Ида

– Ну хоть так, – усмехнулся ведьмак. – Идем.
До дороги они уже не останавливались. И пока шли, Ида продолжала щипать себя за щеки. Делала она это помягче, чем хлестала, и Виш мешать не стал. Он рассудил, если это и не добавит румянца, то удержит хотя бы то, что уже появилось. Возможно, также подумала и девушка… если она, конечно, думала.
Когда слуха ведьмака и бывшей покойницы достигли людские голоса, Виш взял Иду за руку и удержал на месте. Она развернулась к спутнику и вопросительно приподняла брови.
– Всё помнишь? Что говорить и как себя вести?
– Да, дяденька, – ответила девушка.
– Не забудь, ты слепая и водить глазами по сторонам не можешь, – все-таки решил повторить ведьмак. – Идешь, куда поведу, руками ни в кого и ни во что не тыкаешь. Если я оставлю тебя на улице, то стоишь и не уходишь. Будет нужна помощь, кричи, я услышу. Но должно хватить, что ты с вдьмаком, приставать не станут. Дураков нет. А если и найдется, то кричи. В библиотеку идем вместе, тут не переживай. Год твоей смерти мы знаем, значит, и искать где, знаем.
– Я всё помню, – сказала Ида и приподняла уголки губ в улыбке.
– Тогда бери меня под руку, – велел Виш. – Дальше пойдем, как слепая с поводырем.
Девушка послушно оперлась на руку ведьмака, устремила взгляд перед собой и даже когда повернула голову к своему спутнику, всё равно смотрела мимо. В эту минуту даже Вишу верилось, что рядом с ним слепец.
– Умница, – похвалил он девушку, и они шагнули на широкую дорогу, сейчас заполненную путниками.
Это не было трактом. Всего лишь большая сельская дорога, которая объединяла все три деревни и вела к Давру. А вот тракт проходил с другой его стороны. Однако сейчас была первая половина дня, и люди шли в город, каждый по своему делу. И когда ведьмак вывел из леска неизвестную слепую девушку, на них сразу же обратили внимание.
– Ой, Виш! – почти сразу же окликнул высокий пузатый мужик с аккуратно подстриженной бородой. Он пристроился рядом: – Кого это ты ведешь? Никак слепая? – и, опомнившись, добавил: – Доброго денечка.
– Доброго, – буркнул ведьмак. – В лесу нашел. То ли завели и бросили, то ли потеряли. Она сама не помнит.
Мужик помахал перед лицом Иды ладонью, девушка никак не отреагировала.
– И вправду слепая, – констатировал бородатый. – Бедняжка. Как же ты так?
– Как в лесу оказалась или как слепой родилась? – усмехнулся ведьмак и покачал головой: – А как ты вымахал таким огромным?
– Ел хорошо, – на лице нежданного попутчика появилась широкая улыбка.
– Оно и видно, – снова усмехнулся Виш, и бородатый со смехом погладил себя по животу.
Он еще какое-то время шел рядом и расспрашивал о находке ведьмака, даже попытался заговорить с девушкой, но она ответила:
– Не помню, – и мужик опять переключился на Виша.
Несколько человек шли рядом, не прибавляя шага, и явно слушали разговор. Ведьмака знали во всех деревнях, и любопытно было не только бородачу. Однако с вопросами не лезли, да и зачем, когда уже есть тот, кто спрашивает? А что потом дома рассказать, так полную корзинку новостей собрали, пока даже не дошли до города. В общем, будет после, о чем посудачить.
В Давре бородатый попутчик отстал. Виш вздохнул с облегчением и похлопал Иду по руке:
– Умница, девонька.
Она улыбнулась, и ведьмак остановился, остановив и девушку. Он снял со своей руки ее ладонь и расправил рукава, а после застегнул ворот.
– А то еще пристанут полицейские, – пояснил мужчина. – Мы с тобой пойдем в благополучную часть города, а там нельзя запросто. Надо чтоб приглажено всё было и чисто.
– Как скажешь, дяденька, – согласилась девушка.
Хмыкнув, Виш внимательно осмотрел свою подопечную, отметил, что румянец почти совсем исчез, и мысленно махнул рукой. Он вновь уместил ладошку Иды на сгибе своего локтя и повел ее в сторону библиотеки. Идти было недалеко. В Давре вообще всё было близко. Но городок был ухоженным, и это Вишу в нем нравилось. Суета мешала, а порядок был приятен.
Так что, узнав от крестьян о правилах, установленных городским главой еще когда осел в Триксте, Виш принял их и отнесся с уважением и пониманием. Ему доводилось исходить немало дорог и побывать во многих городах. Где-то по площадям бегали свиньи, а где-то за грязную и рваную одежду можно было угодить в острог. Глава Давра в острог не сажал, но штраф накладывал, а тех, кто не понимал с первого раза, пороли. А если уж простой люд ходит чистым и опрятным, то благородным и вовсе стыдно выглядеть хуже крестьянина. В общем, порядок здесь поддерживали все: и горожане, и крестьяне.
 
