Кусучий случай, или няня для обреченного
Меня остановили, перегородив дорогу.
– Ему нужна помощь! Рана серьезная! Но он слишком упрям. И никого к себе не подпускает! – заявил бородач. – И мы тут подумали….
Вокруг меня собиралась целая толпа. Я чувствовала, как мне кто-то сунул в руку моток бинтов.
– Что раз он вас два раза не тронул, то у вас получится?
Мне уже засовывали в руку склянку.
– У меня нет медицинского образования, – заметила я, глядя в темную щель, к которой вела кровавая дорожка. – Я далека от этого! Я даже не ветеринар, если речь идет… Тоже мне, нашли Айболита!
– Я всему научу! – скрипучим голосом произнес старый лекарь. – Вот зелье для промывания раны, вот зелье для заживления, вот компресс из заживляющей настойки…
Мне пытались сгрузить подписанные флаконы. А я упорно не хотела их принимать. Только вот разбить их тоже как-то не сильно хотелось. Мало ли, лекарства нынче дорогие!
Только сейчас я заметила, что толпа медленно, но верно теснит меня в сторону страшной двери.
– Да, но я… – застыла я перед самой дверью, за которой сидел разъяренный тигр упорно не желающий лечиться.
– Рррраааааа! – донеслось до меня из черной щели, заставляя оцепенеть от ужаса. Нет, я туда не пойду! Я жить хочу!
Глава седьмая. Доктор Айболит лечит только тех, кто не кусается!
– Нет! – ужаснулась я, слыша притаившуюся жуткую тишину в темной комнате. – Нет-нет-нет!
Искать раненого тигра в темной комнате я не хотела. К тому же он меня найдет быстрее.
А я, между прочим, уже видела, что тигры делают с дрессировщиками!
– Он никого к себе не подпускает! – убеждали меня, осторожно тесня к двери. – Но вас он не тронул целых два раза! Мало кто может этим похвастаться! Так что у вас есть шанс!
Хнык-хнык, я не хочу туда! Там затаилось раненое и разъяренное чудовище. А я не получала диплом по лечению раненых и разъяренных чудовищ!
– Он потом отойдет, и будет вам очень благодарен! – убеждали меня, пытаясь всеми силами не оставить мне выбора.
– А меня кто потом по кускам собирать будет? – взмолилась я, прижимая к груди бинты и флаконы.
Трень! Трень! Послышалось неподалеку.
– И смелая дева к зверю вошла… – пропел кто-то густым голосом. И тут же прокашлялся. – Не в той тональности!
– Я еще слишком молода, чтобы стать героем! – ныла я, упираясь из последних сил. – Давайте он там сам как-нибудь себя полижет! И рана заживет!
– И дверь закрылась за ней… – в другой тональности, уже намного выше, прозвучал голос. – Так, теперь мне не нравятся слова!
– Может, мы все дружно войдем, набросимся на него, запеленаем и осмотрим? А? – предложила я отличную идею. – Лапу только вытащим! И в рот что-нибудь дадим, чтобы не кусался… Нет, а что? Мы так кота купали с подругой! Поверьте, там еще страшнее было! А вообще, знаете, как котикам лекарства дают? В валенок его и пасть разжимают! У вас есть большой- большой валенок, чтобы туда поместилось все его величество? А если мерять температуру, то мордой вниз! В попу термометр… А потом нужно кинуть валенок в другой конец комнаты и… бежать… Да….
Я поняла. Озвучивать гениальные идеи дрожащим голосом ни в коем случае нельзя!
Меня провожали взглядом: «Иди, иди!». И желающих ловить его величество в огромный валенок не было. Мне кажется, даже рев в комнате притих. Слушает, видимо… На ус мотает…
– Ладно, я просто посмотрю! Все ли с ним в порядке! – выдохнула я, закрывая глаза и хныча. Мне пришлось выдохнуть, чтобы собраться с духом. – Но если что, я сразу выбегу! Договорились? И пусть этот… лекарь будет готов! Надеюсь, вы меня отобьете…
– Отобьем! – закивали мне. – Только иди!
– Ой, а у него, случайно не ужин по расписанию? А то просто у меня есть такое предчувствие… Нехорошее! – упиралась я.
– Иди!!! – хором провожали меня.
Я осторожно приоткрыла дверь, ступая в темноту. В комнате было темно до такой степени, что у меня прогнулись колени. Он может быть где угодно! Главное, чтобы не бросился….
