Твое имя (СИ)

Тяжело дыша, я остановился у своей двери, переводя дыхание. И тут услышал…
— Вы доставляет слишком много хлопот, профессор… Круцио!
Послышались тихие стоны и хрипы.
— Гойл, профессор нам нужен живым, — сказал второй голос, и раздался какой-то хруст. — Но не обязательно невредимым…
Я медленно открыл дверь и, мягко ступая по полу, прошел через прихожую. Двое Пожирателей стояли ко мне спиной, а вот Снейп лежал на полу возле окна. Из разбитого носа капала кровь на руки и пол, волосы липли к покрытой потом коже. Он был совершенно голый. Похоже, они выдернули его из кровати и решили немного поглумиться.
— Хм-хм, — вежливо покашлял я.
Пожиратели резко и синхронно обернулись, запуская в меня красные вспышки заклинаний. Но я увернулся, вытаскивая из кобуры за спиной табельное оружие, холодный металл привычно лег в руку. Вот почему маги стараются держаться подальше от маглов — оружие маглов способно пробить Протего, способно обогнать Аваду, способно также причинять боль как Круциатус. В маленьком, тускло подсвеченном уличным фонарем зале оглушительно раздались четыре выстрела. Два мага упали на протертый временем ковер, красная кровь глянцем потекла из ран. Я поднялся и подошел к ним, держа оружие наготове, хотя и знал, что они мертвы. Как лучший выпускник академии я стрелял точно в цель, а попасть с пяти шагов в голову или сердце для меня совсем не проблема.
Снейп смотрел на меня широко распахнутыми глазами. В другое время я обязательно бы восхитился таким выражением лица, но прямо сейчас мне очень хотелось выпустить всю обойму в этих тварей. Я спрятал оружие и наклонился к профессору, осторожно поддержав за плечи, помог ему подняться и сесть на кровать. Переступив через тела, я подошел к шкафу.
— Одевайтесь, мы уходим, — сказал я, бросая зельевару брюки и теплый свитер. — Я сейчас.
И, взяв Пожирателей за мантии, я аппарировал вместе с ними. Булькнула вода, и ноги тут же промокли. Противный, густой запах тины и торфа резанул нос. Шотландские болота — любимое кладбище всех, кто не угодил тем или иным мира сего. Теперь они похоронят в своих водах и тех, кто не угодил мне. Вязкая жижа с аппетитом поглощала мертвых магов. Никто никогда их здесь не найдет.
Я аппарировал обратно в квартиру, профессор с трудом уже натягивал на себя свитер. Я провел рукой, магией стирая следы крови на ковре и присутствие посторонних в комнате.
— Скоро сюда прибудет полиция, соседи, должно быть, слышали выстрелы, — сказал я, забирая из тайника вещи и складывая их в рюкзак. — Нам нужно уходить.
«Ты убил их…»
— Я сказал, что вас больше никто даже пальцем не тронет, — я решительно подошел к профессору. — Порошу вас, поверьте мне.
Его разбитое лицо ничего не выражало, только пульсировала маленькая венка на виске. Я осторожно коснулся липких от крови губ, потом провел пальцами по обожженной ядом шее и наконец сжал тонкие запястья. А мне так хотелось его обнять, скорее ради себя.
Потому что я впервые убил людей из огнестрельного оружия…
========== Союзник ==========
Надо отдать должное Псу, когда мы аппарировали прямо посреди его кухни, в которой он, собственно, сидел и пил чай, его рука даже не дрогнула. Только удивленно приподнялась бровь.
— Не спишь? — спросил я, осторожно помогая присесть профессору на соседний стул. — Ты еще помнишь, что мы сегодня задержали в аптеке Пристонов двух подозрительных личностей?
— Аптеке? — спросил он, отставляя подальше от себя тяжелую керамическую кружку с гельтскими символами. — Дело Пристонов было закрыто.
— Отлично, — кивнул я. Значит, Авроры уже к нему приходили и стерли воспоминания. — Все это прозвучит дико и странно, но то, что я скажу, правда…
— Это как-то связанно с тем, что ты внезапно появился на моей кухне? — перебил он, разглядывая Снейпа.
— Именно, — я подошел к нему, — позволь мне все показать тебе.
«Ты собираешься снять Обливейт?» — раздался в моей голове голос профессора.
— Да, — кивнул я.
