Любовь и Гниль: Сезон 1 (Эпизоды 7-12) (ЛП)

— Проблема? Ты имеешь в виду, кроме кучи мёртвых тел за этой дверью?
— Матиас Аллен здесь.
Хендрикс сделал шаг вперёд и захлопнул дверь. Мы снова оказались в темноте, и у наших ног горел только фонарь.
Нервничая, я подняла его и подошла к кофейному столику, чтобы поставить. По бокам дивана стояли ещё два фонаря, так что я двинулась, чтобы включить их. Мне просто нужно было чем-то занять руки, пока я переваривала, что это значило для нас.
— Где Тайлер и Миллер? — прошептала я, когда нашла в себе мужество снова встретиться с Хендриксом лицом к лицу.
— В комплексе, прячутся. Нас не предупредили. Он появился рано утром с двадцатью своими ребятами.
— Но он должен знать, что Тайлер и Миллер уехали с нами. Он тебя видел?
Мой желудок за полсекунды превратился из блаженных бабочек в бурлящую тошноту.
— Да, — поморщился Хендрикс. — Всё прошло не очень хорошо. Поверь мне. Но мы организовались, чтобы найти тебя, так что это было неизбежно. Хотя он использовал своих парней, чтобы помочь с нападением. Я не уверен, что мы смогли бы добраться до вас без них. Там было так много чёртовых Пожирателей. Когда-нибудь тебе придётся объяснить, как ты сбежала от них всех.
— В основном это было просто очень быстро. Был один момент с палкой, а другой с моим охотничьим ножом… Но я не буду утомлять тебя подробностями.
Хендрикс подавился удивлённым смехом.
— Спасибо.
— Так он сейчас где-то там?
Я уставилась на дверь, ненавидя то, что эта битва никогда не прекращалась, эта борьба за жизнь; что я никогда не могла перевести дыхание. Я просто хотела тридцатисекундный тайм-аут. Неужели я просила слишком многого?
Вероятно.
— Да, и немного взбешён. Я почти уверен, что всё скоро станет очень плохо.
— Что мы собираемся делать с Тайлер и Миллером? — я снова прошептала их имена, боясь, что Матиас сможет почувствовать, что я говорю о них, и ворваться в тяжёлую дверь с заряжённым пистолетом, направленным мне в голову. — Кейн не собирается говорить своему отцу, что они здесь. Он обещал мне это.
— О, это заставляет меня чувствовать себя лучше.
Хендрикс закатил глаза и снова притянул меня к себе. Я задалась вопросом, осознавал ли он вообще, что тянулся ко мне каждый раз, когда произносилось имя Кейна.
— Я, возможно, ему верю. Но только потому, что он совершенно уверен, что Матиас убьёт их. Что бы ни было между этой семьёй, Кейн не хочет смерти своих брата и сестры.
— Ну, это имеет смысл, — он поцеловал меня в лоб и кончиками пальцев нежно пробежался вверх и вниз по моей спине. — Мы сказали Матиасу, что расстались с Тайлер в Талсе. Мы снабдили её оружием и машиной, и она уехала с Миллером. Они поехали на север. Пока что, похоже, он верит, что Тайлер способна на это. Но кто знает, что у него в голове. Это не значит, что я доверяю ему.
— Верно, — согласилась я. — И я предполагаю, что он тебе не верит. Он разнесёт комплекс на части, прежде чем поверит, что Тайлер там нет.
— Я знаю.
Я вздохнула, разочарованная проблемой, которая казалась неразрешимой. Может быть, мы могли бы выкрасть их ночью и привести сюда. После того, как тела закончат гореть.
— Мы должны пойти туда, — но я не делала попыток пошевелиться, я не спешила покидать это безопасное место или тёплые объятия Хендрикса.
— Мы должны, — печально сказал он.
Мы позволили себе ещё пять минут просто обнимать друг друга, прежде чем решительный стук в дверь разлучил нас. Вон стоял с другой стороны с мрачным выражением на лице. Когда наши глаза встретились, они смягчились с явным облегчением, но горе не покидало его выражения. Он крепко обнял меня и дважды дружески похлопал по спине.
— Я рад, что с тобой всё в порядке, — прошептал он в мои спутанные волосы.
— Я рада, что с тобой всё в порядке, — эхом отозвалась я.
— Да, что ж, я один из тех счастливчиков.
Он отступил назад, и мы с Хендриксом проследили за его взглядом в ту сторону, где всё ещё живые-дышащие-получеловеческие тела выстраивались у каменной стены.