Маленькими шажочками, словно японская гейша, я продвигалась в комнату.
– К-к-кис-кис-кис, – жалобно и тихо выдала я, готовясь в любой момент дать деру. – Вы г-г-где?
Внезапно меня едва не снес жуткий рык. От этого рыка чуть не вылетели стекла. Я посмотрела на кровавую дорожку, которая уже тянулась по ковру куда-то прямо и налево. Сколько же он крови потерял?!
– Так, скорую помощь вызывали? – прокашлялась я, понимая, что меня еще не съели. – На что жа-жалуетесь?
– Рррр, – слышалось затаенное рычание слева. От зашторенного окна падал тусклый свет, придавая предметам очертания.
И тут я увидела его. Возле кровати лежал огромный зверь, к которому вела кровавая дорожка. Он разлегся на роскошном окровавленном ковре, вылизывая лапу. Из лапы бурой струей текла кровь. Вся морда его была в крови. Такое чувство, что он кого-то сожрал до меня!
Ого! Да тут хуже, чем я думала! Ничего себе рана!
– Ваше величество! – позвала я, слегка осмелев. – Вы… А, вот вы где…
«Арррр!», на меня тут же оскалили окровавленные клыки, как бы намекая, что заживет, как на собаке.
Вот так всегда бывает. Живешь себе, и не знаешь, сколько у тебя скрытых талантов.
Я не знала, что умею прыгать задом на два метра. Если бы знала, то давно уже вошла бы в какую-нибудь олимпийскую сборную по прыжкам попой вперед, выиграла бы золотую медаль и гордилась до самой смерти.
Нужно было с чего-то начать диалог. С чего-то успокаивающего, нейтрального. Главное – говорить нужно уверенно и спокойно.
– Вы знаете, что такое … гангрена? – спросила я, едва не выронив флакончик с зельем.
– Аррррр…. – послышался тихий и зловещий рык.
«Не показывай свой страх!», – твердил мне внутренний голос. «Хищники его чуют и тут же нападают!», – продолжал капать мне на нервы все тот же голос.
– Рррррахххх! – дернулось вперед его величество, заставив меня замереть. «Не вздумай отступать! Не показывай страха! Я кому говорю!», – рычал внутренний голос. – «Напади на него! Он этого не ожидает!».
Ага, сейчас, завещание разглажу!
«Если вас съели, у вас есть два выхода!», – утешал меня внутренний голос. – «Представь его величество, которое мучается изжогой по твоей вине!».
– Не м-м-могу! – вздохнула я, зажмурившись.
– Арррр! – снова дернулся в мою сторону огромный зверь, намекая, что подойти к себе не даст!
Так, ладно! Сначала шокируем, а потом лечим! Все-таки он жизнь спас! «Помни, он еще и мужик!», – намекнул внутренний голос. «Интересно, кто в нем сильнее? Зверь или мужик? Как бы проверить?», – задумался внутренний голос.
– Арррр! – набросилась я на него расставив руки, понимая, что это последнее, что сделаю в жизни. В ответ мне был такой же страшный рык. У меня чуть волосы не сдуло. Стекла в окне задрожали, а в коридоре послышался перепуганный топот. Меня отмело на несколько шагов назад.
– Ладно, – вздохнула я, расстегивая куртку. Огромный зверь вылизывал свою рану, искоса глядя на меня.
– Опа! – распахнула я куртку и тут же запахнула ее обратно.
Челюсть тигра отпала. Он застыл, глядя на меня странным взглядом. У него челюсть отпала. Он, видимо, ожидал всего, но не этого.
– А теперь давайте сюда лапу, – осторожно попросила я, слегка осмелев – Мы ее посмотрим… Я ничего делать не буду… Просто посмотрю…
– Аррр, – оскалились на меня, подгребая раненую лапу под себя.
– Ой, да ладно тебе! – вздохнула я. – Ну-да, сначала «аррр», потом нагноение, потом сепсис, а потом торжественные похороны! Вы этого добиваетесь?
– Рррр! – угрожающе рычал огромный зверь. Он всем видом как бы намекал, что сожрал уже не одного доктора Айболита.
– Тихо, тихо! – успокаивала я это чудовище. – О, как тут все плохо…
Надеюсь, он не видит, как дрожат мои руки, сгружая пузырьки на окровавленный ковер.
– Аррррррр! – дернулся тигр, а я опрокинулась, готовясь отползать. Где огромный валенок? Мне срочно нужен валенок!