Отражение: другой 2007 (СИ)

Садко потоптался у края, неуклюже свесил ноги, потом забрался обратно и попытался слезть спиной. Чтобы начать спуск, требовалось упереться о трубу, а сделать это на высоте было непросто.
— Давай пойду первым, — предложил я. После кошмаров этой ночи спуск с трубы воспринимался как веселое приключение.
Садко отрицательно покачал головой:
— ещё минута на этих качелях — и меня вырвет. Я первый.
  
Садко отпустил руки и наконец смог упереться ногами о кирпичи. Начали плавно спускать. Веревка оказалась коротковата. До платформы не хватало метра три. Садко повис в воздухе.
— Сейчас раскрою карабин и спрыгну. Попробую ничего не сломать, — прокомментировал он.
Упал плашмя с оглушительным звоном. Он поднялся с абсолютно счастливым лицом, помахал нам рукой и тут же продолжил спуск по лестнице.
— Падажжи, — закричал сверху Игорь. — Давай вместе!
Но собеседник не слушал — он был уже на четвертой площадке.
Мы подтянули верёвку и продолжили спускаться. Втроем аккуратно приземлили Игоря (аккуратность закончилась на высоте трех метров над площадкой — там снова последовало неуклюжее падение). Вдвоем с Ингой смогли удержать Костю. Наконец, в одиночку плавно спустил Ингу. Вернул себе верёвку, слез с площадки спиной и начал понемногу отпускать. Все сразу пошло не по плану: верёвка вырвалась из рук и адски обожгла ладони. Пролетев метров пять, с размаху врезался в кирпичную кладку и ещё долго раскачивался на верёвке, повисая то над пропастью, то над площадкой, то снова над пропастью.
— Прикольное ты развлечение придумал, — подбодрил Игорь. — Как-нибудь повторим вместе. Но отпускай уже карабин, пора домой.
Удалось остановить качели. Отдышался, раскрыл карабин. Звякнул всем телом о металлоконструкцию.
Садко тем временем спокойно спустился с первой площадки по приставной лестнице, оставленной охранниками.
— Земля, я скучал!
Чёрный кинжал вонзился в его тело, не оставляя шансов на жизнь. Паукообразная тварь потопталась на месте, переступая многочисленными ножками, и быстро утащила Садко за ближайшее строение. Настала мертвая тишина.
— Порвать, на куски ее порвать, порвать нахрен, — прервала молчание Инга.
— Гранатомет бы хороший, и в хлебальник ей, — кивнул Игорь.
— Сколько она может там сидеть? — уточнил я.
— А хоть неделю, — сплюнул Игорь. — Зачем дачнику искать новых жертв, если эти перед глазами?
— Спуститься не можем… — нахмурилась Инга. — Остаться до ночи — тоже.
Внимательно посмотрел на спутников и предложил:
— Спуститься — можем. Если перейду в скрытность, заведу комбайн, отвлеку эту тварь. Все спокойно уйдут.
Инга посмотрела на меня одновременно с тревогой и уважением.
— Лёша, а ты мне нравишься все больше! — восторженно заявил Игорь. — Давай помогу спуститься…
— Дело за малым: научите меня «включать» скрытность, — сообщил я.
Костя обреченно хихикнул, а Игорь с сомнением покачал головой:
— Вспоминай, как ты раньше ее запускал?
— Сама собой запускалась. В тот момент, когда мне нужно спрятаться — от прямой угрозы или даже от неловкой ситуации.
— А что ты в этот момент делал физически? — продолжал Игорь. — Ну там руки себе выламывал от страха, ногти грыз…
— Крепко зажмуривал глаза…
— Вот тебе и кнопка запуска. Представь, что к тебе идет дачник. Закрывай глаза, как в прошлых ситуациях. И нащупывай, нащупывай Карму…
Выполнил первые две рекомендации, третью оставил на потом. Судя по отсутствующей реакции ребят, ничего не произошло.
— Что ещё значит «нащупывай Карму»? — выпалил я, открывая глаза.
— Головой работай, головой. Дело не в движении твоих век, не в страхе перед угрозой. Дело… — Игорь задумался.
— В мироощущении, — нашёлся Костя. — Ты в Отражении. Ты часть этого мира.
— Ты-то откуда знаешь, — Игорь толкнул Костю локтем в бок, и тот болезненно улыбнулся. — Заработай себе такое сначала.
Снова зажмурился и вспомнил последние прикосновения Кармы, те ощущения от последней сигареты, когда на кончиках пальцев звенела неведомая энергия.
