Янтарный дым (ЛП)

— Слишком много всего? Мы обе знаем, что если попросишь парня поторопиться, всё закончится за пару минут. Иногда и просить не нужно — он закончит, пока ты и понять не успеешь, — хихикнула она. — И ты ведь горячая штучка. Так что неважно, есть ли между вами «что-то», он вполне может устроить тебе это «что-то» за рекордное время.
— Иногда я удивляюсь, как мы стали подругами.
  
— Если бы не моя мудрость, ты до сих пор оставалась бы невинной, — ухмыльнулась Бриджит. — Я тебе очень нужна. А ещё мне нужно, чтобы ты сказала, если я начну терять связь с реальностью.
— Ну, тогда ты её потеряла, — с усмешкой ответила Ева.
— Ты не находишь его потрясающим? У тебя разве не появлялось желание сорвать с него рубашку и провести рукой по его прессу?
— Почему он должен быть потным?
— Не знаю. От страсти, наверное. Ты полностью упускаешь суть. Эта мысль тебе вообще ни разу не приходила в голову?
Ева выдавила сыр на крекер и пожала плечами.
— Так я и думала, — пропела Бриджит.
— Ладно. Он великолепен, очень милый, у него потрясающее тело и этот… я-защищу-тебя настрой. Не знаю. — Ева вздохнула.
— Если бы кто-то настолько сексуальный подошёл ко мне и сказал, что его миссия — охранять меня, я бы быстро скинула штаны. Парень или девушка, неважно. Я бы не упустила такой шанс. Так что просто подумай об этом в следующий раз, когда вы останетесь наедине. Он слишком сосредоточен на твоей защите, чтобы не испытывать к тебе чувств, — подначила Бриджит.
— Между нами ничего нет. Я — оракул, он — воин, и вокруг творится какая-то серьёзная, возможно, смертельная жуть.
— Поняла. Всё стало серьёзно. Но позволь предложить кое-что: тебе нужно проветриться.
— Ты же видела вчерашние новости. Я не могу никуда выходить. Кто-нибудь меня узнает, и я проведу остаток жизни в тюрьме.
— Я также знаю, что новости быстро переключаются на другие темы, и ты не знаменитость. В этом далёком захолустье никто тебя не узнает.
— Бриджит, технически мы всё ещё в Талсе.
— Да, но в её дикой глубинке. Кто тут вообще смотрит новости? — сказала Бриджит.
— Я не могу. Алек велел оставаться здесь, пока он не вернётся. И потом, я же ем, — сказала Ева, пытаясь открыть банку с оливками.
— Два вопроса. Во-первых, с каких это пор ты позволяешь мужчине указывать тебе, что делать? И, во-вторых, с каких это пор ты позволяешь мужчине указывать тебе, что делать?
— Я не позволю ему указывать мне, что делать. Просто… он хочет быть уверен, что я в безопасности.
— Я верну тебя раньше, чем он узнает, что ты ушла. Обещаю! Это будет моё угощение. Ну пожа-а-алуйста?
— Ладно, я пойду. Но мы просто забежим, быстро перекусим и сразу обратно. Договорились?
— Принято! Я буду через пару минут. Я тут, рядом.
— Как это рядом? Чтобы сюда добраться, нужно гораздо больше времени.
— Я знала, что ты не устоишь, — улыбнулась Бриджит. — А если бы отказалась, я бы ходила за тобой весь день, пока ты не почувствовала бы себя виноватой и не согласилась.
— Ты отвратительна.
— Знаю. Придётся терпеть. Я могу быть ещё той стервой.
Ева покачала головой.
— Я буду снаружи. Увидимся через минуту.
Она положила трубку и смахнула крошки со стойки. Натянув на ноги кроссовки Бриджит и перекинув толстовку через руку, Ева вышла через чёрный ход. Первые признаки осени освежили её прохладным ветерком, заставив поёжиться. Она сунула руки в карманы своей мешковатой толстовки, защищаясь от холода.
— Поехали! Сейчас как раз время счастливого часа! — Бриджит высунулась из окна машины и закричала, пока её арендованный внедорожник скрипел по гравийной дорожке.
— Иду, иду! — Ева подбежала к пассажирской двери и вскочила в машину.
— Выбор ресторанов в этом районе оставляет желать лучшего. У нас всего два варианта: пицца или мексиканская кухня, — сказала Бриджит.
— Я всегда за картошку фри и соус.
— Тогда в El Toreador! — воскликнула Бриджит, сдавая назад по длинной подъездной дорожке и выезжая на дорогу.
Ева пристегнула ремень безопасности и закатала рукава своей просторной толстовки.
— Не могу поверить, что похолодало так быстро.
— Я не представляю, как ты со всем этим справляешься. На твоём месте я бы заперлась в комнате и свернулась калачиком.
— Такая мысль приходила мне в голову, — ответила Ева, массируя виски.
— Всё ещё болит голова?
— Как только поем, мне станет легче, — пробормотала Ева.
— Не можешь использовать свою странную магическую силу исцеления?
— Не знаю. Я не понимаю, как она работает, — простонала Ева.
— Значит, ты будешь жить вечно? Или, по крайней мере, пока кто-то не отрубит тебе голову или не проткнёт сердце колом?
— Я не зомби и не вампир, Бриджит. Я всё ещё остаюсь собой.
— Знаю, просто рассматриваю способы убить неубиваемых. — Бриджит въехала на парковку ресторана и заглушила двигатель, порывшись в сумочке. — Блеск? — она протянула Еве тюбик.
Ева вышла из машины и захлопнула тяжёлую дверь.
— Ладно, веди себя естественно. Никто тебя не узнает. — Она заправила длинные волосы под капюшон и натянула его на голову. Два шнурка висели у неё на груди, и она потянула их, затянув капюшон вокруг лица. Её желудок заурчал от запахов, доносящихся из ресторана. — Ты просто обычная девушка, обедающая с подругой. Абсолютно нормальная.
Внезапно рядом с ней с визгом остановилась машина.
Ева ощутила дрожь в руках и медленно повернулась к машине лицом.
Дверь машины открылась, и оттуда вышел офицер.
— Ева Костас? — громко позвал он.
Тёмно-синий «чарджер» ритмично мигал скрытыми синими и красными огнями, а офицер стоял за дверью, держа руку на пистолете.
— Поднимите руки над головой, повернитесь и медленно отойдите назад, — приказал он.
Мысль о побеге мелькнула у неё в голове, но ноги словно приросли к тротуару.
— Ч… что происходит?
— Ева Костас, повернитесь и поднимите руки вверх, — повторил офицер.
Ева медленно развернулась и подняла дрожащие руки.
— Я ничего не сделала, — сказала она, потрясённая вспышкой гнева, зазвучавшего в её голосе.
— Идите назад, к моей машине, — скомандовал он.
— Всё, что вам говорили обо мне, — неправда, — сказала она, заставляя себя пятиться назад.
— Продолжайте двигаться. — Офицер приблизился, его голос становился всё более властным. — Ева Костас, вы арестованы за убийство Мэдлин Бейли. Вам лучше сказать, где я могу найти вашего сообщника Алека. — Он схватил её за запястье и грубо дернул руку вниз.
— Сообщник? Он не мой сообщник. О чём вы говорите? Я никого не убивала, и он тоже.
Наручники звякнули, когда офицер снял их с пояса.
— Уверены, что хотите его защищать? Возьмёте всё на себя?
В этот момент шины с визгом заскользили по асфальту, и позади них послышался звонкий удар металла. А затем раздался знакомый голос:
— Беги, Ева!
Глава 30
— Беги! — Крик Бриджит прорвался сквозь звуки ломающегося пластика, подпрыгивающего у ног Евы.
Ева не колебалась ни секунды. Адреналин заполнил ее тело, и она, чувствуя прилив сил, вырвалась из хватки полицейского. Она бросилась по улице, свернув на первый же поворот. Легкие горели, пока она мчалась мимо полуразрушенных зданий. Обветренный сайдинг свисал с домов, а бледный бетон тротуара был испещрен трещинами.
Где-то вдали завыли сирены, и Ева, не обращая внимания на боль в ногах, побежала еще быстрее. Она рванула через незакрытые дворы, вбежав в густой лес. Тонкие ветви хлестали по лицу, цеплялись за толстовку. Сухие ветки хрустели под ее ногами на неровной земле. Она, взмахивая руками, мчалась к солнечному пятну впереди. В конце концов, когда ее силы начали иссякать, она замедлила шаг, стараясь не споткнуться о корявые корни, и добралась до небольшой поляны, где, наконец, упала на колени, обессиленно подставив лицо теплому солнечному свету.
  
— Я не могу больше бежать, — выдохнула она, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.