Бывший. Привет из прошлого (СИ)

Я киваю. Ну если ради её компании придётся есть кашу, то я не против. Да всё, что угодно. На что не пойдёшь ради того, чтобы добиться расположения девушки.
Возвращается.
Одержана маленькая победа. Можно себя похвалить.
— Даш, и когда ты стала такой холодной, как Снежная Королева? — спрашиваю я и устраиваюсь на стуле.
— У меня всё нормально с температурным режимом. Просто когда кто-то ведёт себя слишком нагло, я могу побыть и холодной.
  
Даша ставит кастрюльку на плиту и наливает молоко. Я не могу отвести от неё глаз. Ну что за задница. Крутые бёдра, тонкая талия. И несмотря на то, что она попыталась спрятать свою шикарную фигуру за объёмный свитер, я же знаю, что под одеждой находится.
Вчера успел пощупать. И хочу ещё. Сжать бы снова её грудь. Коснуться языком розовых сосков. Целовать, кусать…
— Неужели тебе совсем не интересно, как всё будет?
— Что?
Даша оборачивается и удивлённо смотрит на меня. Хм. Сорвалось само как-то.
Это всё мысли о сексе. У меня уже переизбыток жажды. Я так долго не протяну.
Но раз уже сказал…
Я поднимаюсь со стула и подхожу к ней ближе. Вижу по взгляду, что напрягается. Но, чёрт, мы так будем бесконечно ходить вокруг да около. Пора уже идти в наступление. Пора бы получить то, что так хочется нам обоим.
Обхватываю её за бёдра и тяну на себя. Даша хмурится. Но пока не очень-то дёргается. Будто сомневается в том, как ей следует поступить.
— Ну скажи мне в лицо, Даш, что тебе всё равно на меня. Скажи, что ты меня не хочешь.
— Может и хочу, — пожимает она плечами. — Но спать я с тобой всё равно не буду.
— Да блядь, почему?
Как же это бесит. Я отпускаю Дашу и отступаю. Облокачиваюсь поясницей о столешницу. Скрещиваю руки на груди. Хочу услышать эту интересную историю. Что её останавливает? Может месячные?
Ну мы тут не на один день застряли. Да и когда меня это останавливало? Ванна под боком. Спасибо, что работает. Я хочу её трахать в любом виде. У меня уже сводит всё от напряжения.
— Я… — Даша вздыхает и отворачивается. Переключает внимание на плиту. Мешает ложкой кашу. — В общем, я Северский видела твою востребованность у женщин. Так что не хочу быть одной из.
— Одной из?
Хм. Вот вроде и услышал, но нихрена не понял. О чём это вообще? Да и какая востребованность, когда я даже не встречался ни с кем за последние недели. Бред какой-то.
Неувязочка в её словах.
— Я не специально, — продолжает Даша. — Но утром увидела, что тебе на телефон одна за другой сыпались смс с поздравлениями от разных женщин. И сколько же интрижек у тебя? Мне, знаешь ли, не хочется быть ещё одной на пару раз.
Молчу. И охреневаю. Даже подумать не мог, что это какая-то проблема. Я даже сообщения не открывал. Да и зачем? С той минуты, что встретил Дашу, только о ней и думал. А все, с кем спал, они итак знают, что это было несерьёзно.
И что они мне там написали? Позвали к себе отпраздновать праздники?
Я достаю телефон из кармана джинсов.
— Что ты делаешь? — косится на меня с подозрением Даша.
— Доказываю, что эти дамы — прошлое и там оно и останется.
Я открываю первое сообщение. Бла-бла с новым годом. Давай увидимся. Записываю голосовое:
— Ира, привет! Не звони мне и не пиши больше никогда, я собрался жениться. А моя невеста очень ревнивая. И да. С Новым годом.
Отправляю и листаю дальше.
— Северский! Ты совсем оборзел? — взвизгивает Даша и смотрит на меня как на ненормального. — Думаешь, запишешь сейчас всё это, и я растаю? А что помешает тебе сделать то же самое со мной через… дня три, когда мы уедем отсюда по домам?
Выключает плиту и отодвигает кастрюльку с кашей. С самым недовольным видом удаляется от меня. Блядь. Да что такое?
Ну как объяснить, что с ней будет всё по-другому?
— Даша, постой! — бросаюсь за ней.
Реально никаких нервов не хватит с этой огненной девочкой.
  
