Отражение: другой 2007 (СИ)
Где-то впереди стоял тазик, в который капало с потолка. Кап. Кап. Кап.
Держался за куртку Инги и старался не отставать. Двигался так близко, что почти касался её волос. Они пахли ружейным порохом и… Ингой. Парфюмеры могли бы использовать тут эпитеты «терпкий», «сладковатый» или, например, «слегка приторный». Но я не парфюмер. Мог только сказать, что так пахнет человек, который меня привлекает. Этот запах обещал удовольствия — но давал понять, что для их достижения нужно потрудиться. Помотал головой и прогнал неуместные мысли. Выберемся — тогда и буду анализировать запахи.
Кап. Кап. Кап.
Коридор поворачивал в сторону. Тут было небольшое окно, за которым то вспыхивала, то пряталась за быстрыми облаками почти полная луна. Разглядел тазик. Он был переполнен, и вода стекала на пол (наверное, чтобы попасть в ещё один тазик этажом ниже).
Кап. Кап. Кап.
Дом стоял в промежутке между другими строениями. Из окна просматривалась улица, на которой светился наш одноглазый автомобиль. Перед лучом фары промелькнула одна фигура, другая, третья… Охранники уже рядом.
Кап. Кап. Кап.
Дверь квартиры распахнулась и оттолкнула Ингу. Наугад взмахнул ножом — и, к своему удивлению, попал в черныша. Тот взревел, бросился вперед и свалил меня на пол. Нож упал в стороне. Решил, что сейчас мы будем кататься по линолеуму, пытаясь отобрать друг у друга оружие. Но противнику такой сценарный штамп оказался неинтересен — он решил просто убежать. Вскочил и ринулся за ним.
За спиной крепко материлась Инга: после встречи с дверью она было поднялась, но тут же растянулась снова, поскользнувшись на мокром линолеуме.
Шаркая раненой ногой, черныш спешил обратно к лестнице. Догнал его уже на ступенях. Человек развернулся ко мне лицом и затравленно прижался к стене. Луна осветила глаза. Ожидал увидеть чёрную радужку, однако непроглядными были и склеры. Взгляд моего оппонента вызывал ассоциации с постером «Секретных материалов».
— Зачем ты это делаешь? — быстро зашептал черноглазый. — Чего ты добьешься, если пополнишь Карму?
Не был уверен, что вполне его понял, но дал честный ответ:
— Просто хочу жить.
— У тебя не получится. С тобой — Паучиха.
— Паучиха? А я тогда кто — паук?..
— Муха! — противно осклабился Черныш. — Ты муха!
Неужели мне действительно следует его убить? «Тварь», — чуть раньше назвала его Инга, и мне представилось что-то бессловесное, тупое, агрессивное. Ну нет, дорогая, это не охранник. Это человек. И наплевать, какие у него там глаза. Вздохнул и отошёл в сторону, открыв противнику путь к лестнице. «Инопланетянин» без промедления рванул вниз.
— Упустил? — с разочарованием спросила Инга, залетая на лестничную клетку. — О чем ты тут с ним ворковал?
— Ни о чем.
— Какой сердобольный нашёлся. Он бы тебя прирезал при первой же возможности, и глазом не моргнул. Будь уверен.
Через окно подъезда мы наблюдали, как черноглазый удалялся прочь. Справа и слева от него появились охранники. За доли секунды черныша повалили на асфальт и начали буквально рвать на куски. За всю жизнь не видел более жестокой сцены (учитывая, что час назад Инга на моих глазах потрошила вполне человекообразного охранника).
Неожиданная вспышка боли ударила в голову, и я облокотился о стену, чтобы не упасть. Перед глазами кто-то опустил и тут же поднял красный светофильтр. За ту секунду, что действительность была окрашена в кровавые тона, почувствовал ее глубже. Я видел весь подъезд, в котором мы находились, одновременно с первого по десятый, со следами от спичек на потолках и плевками на полу. Видел выступающую щебенку на усталом асфальте двора. Видел десятки и сотни охранников, которые подтягивались к дому. Я чувствовал дыхание этого мира, как будто сам был его легкими.
Инга похлопала меня по плечу и пояснила:
— Ты ранил черноглазого, поэтому он не сумел сбежать от охранников. Карма засчитала его смерть на твой счет. Теперь твои глаза окрасились, ты стал сильнее.
