И лампочка под потолком не издает ни одной лишней вибрации. Вечер, определенно удался!
Только спустя время я поняла, Егор даже не попытался сделать вид, что я ему нравлюсь и ничего не рассказал о себе. А еще я не услышала ни одного отголоска мысли или эмоции за все это время.
Так зачем же ты приходил, Егор? И кто ты вообще такой?
  
Глава 16. О том, что, если в первом акте появилось ружье…
 
Лучи заходящего солнца окончательно спрятались за деревьями, и на смену дневному свету пришли сумерки с прохладой и туманом, повисшим в воздухе.
Дежурство подошло к концу. Я рассеянно наводила порядок в ординаторской, мыслями то и дело возвращаясь к Егору.
Истории болезни собрать в стопку и отнести на медицинский пост.
Сделано.
Почему я не почувствовала ни одной эмоции от лаборанта?
Собрать чашки, блюдца и вымыть.
Звяканье фарфора и мое громыхание каблуками нарушало звенящую тишину отделения. И какой умник придумал отвести под моечную комнатенку в самом дальнем конце коридора?
Впрочем, я отвлеклась… Возвращаюсь к нашим бар…. к лаборанту!
Так почему я не почувствовала эмоций Егора? У него их не было? Не верю! Эмоции есть всегда. Тем более, ему было нехорошо. В такие моменты особенно сильно чувствуются малейшие перепады настроения.
А может, Егор психопат? Психопаты как раз наличием чувств не обременены… Тошнота подкатила к горлу, и больше на эту тему думать не хотелось. Нет, он не психопат. И точка! Нужно другое объяснение!
Схватила вафельное полотенце и принялась натирать блюдце, другое. Потом чашку, другую. Громкое чмоканье дверцей серванта, и все следы чаепития подчищены.
Так все же, что не так с лаборантом? Уверенность, что с ним что-то не так, увеличивалась с каждой минутой. Задумчиво бросая взгляд по сторонам, проверяя все ли в порядке, еще раз прошлась по ординаторской. Нож! Ну вот! Забыла вымыть и спрятать.
А если лаборант умеет прятать эмоции от посторонних? Эта мысль мне не понравилась. Потому что вызывала еще больше вопросов, ответы на которые я или не знала, или они мне не нравились.
И что все это значит?
Загруженная мыслями, машинально схватила салфетку, завернула в нее колюще-режущий предмет и снова направилась в моечную.