Твое имя (СИ)

========== Находка ==========
— Так, — по-деловому протянул Пес, а по совместительству мой напарник, старший офицер Том Брайн — типичный детектив из старых фильмов: сильный, поджаристый, как дворовый пес, с удивительно живым и добрым лицом, с сеточкой морщин вокруг глаз, которая говорила о том, что он очень много улыбается. Хотя с такой работой особо не повеселишься. — Это что-то новенькое. Эксперты закончили собирать пылинки?
— Да, — кивнул я. — Если коротко, никто ничего не слышал, но видел. Старушка в домике через дорогу видела, как выходили два человека, одетые, — я раскрыл затасканный блокнот и прочитал: — Как бенедиктинские монахи. То есть одетые в черные длинные рясы.
— Что думаешь? — спросил он меня.
— Похоже на сатанистов.
— Мда, похоже… Но здесь такие шуточки так просто не проходят.
Я оглядел некогда светлую и уютную гостиную, от которой теперь мало что осталось. На стенах кровью отпечаталось два человеческих тела, но самое странное, что внутренности их валялись на затоптанном ковре. Еще один труп — мужчина средних лет — лежал с перебитыми ногами и отрезанными руками. Тошнотворный запах крови пропитал, казалось, воздух во всем доме.
— Его словно пытали, — прокомментировал Том.
Еще одна женщина сидела в кресле без каких-либо видимых физических повреждений.
— По предварительным заключениям причиной смерти стала остановка сердца.
Я опустился на корточки перед креслом и посмотрел в открытые остекленевшие глаза, осторожно прикоснулся к запястью, перевернул: длинные пальцы покрывало множество тонких шрамов от порезов и ожогов, под короткостриженными ногтями чернела грязь. От старого платья пахло травой.
— Уже известно, кто они? — спросил я.
— Ничего особенного. Перед тобой, в кресле, Дафна Пристон — она владеет небольшой аптекой на углу. На ковре с отрубленными конечностями — ее муж Стемфорд Пристон. А вот кто такие эти два следа на стене — придется выяснить. Выглядит так, словно они съели по гранате.
Я поднялся и уже внимательнее оглядел маленькую комнату. Большой камин, в который мог спокойно поместиться один человек, притягивал взгляд. Дальше, странные часы без цифр, но с надписями: на работе, в пути, в пабе, у Била. Две стрелки застыли на слове «Дом».
— А ты что думаешь? — обратился я к Брайну.
— Могу лишь сказать, что такое уже было несколько лет назад. Такие же следы пыток, отсутствие орудия убийства, нет следов взлома.
— Дело закрыли?
Мы вышли на улицу. Было раннее утро, солнце только вставало из-за домов. На улице никого не было, только черная кошка через дорогу прыгнула с крыши на крышу. Безумно хотелось спать, я сдержался, чтобы откровенно не зевнуть. Мы стояли на крыльце типичного английского домика: аккуратный маленький садик возле белого заборчика, статуэтка садового гнома у крыльца, куст отцветавших роз под окном. Одним словом, мило.
— Закрыли за недостатком улик. Хочешь ознакомиться?
— Неплохо бы.
— Нравишься ты мне, Эванс, — подмигнул Пес. — Люблю, когда ты все схватываешь налету. Возвращаемся в офис… День будет долгим.
Северус Эванс, если полностью. Или Гарри Поттер, но это имя я больше не использовал. Я оставил магический мир, друзей, славу, площадь Гриммо. Я все оставил позади себя и просто исчез, не попрощавшись. Оглядываясь назад, я думаю, с одной стороны это было бегство, с другой — я пытался сохранить в себе хоть что-то от самого себя. Я догадывался, что меня ждало после победы: пресса, Скитер, Кингсли, Министерство, слава, бесконечный поток ненужных мне благодарностей. А потом я опять должен оправдывать чьи-то ожидания. Это было самое трудное решение в моей жизни, на смерть и то было проще идти.
