Любовь и Гниль: Сезон 1 (Эпизоды 7-12) (ЛП)

Я привыкла игнорировать звонки и жить в нескольких секундах от смерти. Я привыкла к постоянной угрозе зомби и мгновенному переходу от относительной безопасности к борьбе за свою жизнь. Я справилась с этим благодаря безумному таланту к выживанию и адреналину — двум самым важным навыкам для любого эмоционально неуравновешенного двадцатилетнего человека, пытающегося пережить конец света.
К чему я не привыкла, так это к тому, что мне не грозила непосредственная опасность, пока она сердито маячила за моей дверью. Моя нынешняя ситуация была почти опасной — недостаточно риска, чтобы поднять адреналин, но достаточно, чтобы напомнить мне, что я никоим образом не была в безопасности.
Пожиратели отделены от нас лишь дверью. Бункер, предназначавшийся на короткий срок. И Кейн.
Я имею в виду, что, чёрт возьми, я вообще должна была делать с Кейном?
Всё это вместе выводило меня из себя, создавало напряжённую тревогу, которая перекрыла приток крови к моей голове и душила мои лёгкие до тех пор, пока я не поверила, что потеряю сознание.
Мне почти хотелось упасть в обморок. Тогда, по крайней мере, я перестану думать.
— Риган, — повторил Кейн хриплым голосом, хриплым от сна или бессонницы, одно из двух. — Мы в порядке. Мы в безопасности. Тебе нужно успокоиться.
— Я знаю, — выдохнула я. — Я пытаюсь.
— Они не могут попасть сюда.
— Я знаю, — но я согласилась больше для того, чтобы услышать это от себя, чем потому, что действительно в это верила. — Я знаю, что они не могут сюда попасть.
Я услышала, как зашуршала его постель и поняла, что он сел.
— Расскажи. Скажи о своих страхах вслух.
Я слегка поперхнулась. Я не была готова к психоанализу Кейна.
— Что?
— Скажи о своих страхах вслух. Выбрось их из головы. Позволь себе услышать, насколько они необоснованны. Тебе нужно их произнести. Тебе станет лучше, я обещаю, — он говорил так уверенно, что мне действительно хотелось ему поверить.
И в этом был смысл. Я сделала глубокий вдох, готовая выплеснуть тревоги, которые казались мне цементными блоками, привязанными к ногам, в то время как океан сомнений и неуверенности затягивал меня, пока я не могла дышать, пока я не могла жить.
Я заколебалась в последний момент, зная, что это же упражнение сблизит нас с Кейном. Я не была настолько погружена в свой собственный страх, чтобы не понимать, какое доверие это породит между нами.
— Я собираюсь включить свет, — предупредил он с расстояния в несколько дюймов.
Я ахнула и повернула голову в ту сторону кровати, у которой он стоял, напрягшись от страха более неизлечимого, чем я могла справиться. Мои руки крепко сжали затхлое одеяло, и я сомкнула губы в попытке собраться с мыслями, как раз когда Кейн включил фонарь на батарейках.
Несмотря на то, что свет был тусклым и едва ли навязчивым, мне всё равно пришлось щуриться, пока мои глаза не привыкли. Кейн казался особенно внушительным, нависая надо мной, его лицо всё ещё оставалось в тени, а обнажённая грудь поблескивала в слабом свете.
Я с трудом села, просто чтобы поставить нас в более равную позицию.
Он сделал шаг вперёд и поставил фонарь на маленький прикроватный столик, затем отступил назад. Он скрестил руки на груди, заставляя свои бицепсы выпирать. Да, у него была шикарная грудь для сумасшедшего. Но, честно говоря, прямо сейчас он выглядел как обнажённая версия Всадника без головы, так как всё, что было выше его ключиц, исчезало в черноте.
Почему-то он казался более безопасным в роли Всадника без головы.
Это делало меня Икабодом Крейном или Катриной Ван Тассел?
Вероятно, Катриной, так как Кейн охотился за мной.
Итак… это означало, что, в конце концов, я заполучила Джонни Деппа, верно?
О, боже, что случилось с Джонни Деппом?
Был ли он мёртв? Стал Пожирателем? Управлял собственным поселением? Мог ли Капитан Джек Воробей просто смешаться с Пожирателями и прожить свою жизнь мирно и спокойно?
