Светоносный (СИ)

При этих словах одна из шармбатонских девушек, у которой на голове все ещё был шарф, громко хихик­нула, однако Дамблдор продолжил говорить, как ни в чем не бывало:
— Официальное открытие Турнира состоится сегодня вечером, сразу же после ужина. Угощайтесь, дорогие друзья. Ешьте, пейте и чувствуйте себя как дома!
Закончив свою речь Дамблдор сел, а Каркаров сейчас же наклонился к нему и о чем-то оживленно заговорил.
Блюда, как всегда, начали наполняться едой. На этот раз эльфы-домовики превзошли себя. Каких только ку­шаний не было, в том числе и заморских.
В зале прибавилось учеников двадцать, не больше, а казалось, яблоку негде упасть. Наверное, из-за одежды гостей. Слишком уж она выделялась на фоне черной хогвартской. Минут через двадцать дверь за профессорским столом отворилась и в зал вошёл лесничий и начал о чём то радостно рассказывать профессор Спраут. В это же время, за столом моего факультета произошла довольно комичная сцена, и началось всё, как обычно, из-за девушки.
— Будьте доб’гы, передайте, пожалуйста, буйя-а-бес!
Громко попросил чей-то голос. Обернувшись, я увидел Флер Делакур, собственной персоной. Выглядела девушка действительно прелестно. Её белокурые волосы волной падали почти до самого пояса, большие синие глаза блестели в свете свечей, а ровные белые зубы, выглядывали из-под чувственных губ, озаряя зал милой улыбкой. Правда, помимо её весьма существенных природных данных, шарма и обаяния ей добавляла её способность. По виду, она напоминала эмпатию, и, скорее всего, когда-то ей и была, но под воздействием времени или же других сил, изменилась. Сейчас это скорее природный механизм защиты, естественная способность её вида, чем ветвь магического искусства. Стоит отметить, что функционал её … пусть будет шарма, существенно меньше, чем у магии чувств. Вейлы, по-видимому, способны внушить только приятные эмоции, направленные, опять же, только на них самих. С одной стороны это минус, а с другой, та же Флер, существенно превосходит меня в этом аспекте. Что ж, специализация в ущерб многозадачности, это вполне нормально. Правда, это никак не поможет ей во влиянии на меня. Может в силе эмпатии я ей и уступаю, но в опыте и знаниях превосхожу многократно. Да и к тому же, я банально сильнее магически, а, как я и говорил, чем сильнее существо, тем сложнее непосредственное воздействие магией на него. Так что, чтобы не оставаться в долгу, я одарил девушку улыбкой, передал блюдо и вернулся к трапезе, чем вызвал непонимание и злость у неё и … целую тонну облегчения у всех представительниц прекрасного пола в округе. Постояв ещё несколько секунд француженка, что-то для себя решив, удалилась к своим, но я периодически ловил на себе её задумчивые взгляды.
В это же время за преподавательским столом произошли существенные изменения. Два пус­тых кресла наконец обрели хозяев. Рядом с профессо­ром Каркаровым сел Людо Бэгмен, а слева от мадам Мак­сим — мистер Крауч-старший. Хм, прям семейные посиделки, правда, если судить по эмоциям сыночка, то он скорее бы придушил своего незадачливого родителя.
Наконец золотые тарелки опустели, и Дамблдор опять встал с кресла. Зал в ожидании замер.
— Торжественный миг приблизился. Турнир Трёх Волшебников вот-вот будет открыт. Перед тем как вне­сут ларец я хотел бы коротко объяснить правила нынешне­го Турнира. Но прежде позвольте представить тем, кто не знает, мистера Бартемиуса Крауча, главу Департамента международного магического сотрудничества. А также Людо Бэгмена, на­чальника Департамента магических игр и спорта. Мистер Бэгмен и мистер Крауч, организаторы Тур­нира, без устали работали несколько месяцев, и они войдут в судейскую бригаду, ко­торая будет судить состязания.
— Но довольно слов, мистер Филч, вынесите ларец сюда, пожалуйста.
Филч, который до этой минуты прятался где-то в даль­нем углу зала, тут же явился к профессорскому столу, неся в руках старинный деревянный ларец, инкрустирован­ный жемчугом. Зал, зашумел, всколыхнулся. Филч осторожно поставил ларец перед Дамблдором, и тот продолжил объяснения:
 
— Инструкции к состязаниям мистером Краучем и мистером Бэгменом уже проверены. Для каждого тура все готово. Туров — три, состязания основаны исключи­тельно на школьной программе. Чемпионам предстоит продемонстрировать владение магическими искусства­ми, личную отвагу и умение преодолеть опасность.