Прошло всего несколько дней после победы. Мы сидели на Гриммо, выжившие, отчасти радостные, отчасти грустные из-за потери близких людей. Я побывал по ту сторону и не знал, как идти дальше. Рядом спокойно сидела Джинни, как истинная женщина, выжидая, когда наши отношения вновь наладятся. А я думал про себя — никогда. Я устал от людей. Я устал терять. Но самая страшная правда была заключена в том, что я не думал, что смогу что-то дать ей. Как я мог наладить отношения, когда мне просто хотелось забиться в угол и выть. Мне было противно, что я оказался таким глупцом, который должен был умереть. Вся моя жизнь была ложью… Я посмотрел на миссис Молли и мистера Артура, на прижимающихся друг к другу Рона и Гермиону, на убитого горем Джорджа и понимал, что я лишний. Я не хотел, чтобы меня опять волокли за собой, принимали за сына. Нет. Я хочу все сделать сам. Я хочу выбрать свою жизнь. Хочу прожить, полагаясь только на себя. Когда праздничный ужин закончился и все улеглись, я собрал вещи, какие у меня были. А оказалось, что у меня ничего не было. Дары Смерти (я все же потратил день, но нашел этот чертов камень в листве Запретного леса), старые кроссовки Дадли, маленький мешочек — подарок Хагрида — в котором лежали моя палочка, нож, осколок волшебного зеркала и снитч — вот и все.
 
Я постоял несколько минут в коридоре, слушая дыхание дома.Часы в гостиной пробили два раза.
— Я могу. Смогу, — шептали мои губы. Они ведь справятся без меня? Конечно справятся. Вот только будут искать, Гермиона так точно не успокоится. Поэтому мне нужно быть острожным и изменить свое имя. В Лондоне оставаться нельзя — высока вероятность на кого-нибудь наткнуться. Мне нужно уйти подальше, туда, где они вряд ли будут меня искать.
Напоследок я провел рукой по старым обоям и вышел из дома, осторожно прикрыв за собой дверь. Теплый май обнимал весной, обещая жаркое лето. Я долго ходил по пустым предрассветным улицам, никем неузнанный и незамеченный. Ярко горели звезды и шумела свежая, молодая листва, пахло сырой землей. Дойдя до Кингс-Кросс, я остановился. Куда идти? Тысячи дорог открылись передо мной, но вот какую выбрать? Я зашел в круглосуточное кафе на станции, заказал картошку и колу. Когда я все съем, решу, куда мне идти. Решение было банальным и глупым, но невероятно логичным для меня. Мой военный опыт — эта не та вещь, от которой можно отказаться. Да, я видел достаточно, но зная себя, я ведь не усижу на одном месте долго. Поэтому, посмотрев на конный патруль, я подумал: пусть не Аврор, тогда полицейский. Эта мысль немного придала мне смелости, появилась цель, за которую можно было зацепиться. Дальше было проще. Когда ко мне подошел официант, патлатый курносый парень, я спросил, откуда он.
— Эээ, — сонно моргая глазами, парень ответил: — Шотландия. Глазго.
— Круто, — улыбнулся я.
Вот куда я поеду. Это был случай, который трудно отследить. И я об этом не пожалел.
Глазго оказался одним из прекраснейших городов, которые я видел. Хм, ну ладно, я ничего не видел, но город меня все равно потряс — старые каменные улочки, высокие соборы, мощные замки и шикарные парки. Оказывается, Глазго — город Святого Мунго, в честь которого названа больница для волшебников. Думаю, если бы я не спал на Истории магии, знал бы это… Город был огромен, стар и безумен. Здесь тоже был свой магический квартал, и я постарался держаться от него подальше, не соваться туда без нужды. Достав новые документы не совсем легально, я поступил в Полицейскую академию.
И моя новая жизнь началась.
***
— Сев! Сюда! — кричал, размахивая руками, Уилл.
Я улыбнулся ему и протиснулся через веселую толпу людей. В шумном пабе было не протолкнуться, сигаретный дым стоял такой, что можно подвесить седло. Сегодня показывали матч Ирландия-Шотландия, и поэтому ажиотаж кипел бешеный. Болельщики, не стесняясь в выражениях, говорили, что бы они хотели сделать с ирландцами и как. Я порадовался, что не ирландец… За годы, проведенные в Шотландии, я так и не привык к вечно шумным, веселым и диким людям, открытым, как дети, и беспардонным, как варвары.
— Я заказал тебе пива, — сказал Уилл и потянулся ко мне за поцелуем. Я наклонился и легко коснулся его губ так, чтобы это не вышло за рамки приличия.
— Жмот, мог бы и подольше, — улыбаясь, ответил он.