Отпускай (СИ)

— Ну это понятно, а комната? — Фастер подняла брови. — Какая-нибудь… тайная.
— Топочная есть, я её закрыл от посторонних глаз. Там же я генератор поставил, на случай отключения электричества. Нагревательный котел, если по какой-то причине центральное водоснабжение на пару дней отключит горячую воду. — Нейт непонимающе поднял одну бровь.
— И что, все? — Эмма ощущала легкий конфуз. Что еще мог засунуть в «тайную» комнату реалист-прагматик, фантазия которого начиналась и заканчивалась на мечтах о прибыльности всех своих вкладов, инвестиций, а еще на мечтах о сексе с любимым человеком. Наверно он все же не такой изобретательный, как Фастер однажды подумала.
  
— А что ты хотела услышать? Что я варю в подвале наркотики? — Губы исказила добрая улыбка. — Еще держу кислородные баллоны там. На случай твоей стремительной простуды, чтобы не занимали место в кладовке.
— Спасибо. — Эмма слегка смутилась и продолжила ковырять яблоко.
Штайнер слегка прищурился, и улыбка превратилась в слабую ухмылку. Есть вещи, которые ей лучше, все же, никогда не знать. Чтобы не счесть его странным, чтобы не напрягаться лишний раз. Ведь мысль о наличии травматического пистолета где-то дома могла испугать. А мысль об аппарате искусственной вентиляции легких в подвале вообще могла вогнать в непонимание, вызвать ступор.
Ему казалось, это было необходимо. Потому что ни скорая, ни полиция никогда не приезжали вовремя.
* * * пол года спустя
Весной ходить на физиотерапию было проще, чем зимой, потому что похудели от солнца высокие сугробы, смыло ручьями химикаты, которые разъедали непроходимый гололед. Ноги-спицы послушно брели по подсохшей улице, мерно цокал небольшой каблук. Ветер то и дело стремился поднять белый сарафан, пусть даже его прижимала к телу любимая куртка. Иногда из-за высоких белых облаков проглядывали прямые солнечные лучи.
Дышать было легко. Легкие с довольством принимали прохладный кислород, взгляд провожал случайных прохожих, которые вечно торопились… куда-то. Спешили жить, потому что жизнь была всего одна. Почему бы не поторопиться?
Руку грел теплый конвертик со сгущенкой. Сегодня у Эммы персональный выходной, личный, правда, куда податься, она понятия не имела. У неё-то выходной, а вот близкие и друзья привычно на работе. Кто-то с умным видом расчерчивает ватманский лист вместо того, чтобы сделать это за компьютером, кто-то помогает пациентам встать после операции, проведенной им же самим. Кто-то сидит на ресепшене, со скукой жуя крекер на обеденном перерыве. Кто-то импульсивно попрекает рабочих за плохую поклейку обоев у себя дома, не вставая с инвалидной коляски. У всех море своих дел. Так чем Фастер хуже?
Как только она задумывалась о делах, спина покрывалась неуютным ознобом, и слабые ноги тут же давали о себе знать. Волнение проходило только тогда, когда Эмма называла этот день выходным. Однако, дорога домой все равно начинала казаться длиннее на пару километров.
Наверняка её там все еще ждет пустой почтовый ящик. Наверняка, она повторяла себе это из раза в раз, но легче не становилось. Влажнели ладони. Глаза бегали по серому тротуару.
Вскоре показались зеленые крыши дома среди бирюзовой листвы. Сердце упало куда-то в живот, когда Фастер увидела торчащую почту, белые конверты. Побежала, выхватила их, и стала неуклюже рвать с торца. Дрожащие пальцы стискивали сложенный в четверо лист бумаги, который распрямлялся в руках.
В глазах посинело, ноги подкосились. Губы расплывались в тяжелой, счастливой улыбке.
Её модели платьев взяли для ростового отшива.
Ими заинтересовался модный дом, все получилось. А через неделю девушка собиралась на море. Жизнь, потихоньку, налаживалась. За спиной вырастали крошечные, неуклюжие крылышки, но они были, и это самое главное. Кактус берег свой небольшой, нежный цветок.
* * *
Шумели весенние травы. Он стоял возле окна, и со странным видом наблюдал снующих внизу людей, которые безостановочно плелись мимо. Ветер слега шевелил волосы, и Нейт закрывал глаза, чтоб это почувствовать. Намного приятнее, чем сквозняк кондиционера.
— Ну что, когда на море едите? — Раздался сзади знакомый женский голос. — В этом месяце?
— Через шесть дней вылет. — Штайнер медленно расплылся в улыбке. — Давно пора.
— А что там со свадьбой? — Не унималась Элис. — Это будет как медовый месяц, или что?
— Пока не знаю. — Мужчина прищурился, затем смущенно опустил взгляд. — Она мне ничего не ответила, сказала, подумает.
— Ну ладно. Море на такие решения благотворно влияет. — Девушка потянулась и откинулась на небольшом стуле. — А деток не думаешь планировать? Созрел?
— Ну. — Нейт замялся. — На самом деле я совсем не против, мне бы хотелось. Но как сделать так, чтобы не повредить здоровью Эммы… я не знаю. Может, через годик или полтора, когда она полностью восстановиться. Беременная женщина должна мочь себя поднять. Я могу её носить, конечно, но мало ли. Встанет, и подкосятся, вдруг, колени. — Он задумался. — Я беспокоюсь, в общем.
— Может, ты этого ребенка сам выносишь и родишь? Чтобы не бить по здоровью Эммы. — Элис иронично прищурилась.
— И как это я сам не догадался? — Мужчина раздраженно оскалился. — Хороший совет, наверно так и сделаю.
В кабинете раздался приглушенный, тихий, добрый смех.
Штайнер вновь поднял глаза к небу. Даже если не сейчас, но, может, однажды ему скажут «да» на кольцо, на предложение о браке. Однажды она снова полностью ему доверится, даже если на это уйдет время. Сколько бы не потребовалось, он готов был ждать. Сколько угодно.
На пепелище медленно прорастали первые цветы. Мягкие, красивые и самые искренние. Самые настоящие. Однажды у нее в душе снова будет сад, должно только пройти время. Он точно это знал.
Конец