Трудное счастье мое (СИ)

Сейчас, чуть успокоившись, он понимал, что переборщил. Можно было действовать мягче, не пугать Лену. Но как по другому обратить на себя внимание, если она не отлипает от детей, а по сторонам смотрит только в поисках мужа и абсолютно не замечает никого вокруг? Артем и так извелся, нахаживая вокруг круги и безуспешно пытаясь поймать ее взгляд, чтобы подойти и завести разговор. На пятой попытке он начал подозревать, что все бесполезно, а на шестой, проводив глазами протиснувшуюся мимо него в узком дверном проходе буфета Лену, Артем понял — нужно действовать жёстко.
И у него получилось. Обратил на себя внимание так, что чуть по морде не получил от любимой пары. Да хоть бы и получил, ничего страшного. Он все готов стерпеть, лишь бы не равнодушие.
А вот что для него совершенно непонятно — это поведение ее мужа. У мужика на глазах обидели жену, напугали, довели до срыва, а он пытается ее убедить в нормальности происходящего и даже не думает хотя бы спросить у Артема, что произошло. Про выяснение отношений и физическую защиту своей законной, между прочим, супруги и речи не идёт. Если бы подобное позволил себе кто-нибудь другой, Артем мигом бы объяснил козлу, как нужно относиться к главной женщине стаи. Но это он, Артем, а вот Филатов придерживался другой точки зрения — не задеть начальство и в корне задавить скандал, пусть и ценой обиды собственной жены.
Да уж. Возможно и прав был Сергей, когда предлагал подлый план — подослать к Филатову одну из весёлых и лёгких на авантюру волчиц, чтобы она раскрутила его на банальный служебный роман, и тогда осталось бы только дождаться, пока информация о нем дойдет до Лены.
Артем отказался от своеобразной помощи и сейчас, слушая, как занудно Филатов объясняет Лене, что ему ещё работать в этом коллективе, жалел. Павел оказался настоящим чудилой и полностью заслуживал того, что предлагал Сергей.
— Лен, может хватит? Андрей уже нервничает, посмотри на него. Хочешь истерику?
Артем чертыхнулся. Этот чудик вместо того, чтобы вымаливать прощение у Лены, пытается манипулировать и навешивает ей чувство вины.
— Я просто хочу, чтобы ты был на моей стороне.
От бесцветного шелеста Лениного голоса у Артема сжалось сердце. Зато муженьку ее все нипочем.
— А я на чьей стороне? Я только о вас и думаю постоянно! Мне что-ли все это нужно? Мы столько мечтали о переезде, и вот мы здесь! Ты посмотри вокруг, Лена! Дети первый раз были в аквапарке, Лена! Веселись, отдыхай, гуляй! И не ссорься с моим начальством.
Филатов говорил сбивчиво и так громко, что его речь больше походила на ругань. Артёму пришлось остановиться, чтобы справиться со злостью и внутренним зверем, требующим прямо сейчас открутить голову козлине и забрать Лену себе.
— Папа! — звонкий детский голос истеричными нотками перебил гневный речитатив Филатова, и тот, слава Луне, заткнулся.
Иначе Артем сам бы заставил замолчать нелюдя.
— Не ругайся, не видишь — мама сейчас заплачет! — Это уже мелкая девчонка перешла в наступление, строго отчитав отца, и Филатов тут же сменил тон.
— Ты что, Мариш? Не ругаемся мы, да, Лен? Ну ладно тебе, улыбнись, Несмеяна. Слушайте, семья, а пойдёмте на подъемник! А?
Дети радостными криками поддержали идею покататься на канатной дороге, и Артем сквозь просвет между плотным кустарником увидел их удаляющиеся спины.
Летом работала только кресельная канатка, и в каждое кресло помещались по два человека, поэтому ехали парами — первыми Паша с сыном, а следом Лена с дочкой. Артем пропустил несколько кресел и тоже запрыгнул, опуская перед собой защитный поручень.
Канатка тихо шуршала роликами, прокручивая двигающий кресла трос, пели птицы, слабый ветер обдувал разгоряченное лицо и успокаивал. Десять минут наедине с собой Артем провел с пользой и принял решение поговорить с Леной. Ничего такого, простой разговор. Наверное.
