Райская лагуна (ЛП)
— Подойди и поговори с ней, — сказал Чейз, поднимаясь на ноги, и я натянуто кивнул, вставая и задаваясь вопросом, что, черт возьми, я вообще собирался сказать. Я не мог просто справиться со своим гневом, но я также знал, что мы нужны ей прямо сейчас, так что мне нужно было найти способ справиться с этим.
Я последовал за Чейзом внутрь, и Роуг подняла взгляд с дивана, где она была завернута в плед, хотя я видел, как она дрожит под ним. Она была так похожа на ту девушку, которую я знал в детстве: темные волосы, лицо без макияжа, широко раскрытые глаза, полные тысячи океанов.
Мы с Чейзом подошли к ней, и ее брови приподнялись, когда я схватил тонкий плед, стянул его с нее и опустился рядом с ней. Чейз сел с другой стороны от нее, а я положил ее ноги себе на колени, когда она прислонилась к его плечу, и снова накрыл нас одеялом. Я погладил ее икры, когда она прижала их ко мне, а затем взял ее замерзшие ступни и обхватил их руками.
— Ты все еще злишься? — спросила она меня тихим голосом.
— Киплю от злости, — просто сказал я, и она кивнула, а Чейз обнял ее сзади.
— Хочешь поговорить об этом? — прошептала она, и я увидел, как Чейз провел рукой по ее руке, и она задрожала, выгибаясь навстречу его прикосновениям.
— У вас двоих был секс, — голос Джей-Джея заполнил комнату, и мы втроем повернулись, чтобы посмотреть на него, где он стоял в дверном проеме, а его черты были в тени.
Нахмурившись, я посмотрел на Роуг, удивленный тем, что ее щеки порозовели.
— Неужели? — Спросил я в шоке, и мои глаза вспыхнули, когда я посмотрел на Чейза, а он начал поправлять повязку на своем лице, выглядя чертовски занятым этим.
— Да, — признала Роуг, переводя взгляд с меня на Джонни Джеймса, оценивая нашу реакцию на это.
Я наблюдал за Чейзом, видя правду, написанную на его лице, когда он оставил попытки притворяться, что ему нужно поправить свою чертову повязку на глазу, и посмотрел Джей-Джею в глаза.
— Откуда, черт возьми, ты это узнал? — Я спросил Джея.
— Секс — это то, чем я занимаюсь, чувак, — сказал Джей-Джей, как какой-то таинственный чертов секс-колдун.
— Джей-Джей, — начал Чейз. — Я знаю, что ты и она…
— Нет никаких «я и она», правда красотка? — сказал он, сложив руки и выглядя как чертов псих, притаившийся в тени. Он двинулся вперед по комнате, и лицо Роуг исказилось от боли, вызванной его словами.
— Разве нет? — безнадежно выдохнула она.
— Нет, — мрачно сказал он, подходя к спинке дивана и глядя на нас сверху вниз, излучая силу. — Это все мы, верно? Здесь нет ни осколков, ни зазубренных краев. Здесь есть ты, я, Маверик, Чейз… и Фокс.
— К черту Фокса, — прорычал я, сжимая пальцы на ногах Роуг. — Он нам не нужен. Нас четверых вполне достаточно.
Джей-Джей опустил руку на волосы Роуг, нежно проводя пальцами по ее косе, пока она смотрела на меня, нахмурив брови.
— Мы всегда были все вместе, — настаивала она.
— Не всегда, — усмехнулся я. — Что посеешь, то и пожнешь, а он посеял плохо.
— Мы все плохо сеяли, — пробормотал Чейз.
— Он прав, — согласился Джей-Джей. — Фокс совершал ошибки, как и все мы, так почему же он должен оставаться в стороне?
— И не похоже, что ты не заставил его заплатить за это, Рик, — сказала Роуг с раздражением в голосе из-за того, что я заставил мальчика Фокси смотреть, как мы с Джей-Джеем трахаем ее.
Я пожал плечами, упрямый, как чертов мул. — Расплата — это сука, тебе ли этого не знать, красотка.
Я почувствовал, как она сжалась от моих острых, как бритва, слов, и понял, что в ближайшее время не собираюсь спускать ей то, что она сделала. Но я еще не закончил с ней. И не похоже, что с Чейзом или Джей-Джеем тоже.
— Хотите поиграть в «счастливую семью»? Я в деле, — сказал я, держась за ноги Роуг, пока она пыталась вырвать их из моей хватки. — Но я снова подписываюсь на трех лучших друзей, а не на — четырех.
Роуг удалось высвободить ноги, и она подалась вперед, забравшись ко мне на колени и обвив руками мою шею. — Прости, Рик. Те ненавистные слова, которые я сказала о тебе, были всего лишь словами. Словами. Буквами, жестоко сплетенные вместе, чтобы выковать оружие, достаточно мощное, чтобы пронзить твое сердце. Я знала, что именно заденет тебя, потому что вижу тебя насквозь, до самых костей. И тогда мне казалось, что лучше ранить тебя один раз, чем позволить худшему произойти.
