Моя мелкая зараза (СИ)

— Здравствуй, — отвечает она и переводит взгляд на Эрика.
— Лина, познакомься: это моя мама Мария Александровна, — Эрик растягивается в улыбке, представляя нас.
Мои щёки пылают, то ли от смущения, то ли от стыда, но я изо всех сил стараюсь улыбнуться искренне.
Это так неожиданно, наверняка не только для меня.
— Мама, — Эрик подходит ко мне сзади и обнимает за плечи, — это моя Лина, — притягивает меня к себе ближе.
«Моя Лина». Эти слова звучат в моей голове как признание в любви.
Наивно? Возможно.
Но все мои сомнения мгновенно испаряются, и сердце взлетает высоко в небо.
— Мне очень приятно, — говорит она и протягивает мне руку.
— И мне тоже, — отвечаю, пожимая её руку.
— Ты очень красивая, — добавляет она, переводя взгляд на Эрика, который так и стоит за моей спиной.
— Спасибо, — смущённо бормочу я.
— Ну что ж, давайте ужинать. Я только что с самолёта и очень голодна, — говорит она, обходя нас, и направляется к столу.
— Ты мог предупредить, — шепчу Эрику, оборачиваясь к нему.
— А ты бы пришла? — спрашивает он и прищурив глаза изучает меня. Я поджимаю губы, осознавая, что я бы струсила. — Вот я так и думал, — прижимает он меня к себе и быстро целует в губы.
За ужином Мария Александровна рассказывает о своих делах в Италии. Несмотря на то, что Эрик полностью её поддерживает, она открыла небольшой ресторанчик, и он приносит ей хорошую прибыль.
— Вот у кого Эрик научился готовить, — замечаю я.
— Нет, — смеётся она, — научился он сам. Мне некогда было его учить.
— Это явно было заложено у него в генах, — подаюсь немного вперёд.
— Эй, — тычет меня Эрик в бок, — ты что, сомневаешься в моих талантах и списываешь всё на гены? — возмущается он.
— Не знаю, — пожимаю плечами. — Пока я попробовала только яичницу, омлет и… вафли в твоём исполнении, — поворачиваюсь к нему, приподнимая вилку вверх, — а у Марии Александровны уже целый ресторан.
— Ну что ж, придётся тебя закормить, — с притворным вздохом отвечает Эрик.
— Я совсем не против, — накалываю кусочек стейка, подношу ко рту. — Очень вкусно, — говорю Эрику с улыбкой после того, как прожёвываю.
— Давно не встречала девушку, которая бы с таким аппетитом наслаждалась мясом, — улыбается Мария Александровна. — Сейчас многие склоняются к вегетарианству.
— Это точно не про меня, — смеясь, отвечаю. — Я с аппетитом ем не только мясо.
— И давно у тебя такой аппетит? — спрашивает она, недонеся вилки до рта.
— С самого рождения, — поднимаю голову, встречая любопытный взгляд Марии Александровны. Поворачиваю голову к Эрику, он, спрятав улыбку за бокал вина, интересуется:
— Ты на долго в Россию? — обращается он к маме, сменяя тему.
— Нет. На неделю, не больше. Хочу уговорить Наташу перебраться ко мне в Италию. Здесь её уже особо ничего не держит. Сын взрослый. Муженёк предатель со своей любовницей…
— Мам, — перебивает её Эрик. Она поднимает взгляд на него.
А я чувствую, как по мне пробегает волна понимания и стыда; готова провалиться сначала под стол, а потом и сквозь землю. Хотя нет, сразу сквозь землю.
— Что? — недоумевает она, глядя на сына.
— Давай не будем мусолить чужую жизнь.
— Я и не собиралась. Лишь констатировала факт. Не понимаю, почему такая реакция, Эрик?
— Дело в том, — встреваю в их разговор, — что я Лина Янковская, дочь той самой любовницы.
— О, — произносит Мария Александровна в явном удивлении.
— Я понимаю чувства Натальи Сергеевны и ваши. Я бы тоже никогда не смогла простить измену. И то, что Наталья Сергеевна смогла ко мне относиться хорошо и помочь освоиться, я очень ей за это благодарна, — поднимаю на неё взгляд.
— Лина, ты не обязана оправдываться за поступки своих родителей, — говорит Эрик, сжимает мою руку.
Оставшееся время за ужином Мария Александровна интересуется, на кого я учусь и какие у меня планы после учёбы. Несмотря на то, что предыдущий наш разговор был не очень удачным, она проявляет интерес к моим планам на будущее. Внимательно слушает, иногда задаёт вопросы, касающиеся моды. Её интересует, как я представляю себе свои первые шаги после окончания вуза: есть ли у меня конкретные планы или мечты.
  