На вершине семьи Филатовых уже не было, но Артём догнал их за пару минут. Гора Шайтан не сильно высокая и крутая, поэтому туристы часто ходили по ней пешком, нагуливая аппетит или хороший сон. От верхней станции можно было спуститься по ровной накатанной трассе, а можно и по грунтовой дороге, вьющейся чуть левее от канатки, в лесу.
 
Лена шла именно там. Медленно прогуливалась и часто останавливалась, чтобы сорвать цветок для простого букета, разговаривала с дочерью, разглядывала пейзаж и совершенно не переживала, что муж с сыном все больше удалялись от нее. Мелкая девчонка постоянно бегала от отца к матери и торопила ее, но Лена явно не хотела никуда спешить.
— Мам, папа говорит — там водопад. Пойдем, а? Давай наперегонки?
— Ты иди, Мариш. На водопад обязательно нужно сходить.
— А ты?
— А я просто погуляю, венок тебе сплету, хочешь?
— Хочу! А ты не заблудишься без нас?
— Да где тут заблудиться? — Лена показала рукой на крыши корпусов. — Вон наша база и дорога к ней одна.
Девочка убежала догонять отца и брата, Артем одернул за ментальный поводок волка, удостоверился, что остался с Леной наедине и вышел из-за дерева так, чтобы печальная пара увидела его заранее и не испугалась.
****
Лена
При виде источника моих несчастий, да ещё такого спокойного и безмятежного, я, к собственному удивлению, даже не особо удивилась. Кажется, сегодняшний день забрал у меня эту способность, а заодно и возможность злиться. Хотя где-то в глубине души я очень этого хотела, но все перекрывало чувство моральной усталости и опустошения. В умной психологической книге я о таком читала. Защитная реакция психики, вот как называл автор это состояние. Не знаю, по-моему, это больше похоже на отупение и безразличие.
Вот стоит передо мной этот странный мужчина, а я просто хочу обойти его и отправиться дальше, — собирать цветы и плести обещанный Маринке венок. И, в идеале, больше не видеть это лицо и не разбираться со странным волнением внутри. Что за черт? Откуда оно взялось? Секунду назад я напоминала пустую вазу, и вот уже что-то вибрирует в груди, рядом с сердцем, будто там завели маленький трактор, совсем как в глупом, но любимом Андрейкином мультике.
— Ты не заблудилась? Давай провожу, я эти места хорошо знаю.
Вот, значит, как? Пашкин генеральный практикует панибратство? Или после нашей уединенной прогулке по трубе в аквапарке он решил, что формальности можно отбросить?
— Я хочу побыть одна.
Когда Андрей начал ходить в садик, его поведение сильно изменилось. Откуда-то появилась агрессия, испортился характер. И я повела его к психологу. Молодая и горящая своим делом специалист по внутренним проблемам проводила совместные сеансы и незаметно переключилась с сына на меня. Очень ее заинтересовала моя скрытая под семью замками маленькая девочка, которая сразу начинала плакать при любой попытке расшевелить ее. Внутренний ребенок. Хрупкая и ранимая часть меня, которую я защищала скрытным характером и замкнутостью с чужими людьми. Моя девочка любила тишину, спокойствие и размеренную жизнь, и совершенно не хотела подрастать и по-взрослому решать проблемы. С психологом она тоже не желала общаться, поэтому, выяснив, что с сыном все в порядке, я прекратила ходить на мучительные для меня сеансы, но кое за что всё-таки была благодарна специалисту. Она научила меня твердо прерывать нежелательное общение и говорить нет в тех случаях, когда в душе я этого хотела, но по какой-то причине не могла произнести вслух. Я больше не придумывала отмазки, чтобы избежать неприятного похода в гости. И не маялась в навязанной компании. Я просто говорила нет и на этом прекращала разговор.
Обычно это срабатывало, поэтому, высказав Пашиному начальнику свое пожелание побыть в одиночестве, я почти спокойно прошла мимо него и продолжила спуск с горы. Почему почти? Да потому, что внутри опять затарахтело, отзываясь будоражащим резонансом в каждой клетке тела. Так бывает, когда у соседей за стеной стиральная машина отжимает белье на больших оборотах, и ты, вроде, не слышишь звук, но чувствуешь вибрацию и головой и каждым пальцем на руках и ногах. То ещё ощущение..