Целительница 2 (СИ)

Сев обратно, посмотрела на него вопросительно. Мол, сказав «а», не стоит затягивать с «б».
— Она вербует студентов для родов. В том числе и заграницу. Найм долгосрочный, но там такие условия, что вполне может стать пожизненным.
— А вы откуда знаете? — нахмурилась я. — Тоже предлагала?
— Смеешься?! — хмыкнул Кир. — Нам?! Она еще не совсем с ума сошла, чтобы связываться с нашей семьей.
— А с моей, значит… — скривившись, качнула я головой.
— Саш, ты не принимай на свой счет, но приехавшие из провинции студенты часто не понимают, что скрывается за подобными предложениями. А когда до них доходит, становится поздно. Контракт подписан и расторгнуть его практически невозможно.
— И многих вы уберегли от ошибочного шага? — не без сарказма уточнила я.
А сама почему-то вспомнила встречу в ночном клубе с завлекалами из тайного студенческого общества под весьма говорящим названием «Валите в свою провинцию».
Сашка Трубецкой тогда ругался. Называл меня идиоткой. А я убеждала, что готова справиться с любой ситуацией. Кичилась собственными знаниями.
В чем-то была права — магема Хинстона, возвращающая организм к среднестатистическому состоянию, должна была помочь при накачке наркотиками, но это при благоприятных обстоятельствах, когда сумела бы ее создать и активировать.
А ведь могло сложиться и иначе. Достаточно было только растеряться.
— Скажем так, — улыбнулся Кир, пропустив мою язвительность мимо ушей, — ты не первая и, скорее всего, не последняя.
— Тогда это меняет дело, — отзеркалила я его эмоции. — Анна интересовалась Лукой.
— Ну здесь ей ничего не обломится, — как-то даже довольно заметил Петр. Потом бросил взгляд мне за спину. Нахмурился. — А этот что здесь делает?
Я оглянулась…
— Извините, — поднялась я.
Ответ на вопрос, что делал в Академии Илья Воронцов, мне был известен.
Искал меня.
* * *
— Значит, полкана в почетную отставку? — подумав, что сон на диване в его возрасте не самое правильное решение, откинулся Андрей на спинку кресла.
Князь Трубецкой появился на территории стрелкового клуба лишь на полчаса позже его самого. Хорошо еще предупредил, потому как, у Андрея были планы в городе, которые пришлось резко сворачивать.
— Можно сказать, отделался легким испугом, — скривился Трубецкой. Сделал глоток — пили кофе, отставил чашку на стоявший между их креслами столик. — Всех причастных, включая Серебрякова, на Дальний Восток. С пяток лет послужат где-нибудь в Хабаровске или Владивостоке, умнее станут.
— Могло быть и хуже, — философски заметил Андрей.
То, что спецы избегут серьезного наказания, он сообразил, как только сложилась картинка происходящего.
Благие намерения! Вытащить пацана, вроде как пойдя на поводу у похитителей.
И вряд ли кто подумал, что военная полиция нацелена на совершенно иного рода операции. Привыкли, что круче них только яйца!
В результате — сплошное дилетантство и шапкозакидательство!
Подобный подход Андрея бесил. Каждый должен заниматься своим делом и действовать, имея полное представление о методах, обеспечивающих получение ожидаемого результата.
— Могло, — кивнул Трубецкой, — но государь наш милостив и милосерден. Долгие годы ему жизни.
Андрей приподнял бровь, но ничего не сказал. Утро у князя Трубецкого было, скорее всего, насыщенным. И вряд ли ограничилось аудиенцией у его императорского величества.
С другой стороны, жалеть тайного советника Тайной коллегии, точно не стоило. Уж кто-то, а этот в мутных водах дворцовых интриг чувствовал себя вполне комфортно.
— Уже понятно, куда ведут следы? — вместо этого поинтересовался он.
Парня, которого считали Лукой Трофимовым, продолжали охранять бойцы стрелкового клуба, поэтому информация о том, что тот пришел в себя, была у Андрея уже спустя пару минут.
О визите следователя он тоже узнал. Еще до того, как это произошло.
— А вот здесь непонятки, — поднявшись с кресла, отошел Трубецкой к окну.
Сидели они в кабинете Андрея рядом с операторским залом. В одну сторону посмотришь — дорога к главному корпусу. В другую — тоже дорога, но уже на стрельбище.
 
Все, конечно, ухожено и облагорожено, но при этом утилитарно. С намеком, что предназначено не для нежных барышень, а для суровых мужиков.
Мелькнувшая мысль была идиотской.
Впрочем, после того, как полночи проворочался без сна, а за завтраком ловил сочувственные взгляды крестницы, ничего другого и не предполагалось.
— Ожидали британцев, а проявились персы? — глядя на расслабленную спину Трубецкого уточнил он.
Князь напрягся, обернулся…
— Угадал? — усмехнулся Андрей, глядя на задумчивого Трубецкого.
То, что грешили на британцев, стало понятно по маршруту, отрабатываемому группой Владимира, в которую входила Сашка. А вот персы…
В последнее время их уши торчали из-за всех кустов. Почему бы не засветиться и на этот раз?
За версию работал и еще один аргумент — единственный выход Игната за территорию посольства обернулся попыткой его похищения, но об этом Трубецкой вряд ли уже знал. Это его канал поторопился доложиться, княжеский же тормозил. По не зависящим от него причинам.
— Угадал, — мрачно кивнул Трубецкой. — И вот это мне…
— Это — не Филоненко, — не дав закончить фразу, уверенно заявил Андрей. — Ее мы жестко контролируем. На все встречи — фото и видеоматериалы. Криминального больше, чем надо, но никаких контактов, которые могли бы вывести на персов или тех же бритов нет. Только наши рода. Да и отдельного запроса на донора тоже не было, лишь на перспективных целителей.
Трубецкой ответил не сразу. Задумчиво покивал головой, качнулся с пятки на носок…
— Но тянется все из Академии, — наконец, произнес он. — Других вариантов…
— Я бы не стал скидывать со счетов учебный центр, — вновь перебил Трубецкого Андрей. Про Виктора Бабичева, отцу которого требовался донор, он не забыл, но там была иная история. Искали девицу. — Слишком быстро вышли на Серебрякова. А ведь досье на эту братию собрать совсем не просто.
Спорить Трубецкой не стал. Вернулся в кресло. Кивнул, когда Андрей взялся за кофейник. Чашечки буквально на два глотка. Только посмаковать.
— А я ведь к тебе не за этим, — сделав первый из их, заметил Трубецкой. — Что твой Стас говорит про Воронцовых?
Андрей мысленно усмехнулся — не терпится государю избавиться от зарвавшегося князя, но на лице не дрогнул ни один мускул. А то, что все это касалось и Сашки…
За крестницу он не беспокоился. Даже с учетом возможных неожиданностей.
— Говорит, что старшенький встал на сторону матери, но князя это вряд ли остановит. Группа по захвату Александры готова, ждут отмашку.
— Умом, значит, тронулся Ванюша? — Трубецкой вновь поднес чашечку ко рту. — Тяжело таких вразумлять. Тут только кардинальные меры.
— Государю виднее, — соглашаясь, покивал Андрей. — Наше дело маленькое — не дать случиться непоправимому. Ну а все остальное… — Он развел руками.
— И все-таки интересно, кто у Воронцовых сливает твоему Стрельникову информацию? Уж не сам ли наследник? Больно осведомлен.
Андрей дернул плечом и промолчал. Имена информаторов — святая святых. А что касается осведомленности…
Согласен Андрей был с Трубецким — сведения, поступавшие по этому каналу, были горячими. С пылу, да с жару. Так что версия князя вполне имела право на существование.
Впрочем, была у самого Андрея еще одна, не менее жизнеспособная. Был у Воронцова личный секретарь из рода, служившего секретарями ни одному предку нынешнего князя.
Верность в таких случаях является едва ли не безоговорочной, подтвержденной множеством клятв, но это если не учитывать нюанс, о котором часто забывали, принимая все, как должное.
Честь и достоинство!
Хватало одного подлого поступка, чтобы от клятвы остались только слова.
— Но это меня не касается, — вдруг резко произнес Трубецкой. — А скажи-ка ты мне…