– Потом по лавкам пройдемся, – произнес ведьмак, пока они шли мимо витрин дорогих магазинов. – Одежки тебе подкупим. Платьишко какое, обувку. Ленты еще. А то сколько ты еще здесь будешь, неизвестно, а переодеться не во что.
– Хорошо, дяденька.
– А сережки ты носила? – спросил Виш и вдруг опешил.
Зачем спросил про сережки? Да и ленты… Будто нарядить хочет девчонку, чтобы была не хуже других. Он скосил на Иду взгляд, но она смотрела вперед и на эту его неожиданную заботу внимания не обратила. И мужчина неожиданно понял, что он и вправду хочет позаботиться о девушке. Может и помогать согласился, потому что она давала ему цель, без которой мужчина существовал уже десять лет.
Просто плыл по течению, а сейчас у него появилась Ида, которая в нем нуждалась. И это сделало ее… близкой что ли. А затем пришла и вовсе неожиданная мысль – ему теперь не одиноко. Это вызвало кривую усмешку – глупость какая. С чего бы ему было одиноко, если Виш как раз и любил свое уединенное существование? Никогда не страдал от него и не рвался что-то поменять. Была ведь у него и вдовушка, которая ждала, когда он поселится в ее доме. Так ведь не спешил же переезжать, да и вовсе не хотел этого. Зайти в гости был не против, а чтоб поселиться и завести семью… Нет, не хотел. А к девчонке, выходит, привязался, хоть и знал ее всего лишь вторые сутки.
Впрочем, дело могло быть в общности дела, во взаимосвязи и ее беззащитности… Нет, последнее точно не про Иду. С ее силой и выносливостью, еще и нечувствительностью к боли, недавняя покойница была вовсе не беззащитна. И все-таки… Все-таки было в ней что-то. Совсем юная, умерла на дороге и была похоронена в безвестной могиле. Да, наверное, это была простая человеческая жалость и сочувствие, и вкупе с хрупким обликом она и вызывала это желание позаботиться и защитить.
– Дяденька, – девушка вывела мужчину из задумчивости. Он вскинул на нее взгляд, и Ида продолжила: – Почему ты не отвечаешь?
– Ты что-то спрашивала? – удивился Виш. – Прости, я задумался и не услышал. Что ты говорила?
– Я сказала, что не помню про серьги. Если в ушах есть дырки, значит, носила. Ты это лучше видишь, – сказала девушка. – И я спросила, есть ли у меня дырки, а ты задумался и не ответил.
– Ты права, я мог бы просто посмотреть на твои уши, – согласился ведьмак. Он перевел взгляд на мочку, и констатировал: – Дырочки нет. Значит, серьги ты не носила.
– Значит, не носила, – кивнула девушка. – Мы пришли.
– Да, – машинально ответил Виш и посмотрел на спутницу. – Ты умеешь читать? Водишь глазами по сторонам?
– Нет, дяденька, я смотрю только прямо, – произнесла Ида. – Там вывеска – книга.
– Верно, – проворчал ведьмак и сам посмотрел на плоскую жестяную книгу, подвешенную над входом в библиотеку. После обернулся, окинул взглядом улицу, но рядом с ними никого не было, и Виш, понизив голос, добавил: – Больше не говори о том, что видишь. Ты слепая, не забывай.
– Я помню, – ответила девушка. – Рядом никого не было, поэтому я сказала.
– Ты не знаешь, что творится за спиной…
– Знаю.
Мужчина остановился, но позади послышался цокот копыт, и он повел девушку к библиотеке, тихо сказав ей:
– Потом поговорим.
– Хорошо, дяденька, – согласилась Ида.
 
Глава 6
 
В небольшом холле их встретили сумрак, прохлада и привратник, он же гардеробщик, когда это требовалось. Сейчас не требовалось, и мужчина клевал носом, сидя на потертом кресле. Однако услышав шорох подошв по каменному полу, отдавшийся эхом от высоких стен, он вскинул голову, а после вскочил на ноги. На губах служащего библиотеки появилась улыбка, и он уже начал склоняться перед посетителями, когда наконец рассмотрел, кто вошел, и распрямился.