Несовместимость (СИ)

Эжен не удостоил Рэйма даже взглядом, зато Вивьен подняла хорошенькую кудрявую головку от планшета и посмотрела с надеждой. Кеннеди кивнул ей ободряюще и поспешил к Маршану.
- Клянусь, Рэйм, - главный выглядел подавленным, - я тоже ничего не знал. Когда стало известно, собрали консилиум, решали, хотели попробовать экспериментальную методику. Ты же понимаешь, карцинома поджелудочной - это…
- Приговор, - закончил за него Рэйм, - оперировать было нельзя?
- Нет. Вчера стало понятно, что химию тоже придется прекратить. Ты говорил с ним?
- Да. А теперь хочу увидеть его врача. Это Мартен?
- Кеннеди, - Маршан поднял на него тяжелый взгляд, - зачем тебе это?
- Что - это? - сощурился Рэйм. - Даг - мой друг.
- Близкий друг.
- Близкий друг, да! Я вообще не понимаю, почему все скрывали от меня его болезнь, это жестоко!
- А ты не думаешь, что Даглас Брайтон не хотел тебя видеть?
- Что? - в недоумении уставился на начальника Рэйм. - Почему?
- Может, потому что ты ушел от него к спасателю? Вы же долго встречались, он мог на что-то рассчитывать.
- Даг никогда ни на что не рассчитывал, - возразил Рэйм, начиная понимать, о чем толкует ему Маршан.
Понял и ужаснулся.
- Только не говорите мне, что Даг отказался от лечения.
Маршан ничего не ответил, а у Рэйма в голове связались последние ниточки. Даг узнал о своем диагнозе, когда они с Ли потеряли ребенка. Это единственная причина молчания альфы, в любом другом случае он бы поделился. Рэйм вспомнил, как Даглас перед уходом предложил стать отцом его ребенка. Фактически - Кеннеди бросило в холодный пот - он предложил стать семьей, сломать лед в отношениях и сойтись по-настоящему. А когда понял, что Рэйм этого не хочет, сделал все, чтобы они с Лионелем начали встречаться.
Рэйм вспоминал нечастые разговоры с Дагом, в последнее время он парил в облаках, влюбленный в Ли, и даже стал избегать бывшего любовника. Не замечал его взглядов, слов, прикосновений. Только перед отъездом в Лондон они разговорились, и Рэйм поделился своими тревогами по поводу несовместимости с Марэ. Интересно, о чем тогда подумал Даглас?
Не тогда ли он перестал бороться?
- Поговорю с Мартеном, - бросил он главному, сворачивая ставший неловким разговор.
Онколог подтвердил то, что сказал Маршан, и поддержал идею принести Дагу чего-нибудь вкусного.
- Понимаешь, Кеннеди, иногда человеку просто не хватает надежды, - доверительно поведал пожилой омега, видевший за свою жизнь сотни смертей, - мы все стараемся поддержать Дага Брайтона, но эта воронья стая - его семейка - вытягивают из него последние силы. Хорошо, что ты приехал.
- Сколько ему осталось, как думаешь?
- Несколько часов, может быть дней. Не знаю, Кеннеди.
Рэйм не поехал домой. У него в шкафчике нашелся чистый костюм, запасная зубная щетка и новый бритвенный станок. Вот только с телефоном беда - при попытке подключить к зарядному устройству он заискрил и сдох окончательно. Рэйм растерянно смотрел на него, раздумывая, позвонить Лионелю или оставить все, как есть? Он помнил номер альфы наизусть, мог с легкостью позвонить из своего кабинета или позаимствовать телефон Флави, но у него не было моральных сил оправдываться перед Марэ. Завтра, он позвонит ему завтра.
- Съешь еще немножко, пожааалуйста, - Вивьен уговаривала отца, сама при этом уплетая один за другим маленькие сырные круассанчики. Даг смеялся над дочкой и выглядел более оживленным, чем утром, когда приехал Рэйм.
- Правда, вкусно Рэми готовит? - спросил Даглас, который едва сумел прожевать маленький кусочек.
- Ага, просто офигенно! - похвалила девочка.
Кеннеди не стал уточнять, что его участие в приготовлении выпечки свелось к уговорам поваров больничного кафе испечь лакомство по его рецепту. Повара не ломались - Дагласа в больнице любили - сделали все быстро и в лучшем виде. Правда, Даг едва ли смог оценить вкус круассанов, зато он радовался присутствию дочери и Рэйма.