— Не думаешь о переезде в Италию после окончания университета? — спрашивает она.
— Я об этом думала, — отвечаю с улыбкой. — Это могла бы быть возможность открыть новые горизонты и позволить приблизиться к осуществлению моих амбиций в мире моды. Италия всегда манила меня своими живописными пейзажами, богатой историей и, конечно, уникальной культурой, в которой мода занимает особое место.
— Полностью поддерживаю тебя, — мягко говорит она. — Важно следовать своему сердцу, а в Италии ты действительно найдёшь много возможностей для самовыражения.
Звук скрежета стула о плитку проходит по моим ушам как наждак. Поворачиваюсь к Эрику, который встаёт из-за стола и уносит свою пустую тарелку к раковине.
— Мне пора, — сообщает Мария Александровна, вставая из-за стола, — завтра заеду к тебе в офис, пообедаем вместе, — она подходит к сыну и целует его в щёку.
— Лина, было приятно познакомиться, — говорит она, обернувшись ко мне.
— Взаимно, — отвечаю ей с улыбкой.
Эрик обнимает её за плечи и провожает к лифту.
Я быстро убираю со стола посуду, загружаю её в посудомоечную машину, а оставшуюся еду укладываю в контейнеры и убираю в холодильник.
Эрик возвращается в своих мыслях. Наши взгляды пересекаются, и он улыбается, подойдя к шкафу. Он достает два бокала, наполняет их вином и один из них протягивает мне. Взяв бокал, он берёт меня за руку, ведёт к панорамному окну, по пути выключая свет. С дивана сбрасывает подушки за спинку и устраивается на них, свободно раскинув ноги, подкладывая ещё одну подушку.
— Иди сюда, — похлопывает по ней, — скоро будет потрясающий закат.
Я устраиваюсь рядом, и он обнимает меня за талию, притягивая ближе. Ощущаю его тепло спиной, кладу голову ему на плечо. Он касается губами моего виска, а я делаю медленный глоток вина.
Его дыхание теплое и спокойное, чувствую, как его грудь поднимается и опускается в размеренном ритме. Мы сидим молча, наслаждаясь моментом, когда слова становятся излишними. В объятиях Эрика мне тепло и уютно. Его пальцы слегка поглаживают мой живот, и от этого жеста по телу пробегает лёгкая дрожь.
Осматривая багровую полосу заката, которая медленно растворяется в горизонте, я решаюсь заговорить.
— Ты хотел поговорить, — напоминаю ему.
— Хотел, — отвечает он, делает глубокий вдох, целует меня в шею, отставляет наши бокалы в сторону и разворачивает меня к себе, — но сначала ответь на мой один вопрос.
— Хорошо, — соглашаюсь, скользя взглядом по его лицу.
— Ты действительно рассматриваешь вариант переехать в Италию?
Кружу глазами по его лицу, и на миг наши взгляды встречаются, замечаю в его глазах недовольство. Он щурится, изучая моё лицо, как будто хочет увидеть там ответ. Отвожу свой взгляд в сторону.
Я действительно рассматривала такой вариант, особенно после того, как Ян сказал, что поможет открыть свою фирму. Но сейчас, я даже не знаю, готова ли отказаться от своей мечты ради него?
Эрик касается рукой моей щеки, нежно проводя по ней большим пальцем, поворачивает моё лицо к себе.
— Лина? — всматривается в мои глаза и ждёт ответа.
— Я действительно рассматривала вариант переехать в Италию, — произношу, облизывая свои губы. — Тогда меня здесь особо ничего не держало.
— А сейчас? — интересуется он, а в глазах неуверенность.
Боится услышать не тот ответ, что ждёт?
— А сейчас… — нервно почёсываю затылок, — я даже не знаю.
Эрик, улыбнувшись, притягивает меня ближе и произносит:
— Будем взращивать твою уверенность, — с этими словами он укладывает меня на спину и припадает к моим губам в страстном поцелуе.
  
Глава 26. Ангелина
 
Наслаждаюсь нежными, едва ощутимыми прикосновениями, что мягко переходят от уха вниз по шее, нежно касаясь щеки и уголка губ.