Райская лагуна (ЛП)

— Она спит как убитая, мать ее. Но я могу подставить ее под холодный душ, если ты хочешь, чтобы она проснулась?
— Не будь мудаком, — пробормотал Чейз откуда-то поблизости, когда до меня донесся запах готовящейся еды.
— Ничего не могу с собой поделать, — ответил Рик, пожимая плечами.
— Еда, — пробормотала я, немного приходя в себя, когда запах ударил в нос сильнее.
— Я должен был догадаться, что это тебя разбудит, — сказал Маверик, весело фыркнув.
  
Я с трудом открыла глаза и приподнялась, обнаружив, что наши с Риком тела сплетены, а сердца бьются в такт, хотя темнота в его глазах была все такой же глубокой, как и прошлой ночью.
— Я написал Татум, чтобы сообщить ей, что мы все еще здесь, — сказал Джей-Джей, привлекая мое внимание к себе, когда он вошел в комнату с двумя огромными тарелками пасты в руках и поставил их на кофейный столик. — Она сказала, чтобы мы чувствовали себя как дома и брали любую одежду и прочее барахло, которые нам понадобятся.
— Это потому, что она потрясающая, — объявила я, поднимаясь на ноги и съеживаясь от ощущения слегка влажного халата на моей коже. Особенно мокро было вокруг моих ног, там, где я прижималась к промокшим джинсам Рика, пока мы спали.
Мне очень хотелось уничтожить эту еду, но мне нужна была чистая одежда и поход в туалет, поэтому вместо этого я поспешила вверх по лестнице, рявкнув остальным, чтобы они не ели мою еду до моего возвращения.
Я воспользовалась их шикарной ванной, стащила новую зубную щетку из упаковки, которую нашла в аптечке, и порылась в огромном гардеробе Татум в поисках чего-нибудь подходящего. Но когда мои руки скользнули по модным платьям и дизайнерским джинсам, я поймала себя на том, что мне до боли хочется чего-нибудь менее красивого. Шону нравилось наряжать меня в облегающие коктейльные платья для собственного извращенного удовольствия, а прямо сейчас все, чего я хотела, — это комфорта.
Я искала, пока не нашла кучу повседневной одежды, откопала пару свободных шорт для бега, а затем украла белую майку с огромными дырками для рук из вещей одного из ее парней. В ящике для аксессуаров нашлась резинка для волос, и я завязала свои темные волосы в высокий хвост, чтобы сменить растрепавшуюся косу. И наконец, я нашла пару толстых красно-белых футбольных носков, которые, вероятно, принадлежали еще одному из ее парней, и натянула их до колен.
Выбегая из гардеробной, которая была больше любой спальни, которая у меня когда-либо была, я услышала звук льющейся воды и, подойдя к открытой двери, заглянула в ванную.
Маверик стоял под струями горячей воды, вокруг него поднимался пар, и мыло скользило по его покрытой татуировками коже, а я могла только смотреть на него несколько долгих секунд, от которых мое сердце заколотилось в груди, как будто его пропустили через мясорубку.
Он повернулся, казалось, почувствовав на себе мой взгляд, и я облизнула нижнюю губу, попав в ловушку его темных глаз и боли, которая таилась в них. Я хотела подойти к нему, обнять его и снова все исправить, но, когда мой взгляд упал на его тело и член, который уже был приподнят, я заколебалась, услышав в своей голове слова Шона, произнесенные шепотом, и засомневалась в себе.
Рик сжал свой член в кулаке, как будто это его раздражало, а затем повернулся ко мне спиной, позволяя воде стекать по его темным волосам, когда он подставил лицо под насадку для душа.
Я попыталась сглотнуть ком в горле, который остался после его отвержения, затем повернулась и ускользнула обратно вниз, к еде. Я облажалась. Я понимаю. Но, черты возьми, все равно было больно ощущать тяжесть его гнева по отношению ко мне.
Чейз и Джей-Джей сидели на белом диване, поедая макароны из своих больших тарелок, и, заметив меня, подняли глаза.
Джей-Джей улыбнулся, хотя улыбка не полностью коснулась его глаз, а Чейз приглашающе похлопал по дивану между ними.
— Выглядишь хорошо, красотка, — сказал Джонни, окинув взглядом мой уютный и явно скромный наряд, а я ухмыльнулась ему.
— Мне бы не помешали новые трусики с ЗМР, но чертовски приятно быть в чем-то удобном.