— Нет, — выдохнула я.
— Один из Колонии и двое парней Гейджа.
 
Моё сердце туго сжалось в груди, и я не могла заставить свой разум осознать такую потерю. Мой мозг отказывался воспринимать ужасные последствия моего спасения. Три жизни. Ушли. Когда мою пощадили и за неё боролись?
Это не имело смысла.
Я почувствовала, как моё тело обмякло за несколько секунд до того, как Вон и Хендрикс протянули руки, чтобы поймать меня. Хендрикс взял инициативу в свои руки и заставил меня встать, крепко обняв за талию и шепча мне на ухо успокаивающие слова.
Но я их не слышала. Я не могла их слушать. Я физически не могла.
Кровь застучала у меня в ушах громко, как атомная бомба, и моё зрение затуманилось от интенсивности слёз, которые стекали по моему лицу. Я в ужасе наблюдала, как трое взрослых мужчин, которые всего несколько минут назад были людьми, теперь умерли от болезни, разъедающей их мозги, пока они не превратились не более чем в животных и наркоманов. Их глаза расфокусировались, когда они корчились от боли. Их движения стали более судорожными и скованными, а дыхание затрудненным по мере того, как менялись их тела.
Я содрогнулась от ужасного зрелища. Это был не первый раз, когда я была свидетелем того, как болезнь взяла верх. Я наблюдала, как Крис прошёл через это полностью, не зная, как помочь или что делать. Пройдёт всего минута, прежде чем они будут отчаянно нуждаться в плоти и буквально вгрызутся в неё.
Один из людей Матиаса, я знала, что это был его человек, из-за полностью чёрной униформы, которую он носил, и пояса с оружием; парни Гейджа носили оружие только тогда, когда были на дежурстве, и ни у кого не было ничего настолько сложного, поднял пистолет и прицелился в худшего из троицы.
Хендрикс повернул меня в своих руках и прижал к груди, чтобы мне не пришлось смотреть. Я подняла руку, чтобы прикрыть открытое ухо, но было слишком поздно. Пистолет выстрелил и нашёл цель как раз в тот момент, когда мой крик разорвал воздух, а затем превратился в мучительные рыдания.
Это было более гуманно, уверяла я себя. Так было лучше для них. Это было то, что я хотела, чтобы со мной сделали, если меня когда-нибудь укусят.
Это был единственный способ спасти их и нас.
Но это не уменьшило трагедии смерти или тошнотворного, выворачивающего наизнанку чувства, что я несу за это ответственность.
Пистолет выстрелил ещё два раза, а потом ничего. Больше не было ни звука, ни убийств, ни Пожирателей.
Просто ничего, кроме живых, не осталось, чтобы справиться с эмоциональной бойней, вызванной похоронами друзей, похоронами ужасных результатов разрушительной болезни.
Только мы.
— Поместите их в огонь, — крикнул Гейдж охрипшим голосом.
Мой взгляд метнулся вверх, чтобы встретиться с ним, как раз когда он проходил мимо нас.
— Спасибо, что пришёл за мной, — хрипло крикнула я ему.
— Риган, — его голос сорвался. — Мне так жаль. Я не… Я бы никогда не…
— Не надо, — твёрдо сказала я. — Это не твоя вина. Ты спас мне жизнь, рассказав об этом месте, да? Не делай этого. Если кто-то должен… — Хендрикс крепко сжал меня, чтобы я остановилась.
— Я не буду винить себя, если ты не будешь винить себя. Это не твоя вина. Мы все жертвы. Мы все просто пытаемся выжить.
Глаза Гейджа были налиты кровью, а по грязным щекам текли слёзы. Его чётко очерчённые мышцы дрожали, и всё его тело выглядело побеждённым. Гейдж — настоящий мужчина — был сломлен этим. И это только делало этот душераздирающий момент ещё более мучительным.
— Договорились, — серьёзно согласилась я.
— Вам всем нужно вернуться в комплекс. Я должен разобраться с… этим беспорядком.
Он указал на мужчин, всё ещё нагромождающих тела друг на друга, и на озверевший лес вокруг нас. Его акцент был пропитан горем, таким сильным, что я с трудом понимала его.
— Нам придётся иметь дело с адом позже сегодня, но сейчас возвращайся, приведи себя в порядок, проверь своих близких. Но будь осторожна. Кто скажет, справились ли мы или нет?