Несовместимость (СИ)

- Зависит от твоих планов, - успокоено ответил Лионель, - туда, где тебя накачают спермой незнакомого альфы, или…
- Или?
- Или сюда.
Рэйм беззвучно рассмеялся. Если это было импровизацией, то сыграно гениально, в любом случае, за то, что спас от возможного нападения, Ли заслуживает, чтобы он приехал к нему.
Кеннеди откинулся на спинку кресла, расслабляясь, насколько это было возможно с каменным стояком, и прижимая плечом к уху трубку телефона.
- Я боялся, что останусь один, - сказал он.
- Что?
- Ты спросил, зачем мне ребенок.
- Приезжай.
Рэйм с удивлением услышал короткие гудки. Он был уже на полпути в больницу.
Запах Ли Кеннеди ощутил уже внизу, когда пытался объяснить охраннику, зачем заявился среди ночи в чужую смену, да еще с таким явным эструсом. Что он плел, Рэйм не помнил, но все же попал в здание и бегом ринулся в раздевалку, где в шкафчике имелась перемена одежды и ароматические салфетки. Не хватало только поставить на ноги весь госпиталь. Хотя… его и так завтра уволят, гулять так, гулять.
Лионель Марэ делал вид, что спит. Это, разумеется, было игрой - ни один альфа не сможет спать, когда рядом омега в течке. Но он лежал, расслабленно откинув голову набок, грудь под простыней мерно поднималась и опускалась.
- Какой ты красивый, - вырвалось помимо воли.
Ли улыбнулся, не открывая глаз.
- Закрой жалюзи, и я весь твой.
Рэйм послушался, не веря своей удаче. Неужели это происходит с ним? От предвкушения смазки стало еще больше, мышцы пресса поджались, а дыхание сбилось, возвращая сумятицу в мысли. Господи, что он делает? Лионель его пациент, недавно он перенес тяжелейшие травмы! А его спина! Еще не поздно повернуть…
- Иди ко мне, док, - альфа призывно улыбался, глядя с прищуром.
Он протянул руки, а когда Рэйм приблизился, откинул простынь.
Рэйм завис на великолепном, несмотря на месяц в больнице, теле, на свободных белых трусах, которые обрисовывали внушительный стояк. Марэ не соврал насчет эрекции.
- Восстановилась, - обрадовался Рэйм.
- Более чем, - мучительно выдохнул сквозь зубы Ли и гипнотизирующе медленно провел рукой по своему члену поверх трусов.
Рэйм закусил губу, опускаясь на край кровати. Лионель, тут же схватив его руку, сжал в обеих ладонях. Похоже, ему было не намного лучше, чем самому Рэйму.
- Предлагаю сделку, - быстрым шепотом проговорил он, - совместная опека. Ну, решайся, док!
Эти слова неожиданно отрезвили Кеннеди. Он думал, альфа сгорает от желания переспать с ним, а оказалось, тот уже держит в голове долгосрочный план. То ли это, чего хотел Рэйм, когда жаловался Дагу на несправедливость судьбы? Он хотел ребенка от Бродяги, но совместная опека подразумевает какое-то взаимодействие, некое подобие семьи.
- Мы с тобой совсем незнакомы, - беспомощно прошептал Рэйм, заглядывая в глаза альфы в поисках ответа. И знал, что его там нет. Лионелем движет порыв, он так же, как и Рэйм, не представляет, чем обернется для них обоих сегодняшняя ночь.
- Разве это такая помеха? - хриплым шепотом спросил Ли. Не отрывая взгляда от глаз омеги, он притянул его руку к губам и поцеловал в тыльную поверхность ладони. Кольнула щетина, горячее дыхание опалило кожу. Рэйму стало жарко и тесно в хирургическом костюме.
- Иди ко мне, детка, сними одежду и иди ко мне.
Кеннеди больше не раздумывал. Он, стащив рубашку, бросил ее на стул и стянул штаны вместе с трусами. Ему на миг сделалось неловко от полного непонятных эмоций, темного взгляда, которым смотрел на него альфа. Но в следующий миг тот распахнул объятья, и Рэйм вернулся к нему, переступив оставшееся лежать на полу белье.
Случилась заминка - разместиться вдвоем на высокой больничной кровати оказалось непросто. Ли при всем желании не мог бы сменить позу, пришлось нависнуть над ним, сжав коленями загорелые бедра и опереться руками по обе стороны от подушки. Альфа обвил руками шею Рэйма. Он был горячий и дышал тяжело, будто его лихорадило.
- Поцелуешь меня, наконец?
- Поцелую, - пообещал Рэйм.