При последних словах зал притих, затаив дыхание. А Дамблдор невозмутимо продолжал:
— В Турнире, как известно, участвуют три чемпиона, по одному от каждой школы-участницы. Их будут оце­нивать по тому, как они справились с очередным состя­занием. Чемпион, набравший во всех турах самое боль­шое число баллов, становится победителем. Участников Турнира отбирает из школьных команд беспристраст­ный выборщик — Кубок огня!
Дамблдор вынул волшебную палочку и стукнул по крышке ларца три раза. Крышка медленно, со скрипом открылась. Дамблдор сунул внутрь руку и достал боль­шой, покрытый грубой резьбой деревянный Кубок. Ни­чего примечательного — не будь он до краев наполнен пляшущими синеватыми языками пламени. Дамблдор закрыл крышку, осторожно поставил на нее Кубок, что­бы все хорошо его видели и продолжил говорить:
— Желающие участвовать в конкурсе на звание чем­пиона должны разборчиво написать свое имя и назва­ние школы на куске пергамента и опустить его в Кубок. Им даётся на размышление двадцать четы­ре часа. Кубок будет выставлен в холле. И завтра вечером выбросит с языками пламени имена чемпионов, которые примут участие в Турнире Трёх Волшебников. Конечно, избраны будут достойнейшие из достойнейших. Кубок на всю ночь останется в холле и будет доступен всем, кто хочет участвовать в Турнире. К участию в Турнире будут допущены только те, кто достиг семнадцати лет. А чтобы те, кому нет семнадцати, не поддались искушению, я очерчу вокруг него запретную линию. Всем, кто младше указанного возраста, пересекать эту линию запрещено. И последнее: желающие участвовать в конкурсе, прими­те к сведению — для избранных в чемпионы обратного хода нет. Чемпион будет обязан пройти Турнир до кон­ца. Бросив свое имя в Кубок, вы заключаете с ним маги­ческий контракт, который нарушить нельзя. Посему хо­рошенько подумайте, действительно ли вы хотите уча­ствовать в Турнире. Ну, а теперь, кажется, самое время идти спать. Всем, всем доброй ночи.
***
Ещё на втором курсе я принял решение участвовать в Турнире. И разумеется, ещё тогда я подумал о способах обойти ограничения. На самом деле, для меня, сделать это не трудно. Достаточно было бы и банального давления голой силой, но, я хотел сделать всё красиво. И я начал готовиться. Отыскать в библиотеке Хогвартса чары, подобные тем, что использовал директор мне не удалось, по-видимому это его личная разработка, придуманная непосредственно для Турнира, но вот найти отдельные заклятия определяющие возраст, магическую силу и тому подобное было не трудно. Отталкиваясь от них, я разработал чары, что скроют мой истинный возраст. На самом деле, вся работа, что я проделал, абсолютно бессмысленна. Я мог бы просто пройти сквозь эту магическую вязь, без всяких щитов и уловок, ну право-слово, она рассчитана на школьников, причём с младших курсов, но мне захотелось всё сделать «честно». Заодно, на вопрос о том, как я преодолел черту, я бы с чистой душой ответил, что сам придумал это заклинание. Но увидев Кубок, я осознал, что всё это было ещё более бессмысленно, чем я предполагал. В чём же дело, спросите вы? Всё просто. Изначально, я думал, что Кубок Огня это просто звучное название, но увидев его вчера я понял, что это не так. В кубке находился элементаль огня. Не высший, разумеется, но уже полу-разумный. Такой способен заключать и следить за соблюдением контрактов, если ему их перед этим показать и объяснить в чём их смысл, а поскольку умом это существо не блещет, да и воспринимает реальность иначе, то это ещё та морока. Но я отклонился от темы. Договориться с духом, если он конечно не из высшей лиги, не так уж и сложно, достаточно поделиться с ним маной и всё. Правда, каждый элементаль предпочитает эфир родственный ему, что логично. Но тут дело даже не в том что я с лёгкостью могу договориться с «судьей», но в самой системе оценки. Параметры, по которым отбираются чемпионы, не могут быть слишком сложными, ведь в ином случае дух бы их попросту не понял, а значит, это что-то простое, понятное ему, вроде силы, качества магической энергии и объём резерва. Но для элементаля на первом месте всегда стоит родство с его стихией. Из-за их природы оно отражает всё вышеперечисленное, а также определяет их возраст. Ну, а поскольку защитные чары также подпитываются от духа, то его решение в этом вопросе конечно. А моё родство с пламенем, собственно как и со светом, уже давно превзошло все мыслимые для этого мира величины, а по меркам Ордена почти достигло Гранд-Магистра. Думая об этом я шёл в Зал, где расположили Кубок.