Том подозрительно уставился на нас, даже сейчас он сохранял поразительную выдержку. Если бы у меня на кухне внезапно возникла парочка людей, я, по крайней мере, устроил бы драку, а потом стал разбираться. Но Пес был старой закалки полицейский, который в своей жизни столько ужасов видел, работая следователем по убийствам, что его флегматизм едва ли можно было чем-то пробить. Он сидел на стуле в черных брюках, в голубой рубашке с закатанными рукавами, которые открывали крепки руки со вздувшимися венами. Даже дома он выглядел элегантно и представительно, несмотря на смешные домашние тапочки с зайчиками. Я бы постеснялся своих заляпанных тиной и грязью штанов и туфель, если бы ситуация была иная.
 
— Дай мне, — прохрипел Снейп.
— Вы слабы!
«Ты можешь сжечь ему мозг…»
— Посмотрите на меня, — хрипло попросил зельевар моего напарника.
— Что будет? — спросил Том, настороженно смотря в черные глаза. Но Снейп ничего не ответил, только беззвучно шевелил губами. А я поразился тому, как они похожи. Тут дело не во внешности, они как день и ночь. А об ауре. Профессор выглядел на возраст Тома. Я прикинул в уме: Снейпу где-то сейчас около пятидесяти, но он выглядит на сорок, не больше. Псу, насколько я знал, около сорока двух. Оба поджарые, без грамма жира (хотя профессор совсем истощен, и ни о каком жире речи не может быть), но они оба были логичны и спокойны, уверены и опасны. Сильные личности.
— Твою мать, — не очень прилично выразился Пес, недовольно сводя брови на переносице. Как редко от него услышишь что-то матерное.
— Ты вспомнил? — заглянул я ему в глаза.
— Они приходили сегодня вечером, те самые, кого мы сегодня задержали. Должно быть, их отпустили… Я помню, как открыл дверь, успел увернуться от одной вспышки, а потом второй меня достал… Так, Эванс, что, мать твою, происходит?
Сбоку не очень красиво крякнул Снейп. Блин.
— Я сейчас все объясню, только через пять минут. А пока, можно у тебя положить профессора?
«Я никуда не пойду».
— Профессора? — удивился Том.
— Пожалуйста, ему нужно отдохнуть и залечить раны.
«Поттер, ты слышал меня!»
— Хорошо, но чтобы через пять минут я услышал подробный отчет, — строго сказал Пес.
— Спасибо, — с чувством сказал я и, вытащив флакончик из кармана, поставил его перед зельеваром. — А это вам, — сказал я ему.
Снейп спокойно посмотрел на серебряную жидкость, что светилась в тускло освещенной кухне лунным светом. Его лицо ничего не выражало, и я начал нервничать. Вот сейчас он пошлет меня далеко и надолго. А я ведь не хочу его принуждать…
— Это кровь единорога, — объяснил я, чувствуя себя идиотом. Он ведь прекрасно понял, что перед ним. — Я за ней бегал в магический квартал, когда они пришли… Простите, я не должен был вас оставлять. Пожалуйста, выпейте ее, она поможет излечить раны. Если вы думает о проклятье…
«Замолчи!» — громко и четко раздалось в моей голове так, что я вздрогнул.
— Вы выпьете? — тихо спросил я. Но Снейп не стал отвечать, а медленно взял баночку со стола и, вытащив пробку, почти залпом выпил половину. Я чуть не упал на пол от облегчения.
— Позвольте мне вас уложить, — я помог ему подняться и провел в уютную гостиную, к широкому мягкому дивану в цветочек. Не мог же я уложить его к Тому в постель… А этот диван мне уже был хорошо знаком, я не раз просыпался на нем после ночных дежурств, от которых единственное желание: лечь куда-нибудь и вырубиться. Удивительно, что зельевар спокойно принял от меня помощь и даже в голове не стал шипеть и посылать. Укрыв его колючим пледом, я немного постоял, смотря, как тяжелый лечебный сон забирал профессора.
В уютной кухне, с клетчатыми красно-синими обоями, на высоком холодильнике тихо работал маленький пузатый телевизор. Правда, когда я вошел, на экране пошла рябь помех. На окнах висели короткие шторы в милые красные розочки на белом фоне, на подоконнике стояли горшки с фиолетовой и белой геранью. Я поморщил нос, чувствуя резкий запах цветов. Тускло светил настенный светильник, заливая желтым стол и часть кухни, оставляя темными углы. На стенах то тут, то там висели вязаные салфетки и маленькие пасторальные картинки. Насколько я знал, интерьер подбирала покойная миссис Брайн, а Пес после ее смерти не стал ничего менять.