Ну, черт возьми, сложно было держаться за свою злость, когда она так говорила. Но я все-таки справился, жестко кивнув, и, когда она наклонилась, чтобы поцеловать меня, я подставил ей свою щеку, как последний придурок.
Она, однако, ничего не сказала, ее губы коснулись моей кожи, и мое сердце забилось галопом. Я обнял ее, крепко прижимая к себе, вдыхая ее аромат кокоса.
— Так в чем дело, красавица? Ты теперь, блядь, трахаешься с Чейзом? — Спросил я.
— Это было всего один раз, — прокомментировал Чейз.
— Да, конечно, — прорычал я себе под нос. Если честно, меня действительно не волновало, что он занимался с ней сексом. Этот парень нуждался в ней так же сильно, как и все мы, может быть, даже немного больше. И я был чертовски рад, что они наконец-то разобрались со своим дерьмом. — Так кто же мы? Что-то вроде четверки? — Спросил я в замешательстве.
— Давайте попробуем быть семьей, — сказал Чейз с надеждой на лице.
— Я бы очень этого хотела, — выдохнула Роуг, обессиленно прижимаясь к моему телу и уткнувшись головой в мое плечо, чтобы впитать тепло моего тела, и я предложил ей его на блюдечке с голубой каемочкой.
— По-моему, звучит неплохо. — Джей-Джей перелез через спинку дивана, опустился на освободившееся место и снова укутал всех нас пледом, потрепав Чейза по волосам.
Чейз ухмыльнулся, оттолкнув его рукой, и они начали драться, а я закрыл глаза, когда Джей-Джей рассмеялся, и напряжение в комнате спало, позволив возникнуть небольшому очагу спокойствия.
Я знал, что была тысяча проблем, с которыми мы не разобрались, но сейчас я просто хотел крепко обнимать мою малышку и убедиться, что она знает, что находится в безопасности. И когда эта буря, наконец, утихнет, я надеялся, что вместе с ней исчезнут некоторые из наших проблем.
— Сделай это! — Крикнула я, как всегда поощряя, а не предостерегая.
Джей-Джей поморщился рядом со мной, но ничего не сказал, пока мы смотрели, как Фокс и Рик карабкаются на каркас колеса обозрения, наперегонки, пока старый металл стонет и скрипит в знак протеста.
— Ставлю двадцать баксов, что один из них упадет, — сказал Чейз, отправляя в рот горсть попкорна, прежде чем протянуть пакет мне.
В животе у меня урчало после того, как Мэри-Бет заставила меня пропустить ужин, чтобы помыть пол в ванной, потому что чертова Рози наябедничала на меня за то, что я прошлым вечером улизнула с мальчиками. Тупая сука просто завидовала. Нет сомнений, что теперь, когда я снова удрала, у меня будет еще больше проблем, но на хрен оставаться в этом дурацком доме с этой тупой троллихой Рози на всю ночь, когда я могла смотреть на закат с моими мальчиками. Моими. Не ее. Они никогда, блядь, не будут ее.
Я взяла горсть попкорна, ощущая его сладость на языке и понимая, что он стал еще вкуснее из-за того, что мы его украли. Джей-Джей умело отвлек продавца, который работал на богатом конце пляжа, упав прямо перед его прилавком и громко крича о том, что у него сломана лодыжка, в то время как мы с Чейзом бросились туда и наполнили самый большой пакет, который смогли найти, смесью сладкого и соленого попкорна. Рик и Фокс стояли на стреме, но в конце концов нам даже не понадобилось подкрепление, и мы сбежали прежде, чем парень нас заметил. Затем Джей-Джей чудесным образом выздоровел и догнал нас здесь, на «Игровой Площадке Грешников», где мы все разделили трофей.
Тем не менее, когда Джей-Джей взял единственный кусочек попкорна из горсти, которую я только что забрала себе, и положил его себе в рот, я поняла, что он, Фокс и Рик едва притронулись к нему. Чейз бросил на меня понимающий взгляд, запихивая попкорн себе в рот, и я пожала плечами. Это заставляло мое сердце наполняться чувством тепла, когда парни делали что-то подобное, показывая, что им не все равно, не поднимая шума. Я знала, что Чейз ненавидел это за то, что это была благотворительность, но он никогда по-настоящему не винил за это парней. Проблема была не в том, что они нас жалели. Проблема была в причине, по которой нас жалели. И поскольку от нашей бедности не было никакого лекарства, я была готова принять немного благотворительности от людей, которые меня любили. Черт, я была рада, что у меня есть люди, которые меня любили.