— Риган, — Кейн немного повысил голос, чтобы привлечь моё внимание.
 
— А?
Я оторвалась от своих ошеломлённых размышлений и покачала головой. Мне нужно было немного поспать, однозначно. У меня не было времени беспокоиться о Джонни Деппе и его способности выглядеть сексуально с подводкой для глаз. У меня были более серьёзные проблемы, с которыми нужно было разобраться прямо сейчас, например, возможно, моё исчезающее здравомыслие.
— Я думаю, что у меня лихорадка. Серьёзно. Это место действует мне на нервы.
Кейн фыркнул от смеха.
— Мы здесь всего несколько часов. Ты бывала в гораздо худших ситуациях, чем эта.
— Откуда ты знаешь? — спросила я слегка неистово.
— Эм, когда я впервые встретил тебя, я держал тебя под прицелом пистолета, а затем заставил тебя прийти в мой дом, пока держал твоего парня в тюрьме. Это кажется довольно страшным сценарием.
— Он не был моим парнем.
Кейн сделал паузу на мгновение, прежде чем сказать:
— Хендрикс. Я посадил Хендрикса в тюрьму.
— Я знаю, кого ты имел в виду, — я закатила глаза. — Я имею в виду, что в то время он не был моим парнем. Он всё ещё не мой… Я имею в виду, это звучит немного по-детски, верно? Он просто… мы…
Кейн переваривал это с такой явной интенсивностью, что я пожалела о каждом слове, которое произнесла за последние две минуты. Чёрт возьми, как он это сделал со мной? Так сильно меня расстроил?
— Ну, кем бы вы двое ни были… — он замолчал, казалось, немного взволнованный.
Я сдержала улыбку, подумав, что это довольно мило, что идеально контролирующий себя Кейн становился раздражённым всякий раз, когда я говорила о Хендриксе. Он откашлялся.
— Я не это имел в виду. Я видел, как ты выпрыгнула из движущегося фургона и бросилась в орду Пожирателей. Сегодня утром ты спасла мне жизнь, пролетев по воздуху, как Последний из могикан. Даже я боюсь тебя.
Я больше не могла сдерживать улыбку.
— Да?
— Совершенно в ужасе, — он сел рядом со мной с расслабленным выражением лица и кривой усмешкой. — Ты — сила природы, Риган. Нежить дрожит от страха перед тобой.
— Это то, что они сейчас делают? Дрожат? В страхе? — сухо спросила я.
Он кивнул в ответ, и его ухмылка превратилась в огромную, искреннюю улыбку.
— Определённо, — он протянул руку, сжал мои трицепсы средним и большим пальцами и игриво потряс мою руку. — Чего ты боишься? Произнеси это вслух. Заставь их уйти.
Я немного поразмыслила над этим и проглотила ещё больший страх открыться Кейну. Я могла бы это сделать. И я могла бы сделать это, не вовлекаясь эмоционально. Речь шла о выживании — о том, чтобы пережить ночь и пережить Кейна. Наконец, я глубоко вздохнула и призналась:
— В этом маленьком пространстве я чувствую, как стены смыкаются вокруг меня. И я не страдаю клаустрофобией, но потолок низкий, темнота давит, и всё пахнет плесенью и мокрой грязью. Я стараюсь не быть нытиком, потому что, очевидно, без этого места мы стали бы Пожирателями, и я определённо останавливалась в местах и похуже, чем это, но я не знаю, мне кажется, что всего сразу слишком много, понимаешь?
— Я знаю, — он сжал мою тупо очерчённую мышцу и призвал меня продолжать. — Что ещё?
— Этот звук. Я ненавижу то, что могу их слышать. Это… сбивает с толку. Моё воображение разыгрывается от возможностей того, что там есть. Сейчас их могут быть сотни. И я просто представляю, как они ползают друг по другу в попытке добраться до нас, поедая друг друга… поедая мёртвых, которых мы оставили позади. В моей голове постоянно царит ночь, и Пожиратели заполняют всё пространство леса между нами и складским комплексом. Я представляю, что Хендрикс никогда не сможет добраться до нас, что какого бы прогресса он ни добился, он будет стёрт бесконечным потоком зомби, карабкающихся за нами и за ними. Я вижу, как его поглощают массы, его тело исчезает в сотнях гротескных рук, разрывающих его на части, пирующих на нём, пока от него ничего не останется.