Глава 21. Запертые
 
Даша Исаева
В груди всё сжимается в тиски. Будто моё сердце решило стать крошкой, а то и вовсе схлопнуться. Превратиться в чёрную дыру. Глаза жжёт от подступающих слёз. Какой же Вадим гад. Он просто переворачивает раз за разом всю ту боль, что я годами копила в себе.
Я думала, что пережила всё? Забыла и стала жить дальше?
А вот ничего подобного! Я просто спрятала её поглубже в себя. А так это не работает. Рано или поздно лейкопластырь должен был отвалиться и показать, что под ним настоящая кровоточащая рана.
— Даша, постой!
Вадим догоняет меня в два счёта и прижимает к стене. Я отворачиваюсь от него и молчу. Стискиваю зубы, чтобы из груди не вырвались рыдания. Чувствую, что слёзы всё-таки начинают беззвучно катиться по моим щекам. Не могу держать уже себя.
Я слишком долго всё это кручу в своей голове.
— Даш, ну прости. Я запутался и вообще уже не знаю, что мне делать.
— Просто отпусти меня…
Но он, естественно, не планирует этого делать. Продолжает меня прижимать своим телом. Давит руками на талию. Не отодвигается ни на миллиметр. Переносит свои пальцы на мои щёки, стирает горячие слёзы.
— Я не могу отпустить. Даже не проси, — тихо произносит он.
Рывком притягивает меня к себе и обнимает. Не выдержав, просто начинаю рыдать на его плече. Когда-то ведь должно было прорвать трубу? Вадим поглаживает меня по волосам. Будто бы даже целует в макушку.
А меня всё трясёт. Наружу вырывается вся та боль, которую я так тщательно пыталась держать в узде. Никак не могу остановиться. Кажется, я вскоре просто затоплю ещё и внутри дом. Мало нам катаклизмов снаружи, нужно же и внутри разыграться на полную катушку.
Не знаю сколько мы так стоим в обнимку. Но слёзы высыхают постепенно. Я судорожно вздыхаю, шмыгаю носом. Меня будто перемололо в кофемолке. Ни на что больше не осталось сил. Я даже спорить не могу.
Что ему ещё от меня надо?
Хочет получить секс? Да пусть получает. Главное, чтобы после этого он ушёл куда подальше и оставил меня в покое.
Не хочу я больше терпеть это всё.
Когда его не было рядом, я как-то научилась жить дальше. С трудом. С бесконечной тоской, но встала и продолжила идти без него. Сосредоточилась на учёбе и работе. Выполняла ежедневные дела, стараясь загружать голову чем угодно, только чтобы она работала и не погружалась снова и снова в воспоминания.
А сейчас я будто снова иду босиком по дорожке из стекла. Разбиваю стопы в кровь. Снова переживаю все те моменты, к которым обещала больше никогда не возвращаться…
— Успокоилась?
— Угу, — вздыхаю я.
— Поговорим?
— Нет.
— Да, блядь, — ругается он.
Подхватывает меня на руки и заносит в мою комнату. Кладёт меня на кровать, а я уже вообще не сопротивляюсь. Смотрю на него и жду. Готова ко всему, что взбредёт ему в голову.
Пусть всё уже случится. Мне кажется, я даже испытаю облегчение, что он свой гештальт закроет. Что наконец-то скажет себе, какой он молодец, что добрался до моего тела. Пускай. Я сделаю вид, что ничего не было. Главное, чтобы он больше не маячил на моём горизонте. Уж как-нибудь вытащу себя второй раз из своего болота.
Главное, быть немного отстранённой, чтобы не чувствовать больше ничего. Не проникаться им. Не вбирать в себя его запах, его прикосновения и поцелуи.
Но Вадим не торопится ко мне приставать. Он просто укладывается рядом и смотрит на меня. Ложится на бок, подперев голову рукой. Смотрит своим гипнотическим взглядом.
Я поворачиваю к нему голову.
— Что? — спрашиваю.
— Я в полной растерянности. Не знаю, как себя вести с тобой. Шаг вправо, шаг влево — расстрел. Даш, ты меня ненавидишь?
  
— Нет.
— Почему тогда так?
— Ты сделал мне очень больно, — признаюсь я.
Это чистая правда. Да я из-за Серёжи так не переживала, хотя он был мне законным супругом. Я один раз в жизни любила так, что сердце замирало от восторга. И это был Вадим Северский.