— Работает! Лёха, работает! — вдруг завопила Инга.
— Вот ведь пройдоха! Может подглядывать в душе за девчонками, — с нескрываемой завистью добавил Игорь.
Открыл глаза и усилием вытолкал себя в реальность. Возникло ощущение, как будто я давно не спал. А эта штука неплохо высасывает силы…
— Вернулся! — радостно сообщил Игорь. — Ну всё, теперь можно и в путь…
Инга похлопала рукой по бортику и обратилась:
— Уверен, что на дачников действует твоя скрытность? Быть может, они ориентируются в основном по звукам. Или по запахам.
Пожал плечами.
— Механизм твоей способности не в том, что молекулы резко становятся прозрачными… — добавил Костя.
— Это у тебя разновидность морока — вроде моей способности доводить людей до ручки, — пояснил Игорь. — Ты просто внушаешь всем окружающим, что тебя нахрен нет. И они послушно уводят взгляд.
— На охранников действовало, и тут сработает, — выдохнул я.
— Как долго ты можешь удерживать невидимость? — продолжала уточнять Инга.
— Как раз проверим.
— И все же — ты уверен?.. — начала Инга.
Вместо ответа крепко зажмурил глаза и провалился в скрытность. Постарался беззвучно спуститься по лестнице. К сожалению, расстояние между нижней ступенькой и землей было слишком большим. Нога предательски прошуршала по неровному асфальту.
Тварь тут же выскочила из-за строения и бросилась в мою сторону. Наблюдая её приближение, не мог двинуться с места. Мерзкое существо оказалось совсем близко. Видел покрытое мелкими волосками тело, многочисленные глаза, жвала, с которых стекала то ли густая слюна, то ли кровь нашего товарища.
Тварь нетерпеливо перебирала лапами. В какой-то момент казалось, что она смотрит прямо на меня, в другой — что совершенно меня не видит.
— Эй, ты, мохнатка! — закричал сверху Игорь. — Пошла отсюда!
Тварь не стала отвлекаться на голос и внезапно рубанула воздух кинжалом. Острая лапа вошла в асфальт в паре метров от меня. Ребята наверняка бы ахнули, если бы меня видели. Потом ударила ещё раз — на полметра в сторону, и ещё. Прощупывала пространство. Не верила, что тут — никого.
Начал тихонько отходить назад. Она била снова и снова. Кинжалы поднимали вверх асфальтовую крошку. Пятиться было уже некуда — прижался спиной к основанию трубы.
Если бы тварь и дальше продолжила свои поиски, то наверняка бы кое-кого нашла. Но сверху затрещали выстрелы — ребята старались отвлечь внимание. Тварь недовольно заворчала и подняла лапы-кинжалы, будто отмахиваясь от назойливой мошкары. Наконец, она поплелась прочь — туда, куда чуть раньше отнесла тело несчастного Садко.
Буквально на цыпочках пошел в сторону комбайна. Под ноги предательски бросались то трескучая ветка, то шуршащий лист.
Каждый шаг в скрытности давался все сложнее. Когда наконец увидел комбайн, уже чуть не падал от бессилия. Громадная машина спокойно ожидала на прежнем месте. Интересно, почему охранники не увезли её обратно в ангар во время утренней уборки?
Залез на ступеньку, м-е-едленно просочился за приоткрытую дверь. Вышел из скрытности, выдохнул. Как же тяжело было идти…
«Эта чудесная способность будто высасывает душу, — рассказывал Марине, когда она спрашивала про ощущения от скрытности. — После её использования не чувствуешь физической усталости, а вот внутри — как будто уже немного умер».
Попытался запустить двигатель комбайна. Машина не отзывалась. Вот теперь понятно, почему охранники её не увезли.
Пока прикидывал, в чём может быть причина неисправности, на приборную панель плавно легла тень. Прямо за стеклом, обильно забрызганном кровью, стояла хорошо знакомая тварь. «Ну привет, родной», — сообщала её поза.
  
Ну привет.
  
Глава 21
 
Отстранённо ждал беспощадного броска, подобного тому, что считанные минуты назад погубил Садко. Параллельно нащупал в кармане пистолет и сжал его рукоять. Очевидно, что пуля не пробьёт толстую кожу твари. Но не сдаваться же без сопротивления?