Ощущение фантастичности происходящего кружило голову, как крепкий алкоголь. Он поцелует, не просто поцелует - вернет себе все, что упустил за годы одиночества. За пустой дом, за сутки напролет со скальпелем в руке, за тот день, когда увидел полумертвого Марэ на носилках спасателей и исступленно боролся за его жизнь. Наверное, бог, в которого Кеннеди никогда не верил, все-таки существовал…
 
Ли запрокинул голову, чтобы было удобнее целоваться. Он был умелым и напористым, но Рэйм запретил себе думать о десятках и сотнях перецелованных им омег. Ли ласкал языком его язык, посасывал его, отпускал и снова втягивал, щедро делясь своим вкусом. Одна его рука удобно устроилась на шее Рэйма, не давая ему отстраниться, другая легко, невесомо поглаживала живот и грудь, дразняще касалась головки члена и снова поднималась вверх.
- Док, - с томительной ленцой прошептал он, умело массируя затылок омеги, а второй рукой тревожа электрическими прикосновениями соски, - прости, но тебе придется все сделать самому. Ты же справишься?
Рэйм заледенел. Он сразу понял, о чем говорит альфа. Его спина! По словам Лионеля, она уже совсем не болела, но все равно было слишком рано испытывать позвоночник на прочность.
- Я боюсь тебе навредить, - пожаловался Рэйм.
- Не бойся, - улыбка Ли стала горькой, тонкие губы скривились, - что может мне навредить больше того, что уже случилось?
Рэйм склонился над ним, покрывая поцелуями лоб, глаза, щеки.
- Я буду очень осторожен.
- Знаю…
Ли провел ладонями по бокам Рэйма, недвусмысленно подталкивая его бедра к себе. Рэйм, кусая губы от волнения, оттянул резинку его трусов и освободил член. Рука Ли перехватила его запястье и направила к себе. Рэйм был не против. Он заинтересованно провел ладонью по стволу, с силой нажал большим пальцем на уздечку, вызывая смятенный выдох альфы.
- Боже! - восхищенно простонал он, лаская великолепную штуку, которую вот-вот должен будет почувствовать в себе.
- Хватит издеваться, - взмолился альфа, жмурясь от сотрясающих его волн возбуждения, - сядь на него.
Рэйм счастливо улыбнулся. Он неожиданно окончательно успокоился. Повинуясь порыву, наклонился, поцеловал в солнечное сплетение альфы, туда, где заканчивалась аккуратная красная полоска бывшего разреза. Засосал соленую кожу.
- Док, пожалуйста…
- Так что там про совместную опеку?
- Ты ненормальный омега! Я думал, во время течки у вас отшибает мозги, - простонал Лионель. - Ты мне еще договор на подпись принеси!
Рэйм засмеялся и тут же всхлипнул, почувствовав руку на своем члене. Альфа начал дрочить без предупреждения, сильно, даже жестко. Чувствуя, что вот-вот кончит, Рэйм направил член альфы в себя. Даже не потребовалось растягивать, член Ли заполнил его идеально, будто для него и был создан. Рэйм блаженно выпрямил спину, упер ладони в грудь замершего Лионеля и опустился до конца. В животе стало горячо и жестко, сумасшедше хорошо после голодной пустоты.
- Невероятно!
- Тебе хорошо, детка? - принял на свой счет комплимент Ли.
- Очень, а тебе? Спина не болит?
- Ничего не болит, не порти момент, дай хоть на миг забыть… где я…
Рэйм наклонился, чтобы поцеловать, Лионель с готовностью утянул его в долгий, глубокий поцелуй, стиснул бедра сильными пальцами, побуждая двигаться. Кеннеди зажмурился, вцепившись в его плечи, поднимаясь и опускаясь, наращивая скорость, чувствуя, как внутри возникает и растет клубок тепла.
- Хочу! Хочу тебя! - потеряв самоконтроль, выдохнул он.
- Я с тобой, - Ли смеялся с искаженным от страсти, как от боли, лицом, - я же с тобой!
Рэйм сделал глубокий вдох и задержал дыхание, ощутив, как внутри растет узел. Лионель запрокинул голову, закусил губу, и это было самое потрясающее, что Рэйм видел в своей жизни. Внутри ударило горячим, на миг омега захлебнулся торжеством: «Вот оно! Получилось!», и тут же сам выгнулся в судороге оргазма, забрызгав спермой живот альфы. Стало безразлично все, что творилось за стенами этой палаты, нестерпимое счастье затопило весь мир - на миг, но этого мига хватило, чтобы с лихвой окупить годы ожидания.