Под окном один из охранников поднялся над останками черныша и повернулся в нашу сторону. Между нами были десятки метров, видимость внутри неосвещённого подъезда оценивалась как нулевая, но я мог поклясться: он нас заметил.
Расстояние до десятого этажа преодолели так быстро, как будто ученые уже изобрели телепорт. Путь на крышу преграждала закрытая на замок калитка. Для защиты от школьников, алкоголиков (и убегающих отраженных) пространство над перилами было заварено арматурой. Инга уже сняла с плеча ружьё, чтобы снести замок, но я напрягся и разогнул две стойки перил. Открылся подходящий лаз. Перебрались над десятиэтажной пропастью, загнул стойки обратно. Преодолев техэтаж, наполненный голубиными ароматами, выскочили под облака.
Ветер приятно освежил лицо. Окинул взглядом нашу новую «базу», утыканную антеннами. Отбиваться от демонов будем пивными бутылками — тут их достаточно.
Аккуратно заглянул за край крыши. Двор представлял собой один большой живой организм. Шевелился каждый квадратный метр — здесь были сотни охранников.
— Что обычно делают отраженные, когда за ними охотятся столько чертей?
— Умирают, — выдавила Инга.
— Да бред все это, — махнул рукой. — Этого всего вообще нет. Это компьютерная игра. Пустой город, толпы монстров, ножи и ружья… Шутер от первого лица, да? Тут где-то точно стоят красные бочки: надо по ним выстрелить, и все противники разлетятся в стороны. Первый же компаньон — симпатичная девушка. Не просто какая-то там тетка с ружьём. Это игра!
— Игра у тебя в штанах, — заявила Инга, коротко улыбнувшись — случайный комплимент не пролетел мимо ее ушей.
Закрыли выход на крышу всем, что удалось найти: накидали под дверь рулонов с рубероидом, натыкали кронштейнов от антенн. Инга взяла ружьё наизготовку и прицелилась, сощурив один глаз. Прошла минута, две, пять. Стояла тишина, прерываемая тихим шарканьем ног во дворе.
Трухлявая дверь разломилась на две части, и оттуда появилась пустая рожа охранника. Инга выстрелила. Охранника отбросило назад, но на его месте тут же возникли двое новых.
Размахнулся и ударил одного антенной. Тот не пошатнулся (и, кажется, даже удивился сопротивлению). Инга прижала обоих своим защитным «желе». За их плечами наседали новые…
Наугад колол наступающих ножом. Брызги крови летели на лицо и волосы. Охранники не сбавляли натиск и потихоньку выбирались на открытое пространство.
Инга дала знак — отступаем. Удерживая защитное поле перед собой и мной, начала медленно отходить. На крышу вылезали все новые и новые охранники, включая того бедолагу, что принял ружейный выстрел. Грудь его была разворочена. При этом двигался он также уверенно, как и окружающие.
— Игра про зомби, да? — вопил я, понемногу теряя связь с реальностью. — Надо целиться в голову!
Слева хрустнула и упала дверь другого выхода на крышу. Почему мы думали, что все охранники попрутся именно через наш подъезд? В числе новых гостей оказались рослые менты с вытянутыми ногами и руками. Было ощущение, что их конечности растянули курсором в «Пейнте». Раз в минуту они издавали странный горловой звук, похожий на голос дельфина.
Отступая, приблизились к краю крыши. Инга продолжала удерживать поле на последнем издыхании. Все тело ее было напряжено, пальцы скрючились. Попадающие в «желе» охранники продолжали движение будто в замедленной съемке. Пырнул ножом очередного противника, и тот отстранился прямо с лезвием в животе. Теперь у меня не было оружия — и, кажется, надежды выбраться.
Инга вскрикнула и исчезла за бортом крыши. Сорвалась? С ужасом обернулся, представляя ее распластанной на асфальте.
Она лежала на козырьке балкона верхнего этажа. Пронырливый охранник обошел нас и сбросил девушку туда, а теперь навис над ней, чтобы нанести финальный удар.
Защитного «желе» больше не было, на меня перла толпа кровожадных уродов. Эти секунды ощущались последними в жизни, а в голове вертелась странная мысль: «Если меня не станет — кто же покормит кота Трикотажа?»