Оказалось, что Вивьен даже ни разу не зашла к нему за все три дня, что семья Брайтонов торчала в больнице. Сначала Рэйм решил, что девочка, так же, как Эжен с сыновьями, равнодушна к судьбе отца. Но, как выяснилось, она просто боялась войти. Под неодобрительным взглядом Эжена Рэйм подошел к Вивьен, протянул руку и спросил:
 
- Хочешь увидеть отца?
Девочка кивнула и пошла за ним.
Рэйм просидел у постели Дагласа целый день. Ему удалось напоить альфу соком, затем он почитал ему вслух свежую новостную колонку из интернета. Потом Даг уснул, а утомленный Рэйм, выходя из палаты, стал свидетелем омерзительной сцены.
- Я так понимаю, этот тип передумал умирать! - орал Гийом, старший сын Дагласа и Эжена. - Зачем только ты заставил меня приехать, папа? Вот увидишь, его любовник оставит тебя ни с чем! Ааа, - криво усмехнулся он, увидев Рэйма, - вот и он, явился к дележу.
Кеннеди попытался обойти наглого рослого подростка с редкой порослью на подбородке и здоровенным прыщом на щеке, но Гийом ухватил его повыше локтя.
- Машина Дага - моя! Понял, шлюха?
Рэйм развернулся и отвесил ублюдку звонкую пощечину. В ответ он тут же получил весомый тычок в грудь от недоросля-альфы и истерический вопль Эжена:
- Не смей бить моего ребенка!
Рэйм вырвал свою руку, намереваясь уйти, чтобы не видеть всю эту свору, но следующие слова Эжена заставили его остановиться:
- Я засужу тебя, Кеннеди! Как бы ты ни старался, ты не получишь ни гроша от моего наследства. Я думал, он умирает, поэтому и позвонил тебе. Но если ты попробуешь обработать Дага и изменить завещание, то тебе сильно не поздоровится!
Рэйм смотрел на бывшего приятеля и не верил своим ушам. Этот омега жил у них всё лето, когда они оба поступили в колледж. Папа, хоть и болел тогда, всегда старался накормить Эжена повкуснее и подыскивал для «ангелочка» выгодную партию среди сыновей своих знакомых. Семья Рэйма приняла Эжена, как родного.
- Ты, как никто, знаешь, что мне не нужно наследство Дага, - глядя в бесстыжие глаза, процедил Кеннеди, - это же ты увел у меня жениха, позарившись на деньги Брайтонов. Ты так сильно хотел богатого альфу, что сломал жизнь и ему, и себе.
И обломался, потому что родители Дагласа не одобрили худородного жениха, и после свадьбы не дали ни франка.
- Ты ничего не знаешь! - завизжал Эжен. - Если бы ты не маячил все время возле моего мужа! Если бы не крутил своей тощей задницей, то Даг не бросил бы меня и детей!
- Да! - в тон папаше выкрикнул Гийом.
Они оба казались ненормальными. Теперь стало ясно, почему Эжен торчит в больнице четвертые сутки и притащил сюда всех своих детей. Он ужасно боится, что денежки снова уплывут из его жадных лап.
Рэйму было противно смотреть на них. Бедный Даг - столько лет терпеть Эжена мог только святой!
- Давай, Кеннеди, проваливай, и не появляйся больше возле моего мужа! - прошипел Эжен и в ту же секунду подпрыгнул на месте.
- Бу! - подошедшая сзади Кора придержала шарахнувшегося омегу и расхохоталась.
За ее спиной стояли Шон и Хавьер. Рэйм немного расслабился и улыбнулся - расстановка сил изменилась.
- Доктор Кеннеди, помощь нужна? - Шон только зыркнул на Гийома, и тот сразу на полусогнутых поспешил к дивану, где сидели младшие брат и сестра.
- Это еще кто такие? - Эжен мгновенно подобрался, пригладил волосы и заинтересованно покосился на Шона.
Кора без лишних слов обняла Рэйма.
- Лионель попросил присмотреть за вами, - тихонько сообщила она, - и оказался прав.
- Он… в порядке? - сердце будто залили теплым сахарным сиропом. На душе ощутимо полегчало.
- Насколько я знаю, да. Но его не выпускают из Британии из-за какой-то драки.
- Он не сердится? - с надеждой спросил Рэйм.
- Он в бешенстве! - возразила со смешком Кора. - Рвет и мечет, что вы уехали без него, да еще и телефон отключили.
- Телефон разбился, - жалобно оправдался Рэйм.
- Он скоро приедет и надерет вам зад, - посулила Кора, - а что с доктором Брайтоном?