— Клянусь, если я больше никогда не увижу Зеленого Могучего Рейнджера, умру счастливым человеком, — пробормотал Чейз, и я возмущенно ахнула, стукнув его по бицепсу, пока усаживалась между ними.
— Пошел ты, Чейз Коэн. Никогда не говори плохо об этом мужчине.
— Мужчине? — он усмехнулся. — Он теперь гребаный мужчина, да?
— Ты был на автограф-сессии, Чейз, так что ты знаешь, что он гребаный мужик.
Я схватила свою тарелку с макаронами, скрестила ноги и поставила ее себе на колени. Мои колени прижались к их бедрам, но ни один из них не пожаловался на контакт. Я начала есть, поглощая как можно больше и так быстро, как только могла, вздыхая с облегчением, когда ноющая боль в моем животе была утолена.
Пока мы расправлялись с едой, между нами воцарилась тишина, но она была из тех, что приносит уют и спокойствие — такое умиротворение, которое возможно лишь в окружении людей, которых ты любишь.
Я наколола вилкой последние несколько макаронин, вспомнив о Дворняге, когда подумала о том, чтобы бросить ему объедки. Джей-Джей сказал мне, что Фокс присматривает за ним, и я была рада этому, потому что, по крайней мере, у Фокса был он. Но я все равно так сильно скучала по своему маленькому задиристому компаньону, что мое сердце не переставало тосковать по нему. Мне было интересно, когда я увижу его снова, но поскольку никто не знал, где сейчас находятся Фокс и Лютер, оставалось только надеяться, что с ними все в порядке и они вместе в безопасном месте.
Рик появился как раз в тот момент, когда я заканчивала есть, схватил свою тарелку со стола и, плюхнувшись в кресло напротив нас, принялся за еду.
— Подумал, что лучше поторопиться, пока эта соплячка не съела и мою порцию, — сказал он, обвиняюще дернув подбородком в мою сторону, а я хмуро уставилась на его шорты и бейсболку надетую задом наперед. Никакой футболки. Вообще ничего. Только покрытый татуировками рельефный пресс и его широкая обнаженная грудь, достойные того, чтобы у меня потекли слюнки. Клянусь, он сделал это специально, черт возьми.
— Я не настолько плоха, — запротестовала я, но из-за того, что я не успела доесть до конца, макаронина упала с моих губ и шлепнулась на середину белоснежной диванной подушки, мгновенно испачкав ее красным соусом. — О черт.
Мы все в тревоге переглянулись между собой, а затем разразились хохотом над глупостью ситуации. Мы были кучкой придурков, погрязших в бандах, вендеттах и охоте на нас со стороны гребаного картеля, и мы беспокоились о том, что испачкали диванную подушку.
— Все в порядке, я просто переверну ее, — сказал Джей-Джей. — Они никогда не узнают.
— Хороший план, — согласилась я, доедая свою еду и забирая пустые тарелки у остальных, прежде чем отправиться с ними на кухню.
Я сложила все в посудомоечную машину, а затем порылась в морозилке, где нашла вкусное мороженное с соленой карамелью, спрятанное в глубине, и взяла пять ложек из кухонного ящика, прежде чем вернуться в гостиную.
Я вернулась на свое место между Чейзом и Джей-Джеем на диване, села на уже чистую подушку и положила ложечки на кофейный столик, чтобы все могли взять, а сама погрузила в мороженое свою ложку и застонала, закрыв глаза.
— Ты взяла слишком много ложек, — сказал Рик, заставив меня открыть глаза, и я заметила последнюю ложку, все еще лежавшую на столе нетронутой, и мое сердце опустилось в груди, как камень.
— Нет, — ответила я. — Она для Фокса.
Несколько неловких секунд никто ничего не говорил, затем Джей-Джей погрузил свою ложку в баночку с мороженым, которую я все еще держала в руке. — Что ж, тогда ему лучше поторопиться, черт возьми. Потому что я ничего ему не оставлю, если он опоздает.
  
Я ухмыльнулась, когда Чейз тоже принялся за мороженое, его плечо коснулось моего, когда он наклонился, чтобы взять ложку.
— Если оно исчезнет до того, как он доберется сюда, то это его собственная вина, — согласился Чейз, и, хотя Маверик покачал головой, как будто мы все бредили, он не стал спорить, просто зачерпнул себе ложку мороженого, как мы всегда делали, и откинулся на спинку кресла, чтобы насладиться им.