Моя мелкая зараза (СИ)

— Для меня важно, — говорит он, делая шаг ко мне, но останавливается, заметив, как я отступаю назад.
Как же мне не хочется возвращаться в тот день, снова испытать эти чувства. Мне и так сложно находиться рядом с ним. Но прекрасно понимаю, если мы не поставим жирную точку в этом, я не смогу двигаться дальше. Набираюсь храбрости и, глядя ему прямо в глаза, соглашаюсь.
Эрик начинает свой рассказ с того момента, как приехал в клуб. Я, облокотившись бёдрами о подоконник, внимательно его слушаю:
— Мы пытались что-то найти на камерах, но ничего, — разводит он руками, — и её найти не смогли. Андрюха сказал, что она вернулась в Америку из-за судебных разбирательств.
Я больше не мог откладывать наш разговор и решил рассказать тебе всё сейчас. Он подходит ко мне вплотную, его руки бережно берут моё лицо, приподнимая его, и большими пальцами стирает слёзы.
Как сложно поверить во всё это. Как хрупкая девушка могла провернуть такое — дотащить до кровати здорового мужика и ещё раздеть его. Бред. Хватаюсь двумя руками за его запястья и спрашиваю:
— А как же фотографии, открытки и медальон, которые ты до сих пор хранишь? — спрашиваю, избегая встречаться с его глазами.
Замечаю, как его взгляд начинает метаться по моему лицу, лоб хмурится, и он спрашивает:
— Где ты их нашла?
— Я даже не искала, — усмехаюсь, — они сами свалились на меня, когда я потянулась за полотенцем на верхней полке шкафа.
— Когда я переезжал в эту квартиру, сбором и разбором коробок занималась специальная служба и мама. Я просил сложить в гардеробной всё ненужное, чтобы потом разобрать и выкинуть, но так и не дошли руки до этого.
— А на форуме? Ты так остро отреагировал на их развод.
— В тот день я понял, что больше всего задело меня предательство друга, а не измена девушки, — говорит он, поглаживая моё лицо большими пальцами.
Я поднимаю взгляд и сталкиваюсь с его чарующими синими глазами, которые гипнотизируют и увлекают меня в свою глубину, в которой хочется утонуть и заставляют обо всём забыть.
Эрик наклоняется и касается моих губ едва ощутимо, затем более настойчиво, при этом заглядывая в мои глаза, будто боится, что оттолкну.
Его язык скользит по моей нижней губе, требуя его впустить внутрь. От этой ласки кровь закипает, сердце бьётся в бешеном ритме, пульс зашкаливает, а дыхание сбивается. Внизу живота собирается узел оголённых нервов, от чего я пытаюсь сдвинуть ноги вместе. Эрик не даёт мне отстраниться, протискивая своё колено между моих ног.
Подхватывает меня под ягодицы и усаживает на подоконник. Он раздвигает мои ноги руками, вклинивается между ними и продвигает меня ближе к своему каменному паху. Прижавшись ко мне сильнее, он делает толчок, от чего по моему телу проносится первая волна возбуждения, и я закрываю глаза от удовольствия. Но в памяти начинают всплывать картинки, которые я не хотела бы видеть никогда.
— Подожди, — говорю, упираясь руками в его плечи.
Эрик отстраняется и смотрит на меня затуманенным взглядом, тяжело дышит. Видно, как трудно ему было остановиться.
— Вы переспали? — задаю вопрос, который мучил меня с самого начала его рассказа.
Эрик прикрывает глаза, опускает голову и, крутя ею, говорит:
— Я не знаю.
— Уходи.
От моих слов Эрик сильно зажмуривается, будто ему больно.
— Лина…
— Уходи, — повторяю надрывным голосом.
Он разворачивается и уходит, закрыв за собой дверь.
  
Глава 32. Ангелина
 
Бегая по квартире, пытаюсь найти свои украшения в многочисленных коробках, беспорядочно разбросанных повсюду. После переезда разобрала лишь часть вещей, а после ухода Эрика я опять потеряла себя на два дня в слезах и жгучей боли. В обед Артём, словно предчувствуя, что я могла забыть о благотворительном вечере, позвонил и напомнил, что к шести часам я должна быть готова.
— Вот где они, — извлекаю из коробки свой чемоданчик с украшениями. Выбираю серьги в виде изящного цветка и тонкую цепочку с таким же белым цветком из золота. Этот комплект Ян подарил мне на восемнадцатилетие. Он прекрасно подойдёт к моему черному шёлковому платью на тонких лямках, которое свободно струится по телу, не прилегая, но подчёркивает фигуру. Волосы выпрямляю утюжком, делая их идеально гладкими, прямыми, и собираю в высокий тугой хвост.
  
За пять минут до назначенного времени надеваю чёрные босоножки на высоком каблуке и спускаюсь вниз. Артём, в чёрном костюме и белой рубашке, выходит из машины и открывает для меня дверь.
— Ты забыла, — не спрашивает, а утверждает он, когда я подхожу к машине.
— Прости, — складываю ладони в умоляющем жесте, — но я успела, — тут же озаряю лицо улыбкой. Он только качает головой и улыбается в ответ.
— Отлично выглядишь, — говорит он, протягивая руку, чтобы помочь мне сесть на переднее сиденье.
— Спасибо. Ты тоже отлично выглядишь, костюм тебе к лицу, — отвечаю ему, перед тем как он закрывает дверь машины. Обойдя её, садится за руль, плавно трогается с места и предлагает:
— Давай ещё раз повторим, — бросает взгляд на меня.
— Артём, — возмущаюсь, — твой отец не станет устраивать мне допрос о том, где мы познакомились или куда ты меня водил на свидания, — стараюсь его успокоить. — А если спросит, буду говорить правду, просто опущу тот факт, что на самом деле толком и не начинали встречаться.
— Хорошо, я просто немного переживаю.
— Если будешь так нервничать, сразу выдашь нас.
— Если они узнают правду, они отправят Киру за границу, — не сдержавшись, рычит он.
— Ну и отлично, поедешь за ней и будете жить там.
— Я невыездной, — признается он тихо.
— Почему? — хмурюсь.
— Я не всегда был примерным мальчиком, — бросает на меня быстрый взгляд. А у меня челюсть отвисает.
— А…
— Не расскажу, — говорит, понимая моё желание узнать больше.
— Ну я же могу тебя заставить, — вкрадчиво намекаю, подмигивая, что он мне кое-что должен, и пристально смотрю на него.
Он усмехается, от чего ещё больше разжигает моё любопытство.
— Я участвовал в незаконных уличных гонках, и они не всегда заканчивались хорошо, — бросает взгляд в мою сторону. — Больше ничего не расскажу.
— Вредина, — говорю с усмешкой, откидываясь на спинку сиденья и переводя взгляд в окно.
Спустя сорок минут подъезжаем к высокому забору, где у ворот стоит охрана человек десять.
— Куда ты меня привёз? На встречу с президентом? — спрашиваю, слегка растерявшись.
— Спокойно, — успокаивает Артём, заметив мою реакцию.
— Зачем столько охраны? — удивляюсь.
— На этом вечере соберётся много важных шишек, не только бизнесмены, но и политики. На таких вечерах занимаются не только благотворительностью, но и решают деловые вопросы.
— Понятно, — отвечаю, когда заезжаем внутрь и осматриваюсь. Огромная территория с ровным ухоженным газоном, все дорожки уложены плиткой, вдоль бордюров растут туи и цветы. Дом в классическом стиле: высокие колонны, широкие окна и просторные балконы. Его белоснежные стены гармонично контрастируют с зеленью окружающих деревьев. Кажется, что здесь каждая деталь продумана до мелочей: от изысканных резных оград до маленьких фонариков, которые, наверняка, вечером освещают дорожки светом.
— Кто твой отец? — спрашиваю с искренним любопытством.
— Политик.
— И ты невыездной? — удивляюсь шутливо.
— Это его наказание.
Тут же в голове возникает ещё один вопрос:
— Тебе не кажется странным, что он одобрил мою кандидатуру?
— Я не стал этой странности придавать значения, — хмурится, — знаю только одно, он хорошо знаком с твоим братом.
На что же я согласилась? Сама уже начинаю нервничать.
Остановившись у входа в дом, Артём выходит из машины и, обойдя её, открывает мне дверь, помогая выйти из неё. Он передаёт ключи подошедшему молодому человеку и, взяв меня за руку, ведёт внутрь. У входа нас встречает высокий, светловолосый мужчина в отличной форме. Рядом с ним стоит красивая брюнетка и девушка, в которой я узнаю Киру.