Безмирные (СИ)
Евин бывший сидел, насупившись мрачнее тучи. В его глазах сверкали недобрые огоньки, пальцы правой руки собрались в кулак, а на щеке, под ухом, там, где крепится челюсть, от нервного возбуждения перекатывался небольшой мышечный ком. Он давно уже позабыл про ватрушки. Кружка с холодным чаем стояла ополовиненной, надкусанное печенье застыло в ладони, причём мужчина этого даже не замечал.
— Но, есть один способ, — Как бы, между прочим, сказала Стеша.
Она встала со стула.
— Какой? — Влад также поднялся со своего.
В голосе парня прозвучала решимость. Угрюмая, с оттенком злости. Стало понятно, что он уже созрел для борьбы за свои интересы и не готов отдавать Еву первому встречному.
— Правда, если ты реально мужик. Иначе не стоит и начинать. Как говорится, хочешь, чтобы баба тебе досталась, покажи ей, кто из вас лучше! — Подливала Стеша масла в огонь. — Ева однозначно вернётся, когда поймёт, кто её спас. Я знаю женскую психологию. У тебя машина, надеюсь, заправлена? Потому как, если ты в деле, надо будет малёха подрифтовать.
— Полный бак.
Влад заговорщицки улыбнулся. Слова Стефф о том, что Ева снова станет его женой, вселили в сердце уверенность, а желание этот процесс ускорить добавило в кровь адреналина.
— Тогда...
Стеша хотела, чтобы Ева их не услышала. Нагнулась к уху Влада, но неожиданно оступилась и толкнула мужчину в плечо. Тот пошатнулся, упёрся рукой о стену, однако на ногах устоял.
— Прости. Чуть не упала. – Девушка обхватила парня за талию.
— Так что нужно делать? — Он помог ей встать на ноги, пропустив извинение мимо ушей.
Ева вернулась к столу в тот момент, когда Влад уже уходил. Задержавшись в дверях, он взглянул на неё, как отправляющийся на арену гладиатор.
— Скоро ты снова станешь моей, — сказал с самодовольной уверенностью.
Ева изумлённо застыла на месте. Резкая перемена в настроении Влада её поразила. Раньше она никогда не замечала за ним особого рвения, а сейчас тот прямо таки «вибрировал» от желания действовать. Чудачества в поведении бывшего мужа проявились в этот раз особенно странно. Дышал он возбуждёно. Глаза сверкали, как у человека, готового сигануть со скалы, а руках Влад нетерпеливо теребил ключи от машины.
— Что это с ним? — спросила Ева, когда за парнем закрылась входная дверь.
— Да кто знает? Решил уехать. — Стефф сделала вид, что ничего особенного не заметила.
— С чего вдруг? Он вроде как задвигал что влюбился.
— Ну да. Задвигал. Потом сказал, что ждут дела и отчалил. Сама видишь.
— Какие у него могут быть дела? — В замешательстве промолвила Ева.
— Да х*р их пойми, мужиков. Ушёл и ушёл. Не бери в голову. А то опять станешь нервничать. Моя терапия тогда псу под хвост.
Стефф помогла подруге поставить поднос с чаем на стол.
— Пойдём-ка. Я кое-что у тебя спрошу, — она взяла Еву под руку и увела в комнату, чтобы та не смогла видеть, что произойдёт за окном.
Глава 20
Матвей всерьёз подумывал бросить работу. Он всё чаще являлся туда не выспавшимся, а Даша злилась, трактуя его недосып по-своему. Да и начальство не приходило в особый восторг, видя потерявшего мотивацию слесаря. Наблюдая, с каким безразличием Мэт теперь выполняет заявки, Иваныч всё чаще ворчал. Несколько раз он грозил тому увольнением, лишением премии, и переносом отпуска на зиму. Однако его угрозы так и остались словами. Как ты не хорохорься, не напоминай работникам о том, что на их место "за воротами восемь желающих" заменить любого из них крайне сложно. Все понимают прекрасно, что в подобных конторах "пряники" не слишком-то сладкие, а на одних "кнутах" далеко не уедешь. Поэтому всё в ЖЭСе текло по-старому. День до вечера и хорошо. Но, по большому счёту парню было плевать на свои перспективы в организации. К этому моменту книга увлекла его с головой, и думать о чём-либо другом, кроме "Манифеста" не получалось. К тому же, остаться без заработка Мэт не боялся. Кое-какие сбережения у него имелись, а, как быть дальше, время покажет. В нынешнем мире не стоит заглядывать так далеко.
Впрочем, реальная жизнь его теперь вообще мало интересовала. С тех пор, когда Матвей впервые погрузился в странное состояние, минул месяц, и внезапный, психологический шок давно прошёл. Вначале его место заняло глубокое изумление. Благоговейное с примесью затаённого страха, оно снедало парня почти неделю. Всё это время Мэт не решался открывать роман. Но затем страх поубавился. Возникло желание осознать, каким образом такое возможно. Захотелось понять, как в действительности это работает, и он вновь решился на чтение. Ну а дальше, всё произошло предсказуемо. Погрузившись в события "Манифеста", оторваться от чтения Мэт уже просто не мог.
Промелькнула, правда, в какой-то момент мысль обратиться к медикам. Либо в полицию. Ясно ведь, что подобные ощущения ненормальны. Нет, сумасшедшим, естественно он себя не считал. Окружающая обстановка ведь никак не изменилась. Он по-прежнему отчётливо воспринимает всё, что происходит вокруг. Скорее всего, книга вызывает у человека некое расстройство психики и этим всё объясняется. Выходит самым разумным решением будет отдать её на исследования? Похоже, что так.
Однако, чуть поразмыслив, прислушавшись к себе и покопавшись в желаниях, Мэт осознал, что вовсе не собирается выходить из своего нового состояния. Каким бы ненормальным оно на первый взгляд не казалось, ему в нём было необычайно комфортно. К тому же, пора признать, что он безвозвратно влюбился. Не в этом мире, кончено, в другом, что само по себе сумасшествие. Но факт остаётся фактом. Вне всяких сомнений Велис оказалась девчонкой его мечты. Той самой отдушиной, которую он искал. Как это ни странно, со всей её взбалмошностью, кипучей энергией и задором, она запала в самое сердце. Возможно, именно этой «кипучести» ему не хватило в Даше Петровой?
Матвей настолько увлёкся своим новым "Я", погрузился в ощущение необычной реальности, что совершенно позабыл о том, кто дал ему книгу. Ну, конечно же, Александр Евгеньевич и есть тот единственный человек, который способен всё объяснить! Вот кому, в первую очередь стоило задавать вопросы. Как же он сразу-то не догадался? Осознав это, парень отправился к Старику этим же вечером.
Однако увидеться им не пришлось. Какая-то рыжеволосая девушка из соседней квартиры (по всей видимости, та самая Стеша, чьё печенье он с аппетитом уплетал) сообщила, что Старика больше нет. С человеком случился сердечный приступ. Всё произошло во сне быстро и безболезненно. Она обнаружила его утром, когда как обычно зашла к соседу за какой-то мелочью. Тот лежал на диване. Спокойный и умиротворённый. С блаженной улыбкой на безмятежном лице. Вытянул руки ладонями вверх, словно желая кого-то обнять, и в таком положении ушёл в Вечность. Как будто встретил там, за невидимой Гранью, по-настоящему близкого друга…
Позже приехала "Скорая". Врачи осмотрели Старика. Сказали, что для такого возраста нет ничего удивительного. В 83 года это естественная и очень лёгкая смерть.
Похоронили писателя на городском кладбище. Скромно, как он того и хотел. Место выбрали на возвышенности, в стороне от центральной аллеи.
А квартира теперь принадлежит родственникам Александра Евгеньевича. Оказалось, были у него и такие. Кстати, эти люди подсуетились и уже выставили жильё на продажу.
Ещё девушка вспомнила, что за несколько дней до этого старик оставил ей письмо. Будто предчувствовал собственную кончину. Велел передать послание молодому человеку, который непременно придёт его навестить. Сожалел, что не сможет сделать этого лично. Но, так как "мы не хозяева своему телу, ибо не в состоянии управлять тем, над, чем мы не